Чтение онлайн

Узнала, что Храна оставили в трухе на неопределенное время, потому что птеродактиль вдруг стал неуправляемым, стал создавать трудности хозяину, вот его и привели в труху, где хали Даркер – сильнейший альшар Горло должен был усмирить гордого зверя.

Храна я слышала, не так, как Орхиса, но тоже вполне могла понять, что беспокоит птеродактиля. Он не распознавал моего зова на расстоянии, проверяла, но при контакте явно понимал, а главное – слушался. Ему больше не надевали на клюв адланрак, что положительно сказалось на поведении зверя. Да и постоянный доступ к воде и мясу тоже способствовал хорошему настроению Храна.

Орхис тосковал вдали от меня, как и мне без него было… неспокойно. Старалась проведывать друга ежедневно. Каждый день находила время на то, чтобы полетать вместе. Чаще всего Хран летал с нами. Шэрх держался немного позади ведущего в этой паре – Орхиса, безропотно слушался моего шэрха и вообще демонстрировал полнейшее раболепие перед ним. Это немного удивляло, но пояснения эфета немного прояснили ситуацию. Орхис – не простой шэрх, он словно на ступеньку выше, более сильный, более выносливый.

Накануне, как раз навещая Орхиса, я с удовлетворением отметила, что работники уже не шарахаются от загона с Храном, спокойно проходят мимо. Орхиса же с самого начала никто не боялся. Мой друг не выказывал агрессии, вел себя сдержанно, смотреть на него можно было только с восхищением, никак не со страхом.

Хали Ораш вернулся этой ночью. Торговец выглядел измотанным, уставшим, но несмотря на состояние, довольным.

– Иттани Алисана, - с радостью приветствовал меня мужчина, - я виноват, что так сильно задержался. Как вы тут без меня?

– Хали Ораш, я безмерно рада вас видеть! – нисколько не покривила душой, искренне радуясь приезду торговца. – Проходите, - сама взяла за широкий ремень на шее «жирафа», заводя его внутрь двора. Уезжал хали Ораш на повозке, запряженной двумя животными, а вернулся верхом на одном, - отметила про себя, но с расспросами лезть не стала. Отдохнет – сам расскажет, если захочет, конечно.

– Где же Орхис? – растерянно поинтересовался торговец, оглядываясь по сторонам, словно громадный шэрх мог спрятаться где-то.

– Он в трухе, - пояснила спокойно, привязывая крэка. Жарих как раз только накануне закончил приводить в порядок изгородь, поврежденную при визите уважаемых стражей. – Все в порядке, он там по своей воле, - улыбнулась хали Орашу. – Идемте в дом, я вас накормлю. Как прошло ваше путешествие? Удачно ли?

– Фарлей все тот же, - отмахнулся торговец. – Суета, толкотня… отвык я от такого, - признался мужчина, с удовольствием принимаясь за еду.

Изысков предложить не могла, но вот суп и жареные корнеплоды с мелкими кислыми овощами вполне. Еще хлеб, его с утра принес Жарих. Сейчас паренек уже ушел домой. Про мои приключения пришлось вкратце рассказать, постаравшись, чтобы Жарих не стал чувствовать себя виноватым, ведь и он забирал мясо и рыбу домой. Надеюсь только, что не продавал на рынке, а то проблемы могут вернуться.

– Хали Ораш, как скоро вы планируете вернуться в Острожье? – задала главный вопрос, ведь от этого зависит и то, как скоро мне предстоит вновь проделать это путешествие.

– Смотрю, вы здесь неплохо устроились и без меня, иттани Алисана, - обвел преобразившийся дом довольным взглядом торговец. – Так что думаю отдохнуть восход, другой и можно возвращаться. Воршики в любой момент можно купить на рынке в Горло, - сообщил он.
– Иттани Алисана, - мужчина замялся. – Я тут подумал… баракар пойдет в Острожье через декаду. Это уже точно, лично разговаривал с капитаном. Баракар будет отходить из Фарлея, я даже вполне мог вернуться на нем и не гнать крэка, но мне очень хотелось поскорее попасть в Горло, переживал, как вы тут, - смущенно признался мужчина. – Так вот, я вполне могу вернуться на острова на баракаре, иттани Алисана. За два восхода баракар, конечно же, не дойдет, но зато вы не станете рисковать своей свободой. Поручиться за вашу безопасность в случае возвращения в Острожье, боюсь, я не смогу.

– Спасибо, хали Ораш, - придвинувшись, сжала грубую мужскую ладонь. – Знаю, вы считаете, что это я вам помогла, а ведь это вы спасли меня, хали Ораш! То, что вы для меня сделали… - сглотнула непрошенные слезы. – Вы дали мне надежду. Возвратили веру в то, что не все вокруг негодяи, что людям можно доверять.

– Будет, будет, Алисана, - впервые торговец обратился ко мне без привычной приставки, как-то по-отечески, что ли. Ободряюще похлопал по ладошке, сжал ее прямо поверх своей. – Здесь, в Ирании у вас есть шанс начать свой путь сначала. Все будет хорошо, уверяю вас. Великая Мать не оставляет своих детей в беде.

– Мне все же нужно вернуться в Иранию, - с горечью сообщила я.

А после пересказала все злоключения, что произошли со мной в отсутствие доброго торговца. Ничего не стала скрывать, рассказала все, как есть. И про Жариха, и про охоту Орхиса, и про склочного соседа. Про стражей и ночевку в камере, про эфета и Триса. Хали Ораш не перебивал. Выговорившись, обессиленно замолчала.

– Эфет в любом городе стоит выше даже градоуправителя, Алисана, - после паузы принялся пояснять мужчина.
– Именно эфет решает судьбы провинившихся, к нему идут со спорами и тяжбами, его слово всегда последнее. Эфет Даорсах – очень могущественный альшар. Спутница эфета, к несчастью уже ушедшая тропой предков, обретшая покой под кровом Великой Матери, была родственницей нашего уважаемого повелителя – сестрой его матери.

– Тетей повелителя, - уронила задумчиво.

– Именно так. У эфета двое сыновей, насколько мне известно, оба довольно взрослые. Но настоящая слабость эфета – его племянница, Льятиша Ракер. Дочь младшего брата, также ушедшего тропой предков. Льятиша выросла в доме эфета, он воспитал ее как собственную дочь.

– Вы так много знаете о местной жизни, а ведь сами живете в Острожье, - мягко улыбнулась хали Орашу.

– Я часто бываю в Ирании, Алисана, - вернул улыбку торговец. – Дорога на баракаре занимает не одну декаду. Чем еще заниматься посреди бескрайнего амута? Вот и общаюсь с капитаном баракара, экипажем, да другими пассажирами.

– Как вышло, что в Острожье и Ирании столько схожих понятий, но язык разный, внешне люди отличаются, а уж про порядки и вовсе не стоит упоминать?

– Бравины – это кочевники, изгнанники, Алисана. Много-много оборотов назад острова пустовали, на них жили лишь дикие звери. Не шэрхи, нет. Они как раз появились на островах позднее. На острова стали ссылать преступивших закон, нарушивших устои и обычаи предков. Такую ссылку можно было приравнять к казни, но изгнанники смогли выжить, смогли приноровиться к тяжелым условиям.

– Изгнанники? Все бравины – изгнанники? И женщины тоже?

– Речь идет о событиях, произошедших так давно, что нет никого, кто бы застал тот период и воочию увидел те события, Алисана. Поэтому я могу лишь пересказывать то, что услышал от своего отца, а он от своего. Лукавлю, - улыбнулся хали Ораш. – Об этих событиях рассказывают даже малькам, когда они только приходят в учильню. У нас говорят, что те, кто не знает своего прошлого, не сможет познать и будущего, - отвлекся на миг торговец.
– Летописи утверждают, что и островов тех раньше не было вовсе. Однажды, множество оборотов назад, словно в один миг разверзлись небеса, прогремела молния, да такой силы, что расколола мир на множество частей. Так и появились те острова.