Чтение онлайн

А пока думал о противоположном поле. А я о нём постоянно думал. Особенно вот так долго пребывая в одном мужском обществе. Просто мне постоянную нужно, и насчёт арабок я твёрдо решил, так как их знаю, подчинение мужчинам у них в крови. А тут что за девицу не найду, пока в штабе служба шла, и я на служебной квартире в Изюме жил, то через некоторое время начинает как собственница себя вести, претензии предъявлять. У меня просто нет времени выполнять их хотелки. Прийти домой, душ и упасть спать, вот что я желал. И желательно обнимая приятные округлости рядом. Ни одна из тех двух больше месяца не продержались. Так что две беру, сто два килограмма, должно хватить. Да, у меня сейчас триста семьдесят семь килограмм на данный момент из свободного. Да уж, больше года в этом мире и в этом теле, осознал это. И да, сто два свободного, из которых двадцать три кило накопилось пока тут под следствием был. А не пополнял хранилище, копил. Кто ж знал, что вот так получиться? Что по машине у магазина, то когда арестовали, ключ уже был у адвоката, которого я сразу вызвонил и тот отогнал её в гараж, доступ и код сигнализации я ему дал. Родные в курсе, переживали, но я просил не приезжать, адвокат всё решил. Да и матушке свой план сообщил, так что отвоюю штрафником и вернусь к нормальной жизни. А та переживала. Но это же мама, они все такие. Только посылки присылала, из того что разрешено. Вот за это спасибо.

Также пару раз пытались убить, это привет от Силантия, поломал их, да допросил, но не убивал, а то ещё бы срок увеличили. В остальном всё как я и спланировал было. Уже двадцатого января тюремным поездом, отправили на север, куда-то в Архангельскую область. Зона оказалась не сказать, что большой, едва тысячи отбывающих наказания, но интересная. Тут работали не только с лесом, от лесоповала, и выпуска снарядных ящиков, но также была швейная мастерская. Я попал в последнюю, шили мы рабочую форму, её куда-то увозили. В принципе на зоне было нормально, беспредельщиков особо не было, спокойно отбывали. Вербовщики из «Вагнера» бывали часто, раз в две недели точно появлялись, но от Минобороны пока не было, не вели ещё такую практику. А я ждал. Да честно скажу, бойцы «Вагнера» конечно хороши, но вскоре серьёзно попортят себе репутацию, да и не в восторге я от частных военных компаний, поэтому ждал вербовщика от Минобороны. А тот появился только двадцатого марта, почти два месяца ожидания. Ну хоть так. Это был первый представитель на нашей зоне, и я первым записался. Тут не было никаких проблем с бюрократией, никаких построений и мужественных речей, а просто подписал полугодовой контракт и сразу вылетел на СВО. На «Ил-76» до Ростова, там нас дальше машинами. Почти две сотни человек было. А так как я сам ветеран, меня знали, сразу на передовую, без обучения и подготовки. Мне этого не нужно.

Я попал в одну из рот «Штурм Z», что стояла на запорожском направлении. В бой нас сразу не кинули, и я стал одним из инструкторов, обучал тех, кто не служил и опыта никакого не имел. По сути за две недели только основы и дал, по тому оружию которое они получили. Причём, заметил, что в основном добровольцы с зон были осуждены за преступления средней тяжести, тяжёлых мало, так что мне повезло, что я проскочил. Если бы нет, оставался вариант с отрядом Пригожина. Туда всех гребли. Вышестоящие офицеры со мной общались, я же был известен, снова подняли мою историю, вздыхали с огорчением, что звания лишили, командиром роты бы поставили, на что я смеялся и говорил – чистые погоны, чистая совесть. Не говорить же им, что мне стоило три миллиона, чтобы меня звания и наград лишили. Адвокат устроил. Только тс-с. Иначе бы мне всё вернули после штрафбата, а я этого не хочу. Нет, я решил, окончательно, довоевать до конца спецоперации рядовым. Мне интересно чем всё закончиться. Так что обучал. Покинуть расположение части не мог, до отбытия срока службы, но помогали местные, даёшь деньги, покупают всё что нужно. Даже сдачу возвращают. Впрочем, видно, что мы им не особо интересны, те больше проукраинские граждане, всё же столько лет пропаганды, чем российские. Ну хорошо, что хоть безразличие. Это лучше, чем ненависть. Матушка уже в курсе что я снова на СВО, контракт на полгода, сказала, что молится за меня будет. Да уж, как это впечатлило её, чистая атеистка до молитв дошла. Плохой я сын, что тут ещё скажешь? Да, много что я мог сказать, но молчание – золото. Сам я получил «ПКМ», с ним воевать и буду.

Когда основы базовой военной науки дал тридцати трём парням, что не служили и оружие впервые держали, то нас разбили на подразделения. Продолжались тренировки, но вокруг весна, грязюка по колено. И только восьмого апреля, первой боевой выход моего отряда. Не взвод, восемнадцать парней. Набились на броню «матылыги», внутри боеприпасы и просто припасы с водой. Летели по дороге на максимальной скорости, грязь летела во все стороны. Крепко держались потому как серьёзно трясло и могло скинуть с брони. Два дня назад один из наших отрядов также был заброшен, я отслеживал своим дроном, держал его, вот и анализировал что тут было. Те доехали до места высадки, она быстро прошла, но их уже срисовал дрон ВСУ, дальше накрытие артой, бросились в рассыпную, многие потерялись, работали сбросами по ним и камикадзе. Так что вернулись всего восемь, грязные, уставшие, двое ранены. Вот такой первый выход. Наш второй, по сути с тем же заданием, взять позиций ВСУ в лесополосе. От места высадки до них ну метров пятьсот. Свободного места в хранилище уже не было, забил цинками с патронами, ручными гранатами, сухпайками и бутылками с водой, так что готовился. Много битой и сгоревшей техники было на дороге, но нас не атаковали дроны, более того, ВСУ вообще о нас не знало, потеряли контакт с двумя разведывательными дронами самолётного типа, также взломал управление четырёх камикадзе, отправив их к хозяевам. И сейчас управляя двумя дронами с системами сброса, скидывал гранаты как раз на позиции, где мы работать должны. Вообще вояк там на виду мало было, двое стояли и курили на досках на дне окопа, там воду было видно, досками и перекрыли, а также наблюдатель. Их грантами и положил, и чуть отлетев, оба дрона посадил у дерева. Позже заберу. Первые мои дроны, других нет.

Мы пролетели мимо сожжённой «БМП-1», лишившейся башни, эта машина первой группы, сожгли на отходе. Было видно, что многие парни на мадраже, нервно тискали оружие, или держались за скобы. Кто-то молился. Хмыкнув, я покачал головой. Вот и место высадки, почти у первой группы, оно метрах в двухстах дальше было. Даже отсюда было видно тела двоих, тут их никто не убирал. Некому, иначе сразу налёт. Так что всю дорогу я ловил украинские дроны, часть отправляя обратно, те что камикадзе, часть использовал. Кстати, добыл тяжёлый «Вампир», не смотря на то что управлялся тот только через «Старлинк» и перехватить управление и отследить операторов по сути невозможно. А я сделал, доработав свои разведывательные дроны. На зоне свободное время тратил. Теперь те могут подключаться к спутникам. Его тоже посадил в неприметном месте, подберу. Он без груза пятьдесят килограмм весит, освобожу хранилище от боеприпаса, будет куда убрать. Вещь интересная, буду применять. А пока быстрая высадка, экипаж торопил, опасливо поглядывая по сторонам. Разгрузка машины, пока мы утаскивали всё в лесополосу, тягач развернулся и на максимальной скорости рванул прочь. Ну а мы, загрузившись, двинули вперёд. Как самый опытный боец, такого опыта как у меня больше ни у кого не было, был направлен вперёд, в дозор. Хотели усилить двумя бойцами, но я отказался. Командовал нами штурмовик в звании старшины. Все парни впервые на СВО и это их первый бой. Так что действовали по инструкции. Кстати, и меня хотели назначить командиром, но я отказался. Да, я могу так делать, что и делаю с немалым удовольствием. А помочь я и так помогу. Так что двигаясь впереди нашей группы, прошёл мимо места гибели первой, тут тела были, визуально трёх видел, обобранные украинцами. Снимая растяжки и противопехотные мины, первым ворвался на позиции части местного укрепа.

Тут ВСУ, обычная пехота, после подрыва гранат, гибели троих своих, уже настороже были, слышали рёв движка нашего тягача. Тут поле, метров сто, от нашей лесополосы, до нужной, где на краю окопы с нацистами и блиндаж. Так что со ста метров я открыл огонь по головам, быстро выбивая противника. Трое присели, уходя от губительного огня. Также направил туда двух камикадзе. Они вообще в стороне пролетали, и цель другая, но перехватил управление, отсёк операторов и направил сюда, ударив. Так что, когда наши, бросив груз, подбежали, я уже пересек половину открытого пространства, по вязкой пашне, и сблизившись, делал контроль, когда те осторожно подошли. Я же обернулся и насмешливо сказал:

– Спасибо за помощь. Чтобы я без вас делал?

– Ну ты, молодец, – широко улыбаясь, старшина Калинин с размаху хлопнул меня по плечу.

Вообще, нашу роту отлично снабжали, форма новая, бронежилеты, каски, оружие, оснащение, но это всё. Нужны наколенники или налокотники, а без них в бою никуда, покупай сам, наплечники и другую защиту. Хочешь лучше бронежилет? Тоже сам покупай. У меня были наколенники и налокотники, один комплект в хранилище держал, как раз сейчас на мне, но и всё. На плече защиты не было, и хлопок туда пришёлся. Я же только мотнул головой согласно, правильно тот сказал, а старшина, прежде чем доложиться командованию, приказал половине группы вернутся за вещами, другой освободить окопы от тел солдат ВСУ, сняв всего ценное, а у меня спросил:

– Сколько их тут было?

– Восемь. Не полное отделение.

– Понял.

Дальше тот доложился. Вполне ожидаемо, что командование приказало наступать дальше, хотя первый приказ мы выполнили, в захваченном окопе оставить двух бойцов, сдадут группе закрепления, и нагонят, так что пока бойцы работали, я дальше прошёлся, нацисты тут тропинку натоптали, хотя противопехотные мины были. Пару интересных снял, «лягушки». Также подобрал два дрона, со сбросами. А вот для коптера, что наши прозвали «Баба-Яга», места не было. Выкладывать боезапас, смысла нет, раз дальше отправили, так что подключился к коптеру и перегнал его в другую посадку. Пока пустую, там ни наших, ни противника, постоит. Мы же, собравшись, двинули дальше. Четверо впереди, в охранении, а я в дозоре ещё дальше. Остальные следом загруженные до предела. Двое генератор несли. А к нам перекидывали подкрепления, раз тут у противника прореха, сюда кидали подразделения, и почти всю нашу роту, та следом шла. Эвакуировали тела погибших, не только нашей роты, тут пытались штурмовать и гвардейцы местной дивизии, что на этом направлении стоит. К обеду мы ещё взяли часть оборонительных сооружений укрепа на этом участке. Почти на полтора километра прошли. Везде я первым. И не давал работать дронам. Тут уже разойдясь, по соседним посадкам работали другие группы нашей роты, беря штурмом окопы и блиндажи, прорыв расширялся. Да, противник уже понял, что тут что-то не так. Хотя я перехватывал их дронов, плюс имитировал радиопереговоры от лица уже погибших офицеров местных подразделений ВСУ. Сообщал что бои местного знания, русские несут большие потери. Это поначалу и смутило тех, а к обеду разобрались что у нас тут серьёзный движ пошёл. Прослушали наши переговоры. Больше дронов нагнали, но мне без разницы, десять за раз перехватывать, или сотню, потому как делал это. Вот больше сотни за раз, уже не могу. Камикадзе летели обратно, я очень не любил операторов дронов и старался их же оружием именно их бить в первую очередь. Ну и сбросами обычной пехоте доставалось. Также сжёг два танка, противотанковыми грантами, сбросами. Плюс арту наводил. Мне дали канал.

До вечера мы тут расширили прорыв на три с половиной километра в глубь территории, и на четыре по сторонам. Уже и гвардейцы занимали окопы, взятые нами. Трофеев хватало, мы как раз довольно неплохие укрепления взяли, тут всем пострелять удалось, двоих так отправили в тыл, ранены, и серьёзно, долго лечиться. Так что выкинули тела за бруствер, и сами обустраивались, усиливая охрану, наблюдателей. Разной электроники было много. Часть сам прибрал, избавившись от семидесяти килограмм патронов, прибрал, заодно и «Бабу-Ягу» забрал. Она нужна, я собирался работать мощными зарядами. А у меня таких нет. А тут задумался. Зачем мне эта «Баба-Яга»? Тяжёлый коптер, что едва может поднять двадцать килограмм. По местным меркам, это конечно серьёзно. Мину крепят от стадвадцатимиллиметрового миномёта, сброс на укрытие, и хана. В общем мощные штуки, но я из баз знаний пехотинца знал, что есть грузовые дроны и в мире высоких технологии. Кстати, вот там нет дронов со сбросами, вообще нет, там такие системы перехвата, что подобное оружие не нашло себя, просто не долетают. Камикадзе в том числе. А вот грузовые дроны, что снабжают войска у передовой всем необходимым, имеются, например, малый армейский грузовой летающий дрон, модели «Шустрый», пятого поколения, самое то. Вес двадцать восемь килограмм, работает на батареях, его хватает на дальность двести пятьдесят километров, плюс обратно вернуться, то есть, пятьсот десять километров при полной нагрузке. Предельная нагрузка, сто двадцать килограмм. Чёрт, да они и меня увезти могут, тем более одна из задач таких дронов, эвакуация раненых. Скорость в районе двухсот километров в час, потолок три километра, и бесшумные. Главное вполне можно заряжать с помощью моей зарядной батареи из спаснабора.

Стоит сказать, что ещё пока сидел в СИЗО, я отменил изучение базы знаний пятого ранга по старшему офицеру. По той второй, управление дивизией и корпусом, а активировал изучение четвёртого ранга «Сержанта-пехотинца», и на данный момент, используя разгон, изучил уже семь баз из девять. Сейчас восьмую начал учить. И закончив с девятой, скажу, что полностью изучил этот комплект боевых баз. Да и так заметно, как мои возможности поднялись, как боец первой линии я серьёзно вырос. Раз пять сам доводил до рукопашных, легко уничтожая нацистов. Прогресс заметен был, даже вон новичкам, с которыми я воевал. Разница между третьими рангами и четвёртыми, колоссальна, и это видно. Тут я в нашей группе впереди шёл, но и парням давал поучаствовать, те стресс уже пережили первого боя, азарт появился. Правда, к вечеру все смертельно устали, но ничего, выставили наблюдателей с тепловизорами и приборами ночного виденья, всё трофейное, так ещё одной группой пополнили, подошла, когда мы как раз от трупов боевиков избавились. Не могли раньше? Тут уже офицер командовал, и вот отдыхали, пайки разогревали, делясь мнением. Это я к тому, что поужинав, гуляш с картошкой, чай, из пайка всё, встал, подхватив пулемёт, и к выходу. Кстати, оружие уже почистил, ленты запасные снарядил.

– Шевцов, ты куда? – спросил лейтенант Панкратов, он взводный в нашей роте, тоже штрафник. – Сортир в другой стороне.

– Прогуляюсь вокруг, тихо слишком, как бы тихо не подошли. Ночь им может помочь.

– Так тут мины вокруг? – удивился тот.

– Мне они не помешают.

– Нет, я запрещаю.

– Ладно, скажу – скривился я. – Я там «Бабу-Ягу» видел. Целый на вид, видимо с вылета, пустой.

– Тяжелый коптер? – оживился. – Хорошая находка.

– Хорошая, но моя.

Тот послал со мной трёх бойцов, все с приборами ночного виденья, так что велел им подождать, типа мины снимаю. А сам за деревьями достал коптер, и вчетвером мы донесли, в рабочем положений, до блиндажа. Занесли боком, чтобы не повредить лопасти и кронштейны. Так что на стол поставили и все подходили и изучали. Полчаса простоял, и четыре бойца, матерясь, понесли его в тыл, командование приказало, как Панкратов о нём доложил. Я же отошёл в закуток, тут пусто, и задействовал амулет призыва. Ну а что я хотел, кто меня штрафника тут по округе бродить отпустит? Раз уж работаем, то все вместе. Так и никак иначе. Я уже освободил хранилище от пайков и боеприпасов. Кроме ручных гранат, так что сто килограмм свободного имею. Призыв сработал, появись три дрона в камуфляжной раскраске, с виду похожих на корыта для свиней. Да, это модель «Шустрый». Тридцать килограмм композитных материалов, антигравы, тут пропеллеров нет, все в заводской плёнке. В полном оснащении. Планшеты управления к ним. Как с завод прибыли, видимо на складе и лежали, откуда я их и «дёрнул». Сразу убрал все три в хранилище. А четвёртым был вызван такой же спаснабор, что у меня был, там и вещи внутри нужные, и второй комплект зарядки от Солнца, а то одного теперь не хватит. Так что порядок, как раз места хватило для всех призванных вещей. Так как именно мы на штурме были, весь день впереди шли, то наша группа отдыхала, а пришлая взяла на себя охрану. Тут я уже ничего не делал, на нарах свободных устроился, протёрся влажными полотенцами, в блиндаже буржуйка была, её топили, тепло, и вскоре спал. Действительно устал, но те так как другие бойцы, те ноги едва передвигали.