Чтение онлайн

Это были мантии. Одежда магов Гильдии. Аккарин мрачно уставился на них.

— Мы не можем их надеть, — тихо сказал он. — Мы больше не маги Гильдии. Это преступление.

— Завтра это преступление совершат сотни людей, — усмехнулась Сонеа. — Сотни людей в мантиях будут бегать по городу, пытаясь заставить Ичани рассредоточиться.

— Это совсем другое дело. Мы — изгнанники. К тому же эти мантии — черные. Нас не примут за обычных магов.

В мешке оставалось что-то еще. Сонеа достала две рубашки очень свободного покроя.

— Странно. Зачем он дал два разных костюма каждому?

— Чтобы мы могли выбрать сами?

— Или мы должны надеть одежду магов под простые рубахи?.

— И сбросить их в условленное время, — медленно закончил Аккарин.

— А что, неплохая мысль! Согласитесь, это должно впечатлять. Два черных мага…

Снова взглянув на расстеленные на кровати одежды, Сонеа похолодела. Обе мантии были длинные. Это была одежда взрослых магов.

— Я не могу это носить! — воскликнула она. — Я же не закончила Университет.

— Ну вот, теперь ты согласилась со мной, а я как раз передумал, — усмехнулся Аккарин. — Похоже, твой друг Сири не только умен, но и весьма хитер. Пока нас не обнаружат, мы не станем снимать рубахи. Но когда игра пойдет в открытую, сачаканцы могут подумать, что Гильдия приняла нас. Это смутит их.

— А как же Гильдия?

— Если они хотят нашей помощи, они должны принять нас такими, какие мы есть, — пробормотал Аккарин. — В конце концов, мы не можем разучиться черной магии.

— Так, значит, черные мантии для черных магов, — сказала Сонеа, опуская голову.

— Да.

«Ой как не понравится Ротану, что я расхаживаю в черной мантии, — подумала Сонеа и тут же острая боль пронзила ей сердце. — Ротан этого уже не увидит».

— Я бы предпочла, чтобы черную магию называли высокой, как раньше, — сказала она. — Но вряд ли нас станут называть Высокими Магами. Слишком похоже на Верховных.

— И к тому же черные маги не должны считать, что они выше остальных.

— Вы думаете, нас примут обратно в Гильдию? — медленно спросила Сонеа.

— Если Гильдия уцелеет, она уже никогда не будет прежней, — нахмурившись, сказал Аккарин. — А сейчас давай спать. Когда еще нам удастся выспаться.

Он начал раздеваться. Присев на край кровати, Сонеа обдумывала его слова. Да, Гильдия изменилась безвозвратно. Так много магов погибло! Цвет Гильдии… При мысли о Ротане слезы снова навернулись ей на глаза.

— Никогда не думал, что можно спать, сидя рядом с мягкой кроватью, — заметил Аккарин, забираясь в постель.

Волнение и стеснительность одновременно овладели Сонеа. Она вспомнила, как удивилась утром, проснувшись и обнаружив Аккарина рядом. «В постели, конечно, гораздо приятнее, чем на голой скале, — подумала она, — но это так странно — спать под одним одеялом».

Запихнув одежды обратно в мешок, она разделась и нырнула в постель. Аккарин уже спал и ровно дышал во сне. Улыбнувшись, Сонеа потушила лампу.

Несмотря на темноту и напряженный день, Сонеа не спалось. Засветив тусклый световой шарик, она повернулась набок. Было так приятно просто наблюдать за спящим Аккарином, прослеживая взглядом мельчайшие черточки его лица.

Веки Аккарина дрогнули.

— Ты почему не спишь? — пробормотал он.

— Не могу уснуть.

— Кажется, я уже слышал это, — улыбнулся Аккарин.

С порога почувствовав пьянящий аромат благовоний, Сири прошел прямиком в ванную. Савара нежилась в пышной белой пене.

— Снова купаешься?

— Да. Не хочешь ли присоединиться?

— Пока нет. Ты еще успеешь свести меня с ума.

— Тогда расскажи мне новости.

— Сейчас, только стул возьму.

Вернувшись в гостиную, Сири остановился и глубоко вздохнул. Нестерпимое желание рассказать Саваре всю правду снова овладело им. В конце концов, у них сделка: городские новости в обмен на указания, как справиться с Ичани. Сердце говорило, что он может довериться ей, но рассудок противился этому.

Он так мало о ней знает! Савара помогала ему выслеживать своих соотечественников, зная, что тех ждет смерть, но это еще не значит, что она защищает интересы Киралии. Сири чувствовал, что она безгранично предана «своему клану».

Он не может рассказать ей о возвращении Аккарина и Сонеа! Кто знает, не попадут ли эти сведения прямо к Ичани. Если Савара предаст его, вина за гибель Киралии падет на его плечи. И потом, Сонеа…

Смутное чувство вины зашевелилось в душе Сири. Ради прежней любви он скрывает от своей новой женщины важную тайну. Но он не вынесет, если Сонеа погибнет из-за него!

Когда-нибудь Савара узнает правду. При мысли о ее возмущении Сири охватил прежде неизвестный ему страх. «Она должна понять, — сказал он себе. — Какой же Вор без секретов! А она… когда все это закончится, она все равно бросит меня».

Решительно тряхнув головой, он взял стул и вернулся с ним в ванную. Савара положила локти на край ванны.

— Так что же решили Воры?

— Они одобрили наш план, — сказал Сири. — Лаймек велел своим людям шить мантии.

— Надеюсь, те, кто их наденет, умеют быстро бегать.

— Они спрячутся на Воровской Дороге. Мы также послали людей подыскать подходящие места для ловушек.

— У меня тоже есть новость, — медленно сказала Савара. — Гильдия позвала Аккарина на помощь.

Сири притворился удивленным.

— И что он сказал?

— Он не ответил.

— Ты не думаешь, что он…

— Мертв? Не знаю. Может быть, он просто не хочет привлекать к себе внимания?

Сири пожал плечами. Улыбнувшись, Савара протянула к нему руки.

— Иди ко мне, Сирини, — прошептала она. — Ты оставил меня одну-одинешеньку на целый день. Так и заскучать недолго.

— Я слышал, ты ходила развлекаться на рынок.

— Все-то ты знаешь, — усмехнулась Савара. — Да, ходила. Нужно было забрать кое-что у ювелира. На-ка, посмотри.

На краю ванны стояла коробочка. Савара протянула ее Сири.

— Это мой подарок тебе. Я рассталась с несколькими камешками из своих кинжалов.

Подняв крышку, Сири замер в изумлении. На черном бархате лежала странная серебряная подвеска в виде насекомого. От удлиненного тельца отходили крылья с густой сетью прожилок. Вместо глаз искрились два желтых камешка, а на кончиках усиков сверкали зеленые блестки. Брюшко было сделано из большого гладкого рубина.