Чтение онлайн

Внезапно я слышу легкие постанывания, ставлю на журнальный столик стакан с недопитым алкоголем и бросаюсь в палату. Девушка проснулась. Видимо, перестало действовать обезболивающее лекарство. Я делаю ей укол.

Она смотрит на меня слегка отрешенным взглядом. Ей повезло, организм оказался крепким и смог выкарабкаться с того света. Не каждый мужчина пережил бы подобное ранение, а что уж говорить про молодую хрупкую девушку.

Я придвигаю к кровати кресло, присаживаюсь и успокаиваю свою пациентку. Мол, все позади, она вне опасности. Главное – отлежаться, пока затянутся раны.

– Спасибо, – тихо произносит незнакомка, открыв глаза.

– Не за что, это моя работа. Меня зовут Мануэль, для друзей – Мани. Я хирург. Кстати, вам серьезно досталось. Вы помните, кто на вас напал? Может, стоит обратиться в полицию? – начинаю я прощупывать почву.

– Нет-нет, только не их, не копов. – Девушка безуспешно пытается приподнять голову, и ее лицо тут же искажает боль. – Они повязаны, все до одного.

– Кто? С кем?

Но моя подопечная засыпает как котенок, просто отключается. Наверное, снотворное начало действовать. Я еле сдерживаюсь, чтобы не погладить ее по густым черным волосам, и выхожу на террасу, к своему виски. Начинается дождь.

Спустя сутки мы возвращаемся к разговору. Сейчас она уже может свободно беседовать, даже иногда улыбается. Я удивляюсь ее быстрому восстановлению.

Я не хочу давить. Но девушка достаточно пришла в себя и сама предлагает рассказать свою историю. Я сдаюсь и слушаю.

Ее история начиналась банально, как у большинства несчастных людей, живущих в этом городе. Недавно она устроилась секретаршей в одну контору. Зарплату ей обещали небольшую, но она была согласна и на это. Семья девушки никогда не жила на широкую ногу, а сейчас и подавно. Отец на пенсии, мать подрабатывает уборщицей.

Чуть ли не с первого дня работы начались неприятности. Босс положил на нее глаз.

Девушка краснеет, запинается и говорит:

– Возможно, везде так заведено – шлепать секретарш по выступающим местам и требовать от них полного комплекта услуг. Но я воспитана по-другому. Когда босс пригласил меня в кабинет, закрыл двери и принялся лезть под юбку, я смогла вывернуться и убежала. На какое-то время все затихло. А потом на юбилей конторы он устроил вечеринку для сотрудников в своем коттедже. Это в пригороде, недалеко от трассы. Я впервые попала в богатый особняк и увидела, как живут люди с деньгами. В детстве я строила мечты о чем-то подобном: большой особняк, бассейн на заднем дворе, четверо детей, собака, розарий и все такое. Конечно, сейчас я понимаю, что им никогда не сбыться. Я немного выпила, с непривычки голова закружилась, настроение поднялось. Тут подошел босс. Принес шампанское, предложил тост – было неудобно отказать. Потом был поцелуй на брудершафт. Я вдруг обнаруживаю, что он крепко держит меня и ведет в спальню. Я вырываюсь – но он силен как бык. Я бью его коленом в пах, царапаю ему щеку и убегаю.

Я внимательно слушаю. Бедная девочка! Мое сердце переполняется искренним сочувствием и негодованием. Я тоже вырос в семье с небольшим достатком, школу бросил после смерти отца, мать работала как проклятая ради нас с сестрой.

Чтобы выучиться, мне пришлось вкалывать по ночам, залезть в долги к синдикату. Так что я не понаслышке знаю про безденежье и мечты о прекрасном будущем, почти верю девушке.

Она же продолжает:

– От страха я заблудилась, везде все пьяные, орут!.. Потом черным ходом вышла в сад, из него – на трассу. Была ночь, темень, собиралась гроза, небо нависло черное и страшное. Я еще и телефон потеряла в доме. Вокруг ни души, за обочиной начинается лес. Я шла в сторону городских огней, которые горели на горизонте. Думала, завтра же уволюсь и забуду весь этот кошмар. Но настоящий ужас был еще впереди. Охранники разъяренного босса догнали меня, начали избивать, потом заявили, что по приказу шефа сейчас изнасилуют и повезут на продажу в Старый город.

Мне становится мерзко от всего услышанного. Одно дело – девицы, с младых ногтей выбравшие себе путь профессиональных путан. Такие ни перед чем не остановятся, могут убить, ограбить, влюбить в себя. Все без лишних эмоций, это их хлеб. Но представить вот эту невинную чистую девушку в грязном притоне я не могу.

Черт побери! Что за город, что за люди?! Я периодически читаю о таких случаях в желтой прессе. Родители продали дочь в бордель. Это возмутительно, но происходит где-то там, не у меня на глазах.

А теперь совсем рядом с собой я вижу униженного, беззащитного человека, который чуть не пережил это на собственной шкуре. Девчонка могла поплатиться жизнью за свое нежелание быть смешанной с грязью.

Мои кулаки возмущенно сжимаются, а она продолжает:

– Я не могла представить свое будущее среди путан и похотливых самцов. Лучше сразу сдохнуть. От отчаяния я стала сама не своя, как взбесилась – откуда и сила взялась. Громиле босса, державшему меня за шею, я прокусила руку чуть ли не до кости. Другому двинула ногой, куда-то попала. Дальше слабо помню. Послышался выстрел. Резкая боль. Видимо, у мерзавцев сдали нервы. Они подстрелили меня и решили бросить подыхать на дороге.

Хорошо, что я оказался в нужное время в нужном месте. Вряд ли кто подобрал бы несчастную в таком виде, да и дорога была пустынной, а в ее случае отсчет жизни шел на часы. Милосердие – редкий гость в сердцах жителей Бейсин-сити. Их поступками руководит страх или жесткий расчет.

Что возьмешь с раненого человека, валяющегося на обочине, кроме лишних проблем с законом? Проще не связываться и проехать мимо. Недоверие всех ко всем разъело души горожан. Да что тут говорить, я и сам отчасти такой. Иначе не выжил бы.

Ее фиалковые глаза смотрят с надеждой и благодарностью.

– Еще раз спасибо вам, Мануэль. Без вас я, наверное, уже была бы на том свете. Сейчас мало людей, способных на добрый поступок.

Я не могу оторваться от этого бледного лица, глаз, сияющих в тени длинных ресниц. Мне хочется защитить ее ото всех на свете, говорить ей самые нежные слова.

Но вместо этого я суховато произношу:

– Я все-таки врач и давал клятву Гиппократа.

Внезапно раздается звонок в ворота. Я никого с визитом не жду. Это настораживает. На ум приходит тот сумасшедший толстяк с красной шеей и беременной дочерью, его обещание поквитаться.

– Это за мной! – Девушка взволнована и перепугана еще больше, чем я.

Времени на раздумья нет. Я беру ее на руки и поднимаюсь на второй этаж по потайной лестнице. Девушка сжимает зубы и едва сдерживается, чтобы не застонать от боли.

Я лихорадочно соображаю, что же делать дальше? Есть! Я укладываю девчонку на пол шкафа-купе, плотно забитого плащами и пальто, задвигаю зеркальную дверь и спускаюсь в гостиную. Глубокий вдох, выдох. Главное – вести себя спокойно и уверенно. Я законопослушный гражданин.

Открываю калитку. Во двор, к моему удивлению, заходит шериф Лучано.

– О, старина Люк! Привет! Какими судьбами?

Рядом с ним стоит мамаша Долорес. Выше его на голову, лет сорока, с фигурой голливудской дивы шестидесятых годов. Стильное темное платье-футляр и яркий макияж подчеркивают это сравнение. Несмотря на возраст, она сияет хищной и опасной красотой, присущей ядовитым цветам и змеям.

С Долли мы знакомы не слишком близко, но пересекаемся достаточно часто. Она – что-то вроде предводительницы проституток Старого города. Без ее ведома ни одна девчонка не выйдет на улицу торговать своими прелестями. Мамаша отличается весьма крутым нравом. Даже многие бандиты побаиваются переходить ей дорогу. Она запросто может что есть мочи заехать коленом кому угодно между ног, а то и вообще пустить на корм червям.