Чтение онлайн

Что касается Анхелии, то тут всё было не просто. Она начала встречаться с Ромилисом, но какая-то тайная грусть всё равно точила подругу изнутри, не давая свободно вздохнуть. После того памятного разговора по артефакту связи был ещё не один сеанс связи, вследствие которого на ней не было лица и она погружалась в длительную грустную медитацию, правда уже без таких глобальных последствий, как в тот раз. На все вопросы об обидчике и причине печали она отвечала, что это родные, и что это дела рода, так что посвятить она меня не может. Но по некоторым признакам и нечаянно оброненным фразам я поняла, что причина кроется в матримониальных планах её родственников, которые никак не соответствовали интересу Хель к Ромилису. Хотя, возможно, я и ошиблась.

Тем более влезать в чужую личную жизнь и давать кому-либо советы считала себя не вправе, тут самой бы в себе разобраться. Ведь в моей личной жизни тоже произошли кардинальные изменения. Вот только радоваться или грустить пока так и не определилась. Всё слишком запутанно и сложно.

А переломным моментом стали как раз осенние спортивно-магические соревнования и зимний бал, к которому в Школе все так готовились. Ажиотаж был неимоверным.

В первых числах ноября в Школе по традиции проводили осенние спортивно-магические соревнования. То есть оценивалась не только и не столько физическая подготовка и достижения в таких дисциплинах, как фехтование, плавание, рукопашный бой, стрельба, бег и так далее, но и количество и качество присоединённых к ним магических талантов, которыми овладел студент. К сожалению, первый курс, по понятным причинам, участия не принимал, а мог лишь наблюдать с трибун и болеть за того или иного участника.

Но и это было очень интересным, захватывающим зрелищем. Да и болеть мне было за кого. К тому времени я уже узнала, какие умения скрываются за каждым видом спорта и могла оценить сложность исполняемых заданий.

Информацию об этом я черпала как в библиотечных источниках, так и от самого Иллиаса или от трио, охотно поделившихся впечатлениями от предыдущих соревнований и хваставшими своими талантами. Все трое осваивали стрельбу и каждый из них обещал, что обязательно будет первым, самым метким и быстрым и так далее, а я только улыбалась, наблюдая за их дружескими перепалками. Какие же они в сущности ещё мальчишки!

Несмотря на интерес ко всем видам спорта, ведь мне пока не определили профильный, я больше тяготела к бегу и особенно к тому полёту, свидетельницей которого я стала. Да, не спорю, водные вихри, волны, которые могут вмиг донести в нужную точку, мысленное управление стрелой, усиленные магией удары или молниеносный клинок, способный двигаться словно со скоростью света — всё замечательно, но всё это ни в какое сравнение не идёт с чувством невесомости.

А ещё в некоторых исключительных случаях бег позволял ускоряться настолько, что человек мог разрезать пространство, словно масло, и очутиться уже в другой точке Арикона, правда, таких умельцев история знала мало. Но я надеялась, что попаду в их число.

Естественно, это не полный список преимуществ спортивно-магической науки. Вплоть до того, что каждый мог в любой момент приобрести совершенно новые, никем не изведанные и не освоенные умения в этом направлении, но, скорее всего, всё же незначительные, так как основа за столько веков была уже создана, как говорится, до нас.

Так что под чутким руководством Иллиаса, который объяснял и направлял, раз за разом я пыталась повторить подвиг Нориса, но, увы, к началу соревнований пока получалось совсем немного, подъем от земли был буквально на пару сантиметров, да и длился всего минуту—две.

По этой или какой другой причине, которой со мной никто не поделился, тренер пока не отказывался от идеи сделать из меня универсального бойца, оставив в расписании фехтование, и добавив к нему стрельбу и плавание. О последнем вообще молчу.

Раньше, ещё на Земле, по понятным причинам, для меня это было слишком сложно, так что всё приходилось начинать чуть ли не с нуля. И каждый раз, когда мы, переодевшись в термостойкие, облегающие костюмы, спускались в одну из небольших искусственных заводей, организованных на нижних этажах посредством магического ограничения морского пространства, я чувствовала себя неловко и смущённо.

В учебных целях я часто оказывалась в его руках и происходил уж очень тесный контакт, который Иллиас ещё и усугублял, как бы невзначай дотрагиваясь то тут, то там или посылая небольшие волны вместо рук, при этом выглядел так, словно ничего и не произошло, а мне всё показалось. Из воды я обычно выходила красная как рак и неимоверно смущённая и взбудораженная.

Но как бы не проходили остальные тренировки, успеха в их магсоставляющей наблюдалось мало, да и со своим фаворитом я определилась довольно давно. Поэтому унывать я себе не давала, каждое утро посвящая бегу, где очень часто встречалась с Норисом, правда теперь стараясь свести общение между нами к минимуму и, казалось, это не на шутку его задевает.

Да, не скрою, как человек он вызывал симпатию, иногда я даже сомневалась в выводах, сделанных Иллиасом на его счёт, существует ведь презумпция невиновности, в конце концов. Однако проверять на собственной шкуре правдивость наблюдений своего тренера и няньки по совместительству как-то не хотелось, да и я уже определилась со своими симпатиями, поэтому держала дистанцию.

Единственная тема, на которую я согласна была пообщаться с Норисом, был бег и левитация, так как никого другого, кто бы настолько хорошо владел ими, я не знала. И он старался извлечь из этого максимум, каждый раз приоткрывая маленькую тайну из своего опыта, подсказывая, как легче достичь результата, и при этом старательно добиваясь от меня необходимых ему эмоций, приправив всё это шутками—прибаутками.

Хоть Иллиас и был в курсе, почему именно я продолжаю общение с Норисом, и в каком ключе оно проходит, и даже, к моему немалому удивлению, не высказал ничего против такого поворота событий, но при этом было заметно, что ему подобный порядок вещей абсолютно не нравится.

А перед самими соревнованиями Норис неожиданно заявил, что тоже примет участие и хотел бы видеть меня, как будущую коллегу по спорту и просто друга, в рядах своих болельщиков. Тем более это ни к чему меня не обяжет, а вот ему, как коллеге по цеху, было бы приятно. Кто лучше оценит его мастерство, как ни я?

Отказаться он мне не дал, вручив атрибут болельщицы и быстро добавив, что это не требование и чтобы я подумала над его предложением на досуге и не рубила с плеча.

С одной стороны, не хотелось обижать парня, ведь он помогал мне советами, как мог, и было бы невежливо отказать в такой, казалось бы, невинной просьбе. А с другой, не хотелось лишний раз давать повод для каких бы то ни было его надежд, поэтому я кивнула, соглашаясь хотя бы не говорить ответ сразу же.

Кроме такой вот интенсивной спортивной нагрузки с частыми тренировками, были, конечно же, и остальные, не менее интересные, хоть порой и изматывающие практические занятия по магическим дисциплинам, на которых я изо всех сил старалась освоить как можно больше.

И если по заклинаниям мне активно помогала Вера, то по пространственно-изобразительной магии просвещала Анхелия, которая, нужно отметить, имела большую тягу к предмету и была неимоверно талантлива. С такими учителями грех было не достичь хотя бы необходимого минимума. Через пару месяцев я могла управлять своими порывами в создании картин и отправлять необходимый магический посыл с заданными преподавателем ограничениями.

Как только наша преподавательница — лесная нимфа в этом убедилась, мне, наконец-то выдали магические холсты и остальной необходимый инвентарь для проведения домашних работ вне класса. Не могу передать тот восторг от признания моих достижений, который при этом испытала.