Высокий, царственный и сварливый
Шрифт:
Я хотела хоть раз заставить себя гордиться собой.
— Я не могу.
— Я знаю…
У Кая были работа и долг, от которых он тоже не мог отказаться. И я не сомневалась, что он чувствовал то же самое, что и я.
— Ты ещё не ушла, но мне уже больно, — сказал он, утыкаясь носом в мою правую ладонь. — Я знаю, что мы оба будем заняты. Не зная, когда я смогу поцеловать тебя и обнять в следующий раз. Это уже убивает меня, — боль пронзила мою грудь. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы выкроить время и навестить тебя в Джахандаре, но что я буду делать, когда не смогу, Эсмеральда? Как я буду спать, когда тебя не будет рядом? Как мне не скучать по тебе каждую минуту каждого дня?
У меня защипало в носу и глазах.
— Я не знаю, — мой голос дрогнул. — Но мы можем созваниваться каждый день. И я тоже найду время, чтобы навестить тебя. Когда смогу. И мы сможем посещать одни и те же международные мероприятия. Все, — я проглотила комок в горле. — Я знаю, это будет тяжело, но у нас всё получится. Я обещаю тебе, Кай, мы справимся.
— Я знаю, — выдавил он и прижался своими губами к моим.
Мы целовались, целовались, и целовались. Долго и медленно. Глубоко и лихорадочно, не торопясь, чтобы стереть страх, сомнения и боль. Позади осталось только страстное желание, которое сделало пространство между моими раздвинутыми бедрами влажным, горячим и нуждающимся. И когда стояк Кая прижался прямо туда…
— Ты нужен мне. Ты нужен мне сейчас, Кай.
Он быстро покачал головой, ошеломленный румянец залил его лицо.
— Прошлая ночь была насыщенной, Эсмеральда. Я не хочу, чтобы потом тебе было больно.
— Я хочу, чтобы мне было больно, — сказала я, не сбиваясь с ритма. — Я хочу чувствовать тебя между ног во время ходьбы, — я прижалась тазом к его эрекции. — Я хочу эту боль, Кай. Дай её мне. Пожалуйста. Я умоляю тебя.
Прижавшись своим лбом к моему, он застонал, сдержанность и удовольствие боролись на его лице. Было очевидно, что удовольствие побеждало.
— Ты и твой грязный рот, Бэббл, — прорычал он и поднял голову. — Я не должен причинять тебе боль. Скажи мне, что я не должен.
— Ты должен, — я провела ногтями по его напряженной спине и впилась пальцами в его полные ягодицы через пижамные штаны. Он зашипел надо мной. — Ты правда должен.
Когда наши взгляды встретились, а руки переплелись над моей головой, он так и сделал.
Глава 40
Эсмеральда
— Может, ты прекратишь это делать? — строго сказала я Шехрияру, убирая его руку с галстука. Снова. Он боролся с хмурым взглядом, сжимая руки в кулаки по бокам.
— Неудобно, — проворчал он. Но беспокойство, исходившее от его тела, говорило о том, что дело было не только в галстуке. Ему было неудобно.
Были две вещи, которых Шехрияр не делал. Во — первых, он никогда не носил галстуки с костюмами. И, во — вторых, он не посещал королевские мероприятия, если только не стоял на страже по периметру зала.
Но принц Арш попросил Шехрияра и маму Катию присутствовать на заключительном балу Празднования Мира в качестве его гостей, и дресс — код, как всегда, был настолько формальным, насколько это вообще возможно.
Другими словами, Шехрияр сидел напротив меня во время ужина из пяти блюд с таким видом, словно хотел выбежать из обеденного зала Уэсткомбского дворца, пока вдовствующая королева Хааса вела с ним беседу. И с тех пор, как мероприятие переместилось в Большой зал, он оставался приклееным к стене.
Теперь бал был в самом разгаре: в углу у входной лестницы играл живой оркестр, а среди сотен приглашенных гостей, членов королевских семей и министров были расставлены красивые белые и бледно — голубые цветочные композиции.
Мне потребовалось двадцать минут, чтобы добраться от того места, где я оставила Кая с Кэнди, Пьером и Тревором посреди битком набитого готического зала, до того места, где в углу прятался Шехрияр после того, как его останавливали почти все, мимо кого я проходила. У меня было около пяти минут, чтобы оттащить его к матери, прежде чем королевские семьи разошлись в разные стороны, чтобы король Рами и королева Лейла могли начать заключительные речи.
— Я знаю, это неудобно, Шер, — сказал я сочувственно. — Но ты не можешь прятаться здесь всю ночь. Ты должен быть с принцем Аршем и мамой Катией, чтобы он мог представить тебя всем.
— Мне вообще не должно быть здесь, — сказал он, оглядываясь поверх моей головы и снова поправляя галстук.
Я знала, что он разглядывал дорогие костюмы и дизайнерские платья среди королевских туник и платьев в национальных цветах, которые носили люди, с которыми он обычно никогда не общался. Они заставляли его чувствовать себя не в своей тарелке. Поддельный продукт на полке с настоящими.
Это было неправдой. Но Шехрияр был упрямым ослом, который редко сдавался, уже приняв решение. Этот глупый человек даже не понимал, что при его высоком, мускулистом телосложении красный галстук и чёрный облегающий костюм — тройка сидели на нём лучше, чем почти на всех других мужчинах в этой комнате.
— Ты должен быть здесь, Шер, — сказала я, потянув его вперед, подальше от стены, обхватив рукой за локоть. Он подошел, как капризный подросток. Когда его пальцы потянулись к галстуку, я оттолкнула их. Его брови нахмурились, но он быстро стер этот взгляд и вместо этого стиснул зубы. Я бесстрашно улыбнулась.
Он не мог отчитать меня. Это была моя территория. Охраняемая территория принцессы.
— Ещё раз прикоснешься к этому галстуку, и я использую его, чтобы задушить тебя позже, — предупредила я сквозь улыбку, — он моргнул, не ожидая этого, затем сдвинулся.
— Ты говоришь как Мария.
— О, ты был бы гораздо оживленнее, если бы твой заклятый враг был здесь, не так ли?
Он хмыкнул, как будто это было невозможно, но от меня не ускользнуло, как он скривил челюсть и на секунду отвел взгляд. Идиот. Когда он собирался признать, что не находил мою лучшую подругу такой раздражающей, как ему хотелось бы, чтобы все думали?
— Тогда пошли, — я повела его в толпу людей.
— Эс— Принцесса. Я не…
— Кронпринцесса Эсмеральда, — окликнула нас молодая блондинка, когда мы проходили мимо неё. Я сразу узнала голубые глаза актрисы из некоторых моих любимых фильмов.
— Ями, — прощебетала я. Она склонила голову.
— Я упустила свой шанс подойти поздороваться перед ужином, но я так рада, что наконец нашла вас, Ваше Высочество, — сказала она, и её улыбка затмила звезды. — Так приятно видеть вас снова.
Я дружески сжала её пальцы свободной рукой.
— Я тоже очень рада тебя видеть. Я так рада, что ты меня остановила. Прошло так много времени с тех пор, как я видела тебя в последний раз.
— Точно. Но посмотри на себя! — она провела другой рукой вниз по моему телу. — Вы выглядите совершенно сногсшибательно, Ваше Высочество. Я имею в виду, ты всегда такая, но это платье. Вау.