Высеченная из камня
Шрифт:
Майкл повернулся к ней, его собственная боль пробивалась сквозь его слова, когда он ей ответил.
– Дай угадаю, ты планировала переспать со мной, а потом бросить? Или только собиралась смутить меня отказом на следующее утро, в надежде, что я проведу все последующие недели, ломая голову и пытаясь выяснить, что я сделал неправильно?
– Нет. На самом деле это было совсем не так. На выставке в прошлом месяце, я стояла под тем согнутым металлом, из которого была сделана «Тоска» и задавалась вопросом, как ты мог не видеть, что создал реплику боли, которая была внутри меня всё это время. И когда ты меня поцеловал, пока я плакала, я просто сломалась. Когда ты был внутри меня всю ночь, я, как наркоманка хотела дозу за дозой. Но на следующее утро… на следующее утро я ненавидела себя за свою слабость. Это было замечательно, но я ненавидела тебя ещё сильнее за то, что ты не помнил, что уже был внутри меня, все эти годы назад.
Кэрри взяла стакан воды со льдом, выпила половину и поставила стакан на стол. И оперлась дрожавшей рукой на стул.
– Я рассказала тебе свою историю не для того, чтобы ты испытывал угрызения совести за колледж или то, что мы сделали месяц назад. Я просто хочу, чтобы ты знал, почему я не могу провести остаток своей жизни, позволяя тебе разрушать меня снова и снова. И, чтобы ты знал, я не считаю тебя в большей мере ответственным, чем себя, за то, что случилось в колледже. Я сама виновата в том, что имела незащищённый секс с пьяным парнем. Так что будем считать ту нашу короткую, жалкую историю законченной, - сказала она. – Но то, что случилось между нами месяц назад, я не могу объяснить даже себе самой.
– Кэрри, я сожалею о том, что случилось в колледже, - сказал почти шёпотом Майкл. – Всё, что я помню, это какие-то два года пустоты, от которой я устал и, наконец, перерос.
– Ты этого не помнишь, а я так и не смогла забыть, - сказала Кэрри. – Поэтому то, что случилось в первый раз, и есть причиной, которая заставила меня прийти и рассказать тебе сейчас. В противном случае я бы сделала, как просил Том, и с чистого листа начала с ним.
– Или ты могла бы встречаться со мной, когда я попросил тебя в первый раз, - сказал ей Майкл.
– Я бы никогда не стала с тобой встречаться, потому что у тебя плохой вкус в выборе партнёров для постели. Среди тех женщин, с которыми ты встречался, когда мы познакомились, также была и Эрин, помнишь? – спокойно сказала Кэрри. – Она постаралась рассказать всем в офисе обо всех вещах, что ты делал с ней в постели.
– Ну, блин, - выплюнул Майкл. – Я не виноват, что она была такой нескромной.
– А как насчёт Анджелы и Дафны? – спросила Кэрри. – И, кажется, кроме них я припоминаю ещё несколько человек. Две блондинки, с которыми ты был на той вечеринке, оказались из моего университетского женского клуба. И мне потом пришлось в подробностях услышать, как они соревновались в постели за тебя – одновременно. Так насколько ты, действительно, изменился после колледжа Майкл? Мои действия показывают, что я такая же глупая, как и тогда. Так что я не уверена, что люди когда-нибудь вырастают. Поэтому я не верю, что твоё отношение к женщинам изменилось.
Она повернулась чтобы уйти, но остановилась и, глядя в пол, закончила.
– Я бы предпочла не иметь с тобою дел, но я просто не могу снова сделать что-то плохое. Убийство одного нашего ребёнка - это всё зло, что я совершила за всю свою жизнь. Теперь я просто хочу найти решение, с которым смогу жить. Я не могу растить ребёнка, когда не люблю его отца. Так что, если ты хочешь нашего малыша, то он у тебя будет. Похоже, ты всё же стал порядочным мужчиной, несмотря на то, что так и остался бабником, - сказала Кэрри.
Майкл хотел подобрать слова, чтобы объяснить ей, как пусто было внутри него, когда он заполнял свою жизнь другими женщинами, в то время, как он хотел одну единственную. Но не смог. Всё, что он обнаружил внутри себя было тем же самым желанием, которое он всегда испытывал, когда был рядом с Кэрри Аддисон. Он хотел её в своей жизни, хотел узнать её поближе. Потому что, что-то в ней было такое, что взывало к нему на инстинктивном уровне.
– Кэрри, - тихо сказал Майкл, - ты для меня идеальна. Я сожалею о многих женщинах, с которыми встречался, но мне не жаль, что я был с тобой несколько недель назад. Ту ночь я никогда не забуду. Я не хотел, чтобы ты забеременела, но сделаю всё правильно для тебя и нашего ребёнка. Даю слово.
Она подошла к двери кухни.
– Не отвечай мне сейчас. Подумай несколько дней и когда примешь решение, дай мне знать.
– Я могу дать ответ уже сейчас, потому что знаю, чего хочу. Я не передумаю насчёт тебя или ребёнка, - сказал Майкл, хотя не представлял, как это всё сделать.
– Ну, будь уверен насчёт ребёнка, - тихо посоветовала Кэрри. – Я на собственной шкуре узнала, что последствия некоторых плохих решений длятся долго.
Майкл услышал, как щёлкнула входная дверь и понял, что она ушла. Он благоразумно не стал пытаться её остановить. Было очевидно, что Кэрри не могла дождаться, чтобы уйти от него после того, что рассказала. Он достал из холодильника пиво, сел за стол и выпил, глядя на оставленный ею стакан воды.
Он подумал об отце, который лежал на кровати, свернувшись клубком, расстроенный из-за того, что, как он думал, обидел женщину, которую любил. И его сочувствие к отцу, оказавшемуся в той ситуации, выросло стократно.
Конечно, каждый раз, когда Кэрри выходила замуж, его реакция была не очень хорошей, и чтобы забыть о ней, он немного перебарщивал со свиданиями. Но все, с кем он встречался последние три года, ничего для него не значили. Ему нравилась Эрин, которую он до сегодняшнего вечера считал хорошим другом. Однако, отношение к ней изменилось, после того, как он выяснил, что она была настолько не скромной.
Только, когда он был с Кэрри, это казалось правильным. Как сказал бы его отец, она была женщиной, к которой он страстно стремился. По крайней мере он теперь знал, что внутри Кэрри Аддисон горел такой же огонь желания по отношению к нему. Два бывших мужа и потенциальный третий не смогли удержать её месяц назад. И Майкл намеревался выяснить, что снова и снова привлекало их друг к другу вопреки тому, что они делали.
Возможно, он не мог изменить прошлого, решил Майкл, но он, определённо, мог согнуть и сформировать настоящее.
Так или иначе, он собирался стать следующим мужем Кэрри Аддисон, хотя бы на следующие семь или восемь месяцев. И за это время Майкл попытается уравновесить свою кармическую задолженность добротой и поддержкой. Потом, когда ребёнок родится, если она всё ещё захочет уйти, Майкл найдёт в себе мужество дать ей развод и поможет найти ей то, чего она хочет. Без него и ребёнка.
Когда Майкл прикончил своё пиво, то подумал о груде металлических колец во дворе. Была ирония в том, что он создавал скульптуру, высотой в четыре фута из нескольких обручальных колец, чтобы напомнить Кэрри о её многочисленных замужествах.
И сейчас, когда Майкл встал в очередь, чтобы стать одним из её мужей, это уже было не так забавно. Его высокомерие сгорело дотла в том же пламени, что создало их ребёнка.
Поэтому вместо того, чтобы завтра провести ленивый день, Майкл решил купить самое чистое золото, какое сможет найти, и сделать набор обручальных колец. В металл он вложит всю свою правду и будет надеяться, что его искусство соблазнит её ещё раз.