Чтение онлайн

Когда входим внутрь дома, видим, что женщина, на вид весом килограммов на сто пятьдесят, кроет почем зря парня, и из потока испанской речи я не могу понять ни слова. Из носа парня струится кровь, под глазом – порез. Парень покрыт татуировками и одет в майку-алкоголичку.

Далее. Парень не настолько велик, как она, но выглядит культуристом и действительно разгневан. Я сразу определяю его как обидчика и становлюсь между ними двоими, спиной к женщине. Отталкивая парня, слышу за собой какое-то движение. На лице парня появляется ужасающее выражение, и он начинает кричать по-испански. Когда мы покончили с вызовом, Сара перевела мне его слова. Парень кричал: «Берегись!» Затем я слышу треск, как при сломе доски, и парень мчится прямо на меня. Я хватаю его, и мы катаемся по полу, поэтому не могу видеть, что происходит.

В общем, это был день, когда я научился отказываться от стереотипов. Обидчиком была женщина. Она регулярно избивала мужа. Но когда я сцепился с ним, она стала его защищать и двинулась на меня с ножом для разделки мяса. Треск издал перелом ее запястья, куда Сара ударила рукояткой пистолета. А следующим треском стал вывих колена женщины. Сара прекрасно владеет приемами самообороны. Помимо этой женщины, я наблюдал, как она опрокидывала мужчин, которые значительно превосходили ее по комплекции.

– Она выглядит как человек, который, когда потребовалось, прикрыл вас со спины, – сказала Дана.

– Определенно.

– Она выглядит также как человек, который способен на убийство.

Моффит отхлебнул из своей чашки. Затем задумался над словами Даны. Когда ответил, был очень серьезен.

– Сара могла это сделать, но не думаю, что сделала.

– Расскажите мне о ней.

– Сара очень решительна, энергична, готова ответить на вызов. Она прыгает с парашютом, покоряет вершины гор.

– Любит риск?

– Да, но не теряет голову. Она водила меня на вершину горы Худ в первый год нашей совместной работы и приняла все меры предосторожности.

– Она рискует во время патрульной службы?

– Нет. Я бы попросил для себя другого партнера, если бы она вела себя как ковбой. Но ей нравилась оперативная работа. Я тоже с ней неплохо справляюсь, но не пожалел бы, если бы не возникало новых опасных ситуаций. Мне кажется, она предпочитала напряженные ситуации.

– Значит, она была хорошим копом? – спросила Дана.

Моффит сделал другой продолжительный глоток кофе.

– В целом да. Был случай, когда она шла против правил, но я всегда чувствовал себя спокойно в совместных поездках по вызову.

– Она совершала что-нибудь незаконное?

– Вы спрашиваете, не запачкалась ли она? – спросил Моффит обиженным тоном.

– Я просто спрашиваю.

– Нет, она всегда поступала честно. Никогда не замечал, чтобы она кривила душой.

– Сара говорила что-нибудь о Джоне Финли?

Моффит кивнул:

– Когда он приезжал в Портленд в первый раз.

– Что она говорила?

– Говорила о встрече с ним после восхождения на ту гору в Южной Америке и о том, как он появился.

– Мэри пыталась найти доказательство, что Финли был агентом спецслужб. Сара говорила что-нибудь об этом?

– Только не мне.

– Мне кажется, я исчерпала все свои вопросы. Хотите что-нибудь добавить?

– Только то, что не думаю, чтоб она сделала это. Все, что я знаю, указывает на наличие секретных агентов. Финли выглядит как человек, посвященный в тайны, которые далеки от нас, обычных людей.

Управление исправительных учреждений Орегона выбрало тюрьму долины Вилламетты для заключенных-женщин, ожидающих исполнения смертного приговора. Сара Вудраф пользовалась двойной честью быть первым и единственным резидентом учреждения. Ограждение из проволочной сетки с колючей проволокой поверх окружало приземистые здания светло-желтого цвета. Вокруг тюрьмы бежала дорожка, а земля по другую сторону дорожки была полностью лишена растительности и до предела выровнена. Любой беглец был бы виден охране, пока не добрался бы до вечнозеленого леса, располагавшегося невдалеке от забора. В отдалении виднелись зеленые холмы.

Дану ждали. После регистрации и контроля детектором по определению металла охранник повел ее по тюремным коридорам в комнату бесконтактных свиданий, где она осталась ожидать наиболее знаменитого узника учреждения. Через пятнадцать минут открылась массивная металлическая дверь с другой стороны перегородки из пуленепробиваемого стекла, и вошла Сара Вудраф, одетая в мешковатый комбинезон и наручники. Несмотря на одутловатость, которую приобрело лицо в результате мучной пищи учреждения и недостатка солнечного света, бывшая женщина-полицейский в ее удручающем положении высоко держала голову. Дана с удовлетворением отметила, что узница не теряет достоинства.

Вудраф украдкой смотрела на Дану, пока охранник освобождал ее от наручников. Когда он ушел, Сара села на стул из оранжевого пластика и взяла переговорную трубку, висевшую на стене.

– Спасибо, что пришли, – сказала Дана в такую же трубку – Вы репортер, верно?

Дана кивнула.

– И пришли сюда, чтобы написать статью о моем деле?

– Да. Мы полагаем, что сможем оказать вам поддержку, проинформировав наших читателей о том, как власти лишили вас справедливого суда.

– И видимо, заработать энную сумму денег на продаже газет, – усмехнулась Сара.

– И это тоже. Даже репортерам надо есть.

– Надеюсь, вы воспользуетесь мною с пользой для себя, мисс Катлер.

Дане показалось любопытным то, что Сара не пыталась скрывать своего цинизма, несмотря на заверения Мэри Гаррет в стремлении Даны помочь узнице. То, что Вудраф не собиралась манипулировать ею, было хорошим знаком. Дана глядела прямо через стекло, сосредоточив на Вудраф все свое внимание.

– Я имею выгоду от продажи газет. Но это не значит, что мне безразлично, как с вами обошлись. Я приехала сюда за деньгами, а также потому, что с вами поступили несправедливо.

– Мэри говорила, что в прошлом вы детектив из округа Колумбия. Чем вы занимались?

– Нравы и наркотики. Сейчас же я репортер по уголовным делам. Обе работы похожи. Главное отличие в том, что я не могу использовать резиновую дубинку, чтобы заставить людей говорить.

Шутка не вызвала у Сары улыбку.

– Я хотела стать детективом, – сказала она. – Мечта рухнула в тот момент, когда меня арестовали.

Дана подалась вперед:

– Мы хотим помочь вам вернуться к нормальной жизни, и первый шаг к этому – новый суд. В вашем деле столько неясностей! Особенно в отношении спецслужб. Надеюсь, мисс Гаррет будет удовлетворена, если Верховный суд возвысит ваше дело до уровня вопроса национальной безопасности.