Чтение онлайн

Парика замер. Нож снова медленно опустился. Сонеа сосредоточилась, и боль ушла. Глаза Ичани расширились. Он приложил лезвие сильнее, а когда ранка снова затянулась, потрясенно заморгал.

Ичани не умеют Исцелять!

Охватившее Сонеа торжество быстро испарилось. Она не могла исцелять себя без конца. Но…

«Он держит меня за руку! Контакт „кожа к коже“. Целительной силой я могу сделать с ним что угодно!»

Закрыв глаза, Сонеа направила сознание в руку убийцы. Боль от очередного пореза чуть не заставила ее потерять концентрацию. На мгновение задержавшись, чтобы Исцелить себя, она проникла сознанием еще глубже в его тело. Плечо. Грудь. Еще чуть-чуть… Боль снова пронзила ее руку…

«Вот оно!» — торжествующе подумала Сонеа, из последних сил стиснув сердце Ичани.

Парика издал вопль и разжал руку. Сонеа торопливо отодвинулась назад. Ичани упал на колени и схватился за грудь.

Он был на грани жизни и смерти. Как зачарованная, Сонеа не отрываясь смотрела на его медленно синеющее лицо.

— Отойди от него!! !

Сонеа вздрогнула. Аккарин рванулся вперед и подхватил с земли уроненный Парикой нож. Быстрым движением полоснув Ичани по шее, он приложил руку к ране.

Сонеа опустилась на локоть. Конечно, почему бы Аккарину не забрать оставшуюся у Парики силу…

Оставшуюся силу?! Если Парика умрет, полный магической силы, она вырвется на свободу и поглотит все вокруг. Поднявшись из последних сил, Сонеа отпрянула…

Выпрямившись, Аккарин уронил нож. Безжизненное тело Парики скользнуло на землю. Мгновение спустя Аккарин уже сжимал Сонеа в объятиях.

— Я уже думал, что потерял тебя! — хрипло прошептал он. Не то вздох, не то всхлип сорвался с его губ. — Нужно было бежать сразу, как ты увидела его!

Сонеа едва могла шевелиться от усталости, но поток Целительной магии из ладоней Аккарина вернул ей силы.

— Я же говорила, я вас не брошу. Если мы умрем, то вместе. Слегка отодвинувшись, Аккарин лукаво взглянул на нее:

— Я глубоко польщен. А как же Дорриен?

— Дорриен!

Они вместе повернулись. Дорриен лежал на земле. Аккарин и Сонеа торопливо подбежали к молодому Целителю. Его широко открытые глаза потускнели от боли. Аккарин положил руку ему на лоб.

— Вы тяжело ранены, — сказал он. — Не шевелитесь.

Дорриен с трудом перевел взгляд на Аккарина.

— Не тратьте на меня силу! — прошептал он.

— Не будьте дураком, — стиснув зубы, проговорил Аккарин.

— Но…

— Закройте глаза и помогите мне. Вы знаете Целительство лучше меня.

— Но…

— Вы нужны мне живым, Дорриен, — повелительно сказал Аккарин. — Если захотите, вы сможете восполнить потраченную на вас силу.

Понимание мелькнуло в глазах молодого Целителя.

— О! — Он взглянул на Сонеа. — А что стало с сачаканцем?

Сонеа покраснела. Убийство с помощью целительной силы внезапно показалось ей вопиющим нарушением этики Целительства.

— Убит. Я потом тебе расскажу.

Дорриен закрыл глаза. Он был уже не так мертвенно бледен, как пять минут назад.

— Дай-ка я попробую угадать, — тихо сказал Аккарин. — Ты ведь остановила его сердце?

Сонеа подняла голову. Аккарин кивком показал на Дорриена.

— Он уже сам себя исцеляет. Я только даю ему силу. — Он помедлил. — Я прав?

Сглотнув, Сонеа кивнула. Ей очень не хотелось обсуждать свое второе убийство.

— Вы же говорили, что Парика не войдет в Киралию первым, — сказала она.

— Возможно, он хотел отомстить за рабов, — нахмурился Аккарин. — Хорошие рабы — редкость. Ичани страшно злятся, когда теряют их. Но я все равно не понимаю…

Пошевелившись, Дорриен открыл глаза.

— Достаточно, — сказал он. — Меня словно склеили из мелких кусочков, но умирать я, кажется, не собираюсь.

Осторожно приподнявшись на локте, он скользнул взглядом по мертвому Ичани. Вздрогнув, Целитель поднял глаза на Аккарина.

— Я верю вам. Скажите, что я должен сделать?

— Предупредите Гильдию, — сказал Аккарин, помогая Дорриену подняться на ноги. — У вас есть…

— Лорлен!

— Макин?

— Какие-то люди напали на Форт!

Образ дороги возник перед мысленным взором Сонеа. Она узнала подход к Форту с сачаканской стороны. Несколько мужчин и женщин, одетых похоже на Парику, выстроились в ряд. Воздух гудел от магических ударов.

— Слишком поздно для предупреждений! — пробормотал Дорриен. — Они уже здесь.

На рыночной площади толпился народ. Сири завистливо огляделся. Понятно, почему Севли и Лаймек — контролировавшие рынок Воры — были такими богатыми. Торговля шла бойко, и поток монет струился в карманы владельцев ларьков. Небольшая часть дохода, которую торговцы платили Ворам в обмен на защиту и другие услуги, ежедневно составляла кругленькую сумму. Сири и Савара сидели на террасе приличного болхауса. Владелец только что поставил перед ними чашки с дымящейся ракой. Сделав глоток, Савара удовлетворенно вздохнула.

— Хорошая у вас рака. Почти как у нас.

— Придется мне достать сачаканской, — усмехнулся Сири.

— Рака из Сачаки влетит тебе в копеечку. Мало кто из купцов отваживается на путешествие через пустыню.

— Почему?

— У нас нет ничего такого. — Савара обвела рукой веселую рыночную толпу. — Нет рынков. Нет торговцев. Каждый Ашаки владеет сотнями рабов…

— Ашаки?

— Могущественные свободные люди. Рабы делают для них все — возделывают поля, ткут одежду, готовят, убирают, развлекают хозяев и гостей. Если у раба есть какой-то особый талант — например, он лепит красивую посуду — его хозяин может обменять часть этой посуды на продукцию рабов других хозяев.

— Зачем тогда купцы вообще туда ездят?

— Если они все же находят покупателя, они могут быстро сколотить состояние. Ашаки очень богаты. Особенно хорошо идут предметы роскоши.

Сири взглянул на прилавок соседнего ларька, где продавали модные ткани. В прошлом году один ремесленник изобрел блестящую непромокаемую ткань. Новинка шла нарасхват.

— Похоже, у вас в Сачаке незачем стараться работать лучше.

— В общем, нет. Если у раба есть амбиции, он может привлечь внимание, сделав что-нибудь красивое и необычное.