Чтение онлайн

Благодаря Джейсу я потеряла не всё. На этот раз я не могу сдержать слезы, они катятся по щекам, когда я поднимаю на него взгляд. Голос дрожит от эмоций: — Спасибо, что остановил его.

Джейс придвигается ближе, я наклоняюсь вперед, и в тот момент, когда я вдыхаю его успокаивающий запах и прячу лицо у него на шее, мой мир перестает казаться окончательно разрушенным.

Джейс обнимает меня, его движения всё еще очень осторожны, и я шепчу: — Всё в порядке, ты можешь меня обнимать.

— Хорошо, — бормочет он, уткнувшись в мои волосы, а затем шутит: — Ты же меня знаешь, я весь из себя «про любовь».

Улыбка трогает уголок моего рта, но резкая боль в разбитой губе заставляет меня остановиться. И всё же, шутка из уст Джейса никогда еще не звучала так прекрасно.

Когда он начинает отстраняться, я правой рукой хватаюсь за его футболку.

— Еще хоть мгновение.

Его руки снова сжимаются вокруг меня, и я закрываю глаза от накатившего облегчения.

— Хочешь поговорить о том, что случилось? — шепчет он.

Я быстро качаю головой. Никогда не хочу об этом говорить. Я просто хочу забыть, что это вообще было.

На этот раз, когда Джейс отстраняется, я заставляю себя отпустить его, понимая, что не могу цепляться за него вечно.

Джейс касается моего лица и осторожно проводит большим пальцем по челюсти. Я смотрю в его глаза, и видя, как его лицо застыло от ярости, спрашиваю: — Я так плохо выгляжу?

Он смотрит на меня, и уголок его рта приподнимается. Он смотрит так долго, что я чувствую трепет чего-то знакомого.

Любви.

— Ты всегда будешь для меня красавицей, Мила.

Меня трогают не столько слова, сколько его тон. Это как очищающий дождь для моей испачканной души. Он смывает часть пятен, и на мгновение мой мир становится чуточку светлее.

ДЖЕЙС

Мой взгляд скользит по ее лицу, отмечая темные синяки вокруг левого глаза, спускающиеся к самой челюсти, где отек выглядит болезненно-воспаленным.

Должно быть, Джейд собрала вещи Милы, потому что она в своих спортивных штанах и футболке.

Каждые несколько секунд меня убаюкивает ложное чувство покоя, но затем оно исчезает, и хаос внутри возвращается разрушительным торнадо.

Я вижу те же эмоции на лице Милы.

В один момент она кажется спокойной, а в следующий — паника и страх омрачают ее глаза.

Я никогда не сталкивался ни с чем подобным. Я брожу на ощупь в темноте, но потребность исправить всё для Милы заставляет меня спросить: — Что я могу сделать, чтобы помочь?

Она опускает взгляд на руки.

— Ты уже сделал так много, Джейс. Мне просто нужно время. Уверена, скоро всё вернется в норму.

Ее слова полностью противоречат языку тела.

Плечи ссутулены, а левую руку она так и не убрала от талии, словно защищаясь.

От нее буквально веет страхом, и это заставляет меня придвинуться еще ближе. Я двигаюсь медленно, и когда она не отстраняется, я обнимаю ее за плечи и притягиваю к своей груди. Я чувствую, как напряжение покидает ее плечи, когда она опирается на меня. Она выдыхает так, будто не дышала несколько часов, и я усиливаю хватку.

— Я никуда не уйду. Если тебе нужно, чтобы я держал тебя, пока ты снова не почувствуешь себя в безопасности, я буду держать тебя столько, сколько потребуется.

Мила качает головой и, прижавшись лбом к моему плечу, шепчет: — Это событие и так слишком сильно разрушило жизни всех вокруг.

Моя упрямая девочка.

Эта мысль заставляет уголок моего рта слегка приподняться.

— Ладно, тогда я буду держать тебя просто потому, что мне это нужно. Идет?

Мила поднимает голову и смотрит на меня. На лбу пролегает складка, в глазах вспыхивает душевная боль.

— Прости. Я даже не подумала о том, что чувствуешь ты. — Она кладет руку мне на грудь, в ее чертах читается беспокойство. — Ты в порядке?

Как ответить на этот вопрос? Я не в порядке, потому что она не в порядке.

Понимая, что не могу сказать ей это, я улыбаюсь.

— Я в норме, Мила. Мне просто нужно быть рядом с тобой. Позволишь мне?

Ее глаза начинают блестеть, подбородок дрожит. Я наклоняюсь к ней, пока наши лбы не соприкасаются. Когда она кивает, я выдыхаю с облегчением.

Я отстраняюсь и целую ее в лоб. Мои глаза закрываются, я не нахожу в себе сил отстраниться.

Дверь за нами открывается. Оглянувшись, я вижу мистера Уэста, за которым входят женщина-полицейский и врач.

Я начинаю подниматься с кровати, и Мила видит вошедших. Я наблюдаю, как она буквально сжимается, медленно втягивая воздух. Боль проносится по ее лицу, и она начинает качать головой.

— Нет.

Дыхание становится частым, она пытается сползти с кровати.

Врач немедленно останавливается.

— Мисс Уэст, я доктор Келли Бауэр. Я один из психологов мемориального госпиталя Оу Джей Вэлли.

Мила лихорадочно смотрит на окно, как будто всерьез подумывает использовать его как выход. Я бросаюсь к кровати, и как только я касаюсь ее плеча, она бросается вперед и утыкается мне в грудь. Видя, как Мила съежилась, ища у меня защиты, я теряю остатки самообладания.

Сейчас важна только Мила. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить ее.

Я крепко обнимаю ее и через плечо качаю головой вошедшим, чтобы они не приближались.

— Ей обязательно говорить с вами прямо сейчас?

Доктор сочувственно улыбается:

— Нет, мы можем вернуться позже. Однако ей стоит поговорить с офицером Лейн как можно скорее.

— Я… — подняв голову, Мила смотрит на меня умоляюще. В ее голосе отчаяние, она шепчет: — Не сейчас. Я всё равно мало что помню.

— Я оставлю свою визитку, вы сможете связаться со мной, как только будете готовы, — говорит офицер Лейн. — Чем раньше, тем лучше. Каждая деталь поможет в деле против мистера Грина.

Она протягивает визитку мистеру Уэсту, и они выходят из палаты.

Когда мы остаемся одни, Милу всё еще бьет дрожь, но она отстраняется. Она обхватывает себя руками и, низко опустив голову, делает шаг назад.

— Я отойду в уборную, — шепчет она.

Понимая, что не могу пойти за ней, я жду, пока дверь за ней закроется, и выскакиваю из палаты.

Выйдя в коридор, я слышу слова доктора Бауэр: — …еще один фактор, влияющий на степень травмы — то, насколько беспомощной чувствовала себя жертва. У некоторых фрагменты событий разрознены. Нужно время, чтобы пострадавшая смогла выстроить хронологию. Нам нужно набраться терпения. Это долгий процесс.