Чтение онлайн

Лорд Мавен их лично не встретил при входе в замок. Впрочем, ввиду его многочисленных странностей, этого никто и не ожидал. Прибывших его помощники разместили по разным комнатам. Водопровода в Лимкре не было, и гостям предоставили по служанке с медным тазом и полотенцем, чтобы привести себя в порядок, и через полчаса пригласили к лорду Мавену. Тот их принял в зале, овальные окна которого выходили на порт, и была видна до горизонта серая морская гладь Мертвого моря. Лорд Мавен улыбаясь гнилыми зубами, своими длинными худыми руками с длинными ногтями, похожими на когти, обнял Авеин и смачно поцеловал три раза в щеки. И проделал это же с Деа. Ивэн был рад, что ему досталось только пожатие костлявой руки. Ивэну показалось, что в местах поцелуев Мавена на щеках матери и сестры остались следы его слюны, и, действительно, когда Мавен отвернулся, чтобы дать указание по поводу предстоящего ужина, Авеин и Деа быстро попытались стереть следы гостеприимства лорда Мавена со своих лиц. Когда же он обернулся на них, то мать и дочь уже слегка улыбаясь, смотрели на него, сложив руки у пояса.

Мавен, сгорбившись, повел их в столовую замка, сам бодро открыв двустворчатые массивные белые двери с позолотой, вошел с гостями в большой зал, в белых, голубых и золотых тонах, десять квадратных колонн из белого мрамора разделяли зал на три нефа. Сами столбы колонн были украшены позолотой, а капители – изображениями диковинных птиц и людей. Над ними расположен сводчатый потолок. Вдоль стен помещены гербы всех провинций Империи. Все-таки сотни лет это был императорский дворец. Стены помещения, когда-то были обиты плотной шёлковой тканью лазурного оттенка, от которой остались лохмотья, безобразно приклеенные сосновым клеем. Помещение было некогда роскошным, вместе с тем, теперь неухоженным и грязным. Позолота местами облупилась, на белых стенах отчетливо видны следы грязных рук, многоцветный деревянный паркет был сильно истерт, планки местами отсутствовали, при том, что лорд Мавен мог себе позволить любой ремонт. Противоположная часть помещения между последней парой колонн была перегорожена уродливой кирпичной стеной- здесь лорд опять что-то перестраивал, разрушая целостность архитектурной композиции, созданной древними архитекторами.

Центр зала занимал длинный стол, уже сервированный к приезду гостей, Ивэн подумал, что, вероятно, он был накрыт постоянно и ждал жертв, которых лорд Мавен гостеприимно заманивал к себе.

Мавен первым сел во главе стола, позади него стал встретивший их в порту коротко стриженый мужчина, очевидно, начальник охраны, слева расположились Авеин и ее дети. Посуда была относительно чистой, но Ивэн аккуратно, чтобы лорд не заметил, протер приборы платком, при этом он заметил, что сестра занималась тем же, не отрывая взгляда от лорда Макумы. Белые двери бесшумно открылись вновь, и стали заходить неизвестные гостям дети, а также полная беременная женщина в потертом розовом платье с бантом позади, с толстой косой, обернутой вокруг головы. Она села справа от лорда. Мавен, повернувшись к леди Авеин, произнес:

– Леди Авеин, позвольте представить, моя супруга, очаровательная Минка.

Женщина криво улыбнулась и кивком поприветствовала леди Авеин, ее детей она не удостоила вниманием. Сев за стол, ненастоящая леди Сталлен сразу начала поедать всё, что находилось возле нее на столе и не являлось посудой. Авеин давно уже потеряла счет женам Мавена, но в одном она была уверена, с Минкой лорд Мавен брак официально нигде не заключал.

Затем наступила очередь знакомиться с детьми. Старшей дочери лорда Неан было лет девятнадцать, это была невысокая тихая девушка с черными длинными волосами, аккуратно уложенными на голове, в волосах у нее была тиара с большим темным агатом. Авеин её знала. Неан была дочерью последней официальной супруги лорда Мавена Фаии.

Фаия была довольно приятна собой и значительно моложе супруга, который был настолько стар, что застал еще Императора Рикада. Она практически ни с кем не общалась, опустив глаза сидела во время приемов мужа. Навещать ее родным лорд запретил, считая, что они плохо на нее влияют, противиться могущественному лорду Сталлену никто не стал. Ее род с восточных земель Империи был разорен в период великих засух, и девушка была выдана замуж в обмен на значительную поправку состояния ее семьи. Говорили, Фаия была глубоко несчастна и покончила с собой, уйдя на Пустоши, бросив восьмилетнюю дочь. Тело Фаии так и не было найдено, впрочем, искать его было бесполезно и безрассудно.

После этого лорд Мавен объявил себя вдовцом, а вот затем, у него стали появляться многочисленные жёны и потомки, но от кого были они, так никто и не мог разобрать. Удивительно, что до женитьбы на Фаии, у лорда не было наследников ни от одной из жен.

Многие члены главенствующих семей периодически оказывались против своей воли на приемах у лорда, и каждый раз он представлял новую супругу, поэтому никто уже не запоминал очередную похитительницу сердца лорда Мавена. Ветреность лорда была одной из главных тем шуток на балах, когда та или иная жертва его приемов взахлеб рассказывала, что ей или ему пришлось пережить в Лимкре.

Лорд стал представлять своих детей, ни разу не ошибся и не запнулся в именах; десятка два имен и лиц, некоторых Авеин знала с прошлых приемов. Никаких внешних уродств Авеин не заметила, вместе с тем, и дочери и сыновья лорда выглядели весьма неухоженно и имели глуповатый вид. Простая математика подтверждала тот факт, что одновременно у лорда имелось по несколько жён, иначе, откуда такое количество детей. Авеин подозревала, что Мавен не всех пригласил на ужин и рассказы о нездоровых детях, которые рождались у лорда, могли быть правдой.

За ужином лорд Мавен рассказывал какие-то небылицы, глупо шутил, иногда вставал из-за стола, чтобы отпустить оплеуху кому-нибудь из детей и при этом каждый раз смеялся, пока его смех не переходил в глубокий грудной кашель. Молчаливый мужчина всегда следовал за ним и стоял позади лорда, скрестив руки. Каждый раз, проходя мимо Деа, Мавен гладил своей костлявой рукой девушку по плечам, плотоядно смотря на нее, от чего Авеин хотелось воткнуть двузубую вилку ему в руку, посмотрев на сына, она поняла, что он жаждет сделать то же самое.

Не будучи уверенной в свежести продуктов на столе, Авеин ковыряла вилкой морковь, которая показалась ей наиболее безобидной, дочь послушно следовала ее примеру. С ужасом леди Саден-Ферро увидела, как ее сын уплетает что-то слегка обжаренное со щупальцами, она пыталась ему подать знаки, чтобы он прекратил это есть, но Ивэн, прекрасно поняв мать, продолжал доедать яства лорда Мавена. Оставалось надеяться, что в крайнем случае рубин спасет его.

Однако, успокоившись и взяв себя в руки, Авеин обратилась к Неан:

– Дорогая, давно тебя не видела, как поживаешь, отец так и не отправил тебя для обучения в Академию?

Девушка, испугавшись, что с ней заговорили, посмотрела на отца, как бы спрашивая разрешения ответить, но тот был занят, забавляясь над одним из своих сыновей, рыжим юношей, с большими оттопыренными ушами, лет десяти.

– Леди Авеин, отец говорит, что девушке незачем учиться, ее предназначение продолжать род и заботиться о семье, он не разрешает мне выходить из замка, говорит, что сам найдет мне супруга, – при этом Неан печально посмотрела на Авеин.

–Милая, но как же …

В этот момент лорд Мавен оторвался от своего занятия и подошел к леди Авеин, не забыв погладить Деа по спине, и прокаркал:

– Авеин, ты давно не появлялась на балах, я так полагаю, на этот раз отказать было нельзя.

Лорд ухмыльнулся и шутливо погрозил пальцем. Авеин поняла, что даже это ему известно. Улыбнувшись, она ответила:

– Дорогой лорд Мавен, Деа нужно вывести в свет. Я так раскаиваюсь, что не сделала это раньше. Я буду несказанно рада после столь долгой разлуки вновь увидеть Императора и его высокочтимое семейство.