Чтение онлайн

– Нет. То есть я не знаю.

Мое замешательство не осталось без внимания. Игорь Борисович придвинул колченогий стул, стоящий у окна, и сел рядом. Спросил участливо:

– Не замужем?

Я кивнула. Отвернула голову. Сил не было видеть пронзительную жалость в его глазах.

– Я вас, девушка, отговаривать не буду. Жизнь ваша, решать вам. Но хочу предупредить сразу: аборт для вас совершенно не желателен. У вас отрицательный резус крови. Если сейчас сделать аборт, то потом могут возникнуть проблемы в последующих беременностях. Это не я придумал, это в любом учебнике написано. Кроме того, хоть мы и делаем выскабливание до двенадцати недель беременности, случается всякое. И могут быть осложнения, срок у вас все же не маленький. Я не пугаю, это информация к размышлению. Может быть, все и обойдется, и все же я рекомендовал бы вам поразмыслить на досуге. Хотите, брошюрку на эту тему принесу почитать?

– Нет.

– Ну как знаете. Время на раздумья у вас пока есть. До вечера. Завтра понедельник, придет ваш лечащий врач, и я должен буду к этому времени определить, куда вас направлять. Если будем сохраняться, то на УЗИ, и там по результатам назначим терапию. Если на чистку, то это другое дело.

Чистка! Какое ужасное слово! Словно я грязный ковер, из которого надо выбить пыль и мусор. Я облизала губы пересохшим языком и слабо поинтересовалась:

– А можно... Можно мне маме позвонить?

– Конечно! Вот только вставать вам сегодня не рекомендуется. Хотите, я позвоню?

– Да. Хочу.

– Только имейте в виду, что бы мама вам ни сказала, это все же ваша жизнь. Так что окончательное решение за вами.

Игорь Борисович заботливо поправил мне одеяло и пошел к выходу. Потом притормозил у двери и заговорщически подмигнул мне через плечо. Похоже, я ему понравилась.

А через час приехала мама. К этому времени я уже полностью уверилась в том, что больше всего на свете хочу этого ребенка. Хочу, невзирая на все трудности, с этим связанные. Несмотря на то, что мне придется жить с клеймом матери-одиночки. Мой не родившийся еще малыш стал вдруг самым главным на всем белом свете. Объяснить сей загадочный факт я не могла и просто приняла его как данность. Теперь оставалось убедить в этом мать. Сделать это было необходимо, так как Игорь Борисович был не совсем прав. От мамы в данном случае зависело многое. Без нее, без ее поддержки, я просто не сумела бы вырастить этого человечка.

Я готовилась к серьезному разговору, мысленно приводила аргументы, подбирала выражения. Как выяснилось, все эти приготовления не пригодились. Мамуля примчалась с огромной сумкой соков, фруктов и йогуртов, которой хватило бы на роту солдат. Села на мою кровать, прижала к своей груди мою голову и неожиданно разрыдалась. Я опешила.

– Мам, ты что?

– Доченька! Девочка моя!

– У меня все хорошо, успокойся!

Она вытерла слезы, постаралась улыбнуться.

– Он оказался подлецом, да? Отказался от вас с ребенком? Я так и знала!

– На самом деле все было не так.

– Если бы все было хорошо, ты бы тут не лежала. Или ты хочешь... О, господи! Не вздумай даже думать об аборте!

Я открыла рот.

– Что ты имеешь в виду?

– Кем бы ни был его отец, у него есть еще и мать. И бабушка. Мы с тобой сумеем его воспитать хорошим человеком, будь уверена! Мы уже привыкли жить без мужчины в доме, вот и дальше проживем. Втроем!

Губы сами растянулись в глупой улыбке. Мама была сложным человеком, но иногда она меня приятно поражала. Как, например, сейчас. Ни слова упрека. Ни намека на возможные трудности. Сама того не понимая, она пролила бальзам на мою душу. Теперь я поверила, что все у нас будет хорошо! Приподнялась на подушке, устраиваясь поудобнее.

– Мама, найди, пожалуйста, моего доктора, Игоря Борисовича. Ты его сразу узнаешь, он такой светлый очень, с небольшой бородкой. Скажи ему, пусть записывает меня на УЗИ. И спасибо тебе большое.

– За что? – не поняла мама.

– За то, что ты такая, какая есть! Мама покачала головой:

– Странная ты.

Я кивнула и закрыла глаза. Я все сумею пережить, я все стерплю. И завтра мне уже не будет так больно. Близнецы легкий, воздушный знак, они умеют легко переносить невзгоды. То, что сегодня кажется страшным горем, завтра я разделю пополам, и станет легче. Я сумею отвлечь себя, переключиться на что-то радостное и светлое и забуду эту боль, как страшный сон, подавлю ее в себе, улечу от нее в небо. Олег был Скорпионом. Целой водной стихией, с головой накрывшей меня волной. Союз воды и воздуха – как шторм на море. Похоже, Скорпион и Близнецы не могут быть счастливы вместе. Его сила, его цельность, его любовь навсегда останутся во мне вместе с этим ребенком. Его ревность, которая все испортила, никогда больше меня не коснется.

Я положила ладонь на живот. Ты будешь жить, малыш! Ты будешь мне подобным. К лету ты появишься на свет, и я покажу тебе этот мир. Пусть даже у тебя не будет папы, мама сделает все, чтобы ты был счастлив!

Алиса снова плакала. Зубы давались ей нелегко. В темноте, шатаясь спросонья, я сделала пару шагов до детской кроватки и взяла ее к себе в постель. Дочка присосалась жадным ротиком к груди, почмокала минуты две и с умиротворенным видом заснула. Я нежно поцеловала ее в макушку, сладко пахнущую детством и молочком.

Последний год прошел для меня как в тумане. Я не жила, а существовала на автопилоте. Сначала беременность, обернувшаяся адской мукой – токсикоз, отеки, постоянная угроза, потом трудные роды из-за узкого таза, потом проблеск счастья – Алиска! И снова проблемы – недостаток молока у меня, ночные капризы у Алисы. Врачи говорили, что ребенка беспокоят газы, что к трем месяцам все должно пройти. Действительно прошло, правда не к трем месяцам, а к четырем. А через две недели началось заново. Только теперь Лисенок все тянула в рот, смешно высовывала язык, слюна рекой текла по подбородку, да и спать она стала совсем скверно. Мы обратились к неврологу. Тот нас «успокоил». Заверил, что это лезут зубы и такое поведение для деток норма. Ничего себе норма! Я уточнила, сколько зубов должно вылезти у дочери к году, и схватилась за голову от ужаса. Что же еще мне предстоит?!

Мама поменяла работу, перейдя на меньшую зарплату, но с более удобным графиком, и помогала мне, как могла. И все равно я справлялась с трудом, благословляя человека, который изобрел памперсы, и искренне восхищаясь героизмом матерей, имеющих близнецов. Как они воспитывают двух малышей одновременно, оставалось для меня загадкой. Мне одна Алиска заменяла целый табун маленьких дьяволят. Может, потому что она родилась под тем же знаком, что и я? «Близнецы» – детишки активные и беспокойные, один ребенок стоит двоих.

Алиса тихо сопела под боком, и, ощущая тепло ее маленького тельца, я и сама начала дремать. Через несколько часов надо будет вставать, гладить ворох пеленок и детской одежки, постиранной с вечера, готовить обед для нас с мамой, прикорм для Лисенка, кормить ее, мыть ей попу, менять подгузники, заниматься уборкой квартиры. В таких вот постоянных домашних хлопотах проходил день за днем, и почти никогда ничего не менялось.

Модельный бизнес я бросила. Марина Пет– ровна очень сердилась. Впервые признав мои неоспоримые достоинства как модели и отметив способность нравится потенциальным заказчикам, она пыталась заставить меня выйти на работу, взяв для ребенка няню, но я ей отка– зала. Сама мысль о том, что придется оставить Алису с посторонним человеком, вызывала содрогание. К тому же девочку мою нельзя было назвать спокойной, и я не была уверена, что даже самая лучшая няня сможет мириться с ее причудами и сохранять терпение.

Ира и Маша помогали мне, как только могли. Все же пословица о том, что настоящий друг познается в беде, имеет глубокий смысл. Казалось бы, что нас теперь может связывать – двух успешных моделей и скромную домохозяйку? Но девчонки меня не забывали.

Ира благодаря фантастическому трудолюбию стала очень известной как у нас, так и за рубежом. Рекламные ролики с ее участием частенько крутили по телевизору, и когда я слышала знакомую музыку, то брала Алиску на руки и показывала ей «тетю Иру». Потом, когда тетя Ира приходила к нам в гости, Лисенок недоуменно хлопала длинными темными ресницами, не понимая, видимо, как тетя может держать ее на руках и одновременно быть в телевизоре. Но появлялась Ира редко, практически переселившись в Германию, где у нее не только намечались выгодные контракты, но еще и жил ее большой друг Ганс Дитрих.