Чтение онлайн

На этом подойдя, я отключил телефон, проверив как запись легла, к счастью пусть не очень хорошая связь, но просмотрели почти полтора миллиона. Теперь в записи смотрят ещё тысяч триста. Корреспондент снимал меня на свою камеру, и подлёт дрона заснял, и его взрыв, так что с двух ракурсов всё снято было. Тот мне обещал скинуть запись, чтобы улучшить стрим. На этом разбежались, ему запись к своим надо отправить, а я в расположение роты. Впрочем, последствий особо не было. Ротный только спросил, откуда у меня «Сайга»? На что я пожал плечами:

– В рюкзаке привёз, знал же куда направляюсь. На передовую.

А кроме него, другого такого оружия у нас нет. Так как это было единственное противодроновое оружие, мне пришлось его отдать, теперь роту защищал боец с «Сайгой», бывший охотник на птицу, ничего, у меня ещё две в запасе и «Вепрь». Правда, парни пробежались по хозяевам домов деревни, и двое продали, мы не обирали, две двустволки, одна двадцатого калибра, другая двенадцатого. Обе ушли в штаб бригады. А через час одно ружье использовали и умудрились сбить ещё один дрон. И сразу как-то бойцы в него поверили, и штабные послали запрос в тыл, обеспечить нас таким оружием. И противодроновыми детекторами. Как оказалось, история с записью разошлась по всей территории, некоторые даже и сам стрим смотрели. В одночасье я стал известен всем на территории аэродрома. Помимо этого, мне постоянно носили телефоны, включая украинские, с их симками, взламывал, приписывал сотовой вышке, и связь постепенно расходилась по аэродрому и окрестностям. Плюс часто дронов водил. Ну и составив полный ролик стрима, с дополнительными записями, выложил. Просмотров тоже хватало. И показали в новостях в двенадцать дня. Правда, урезан, но был же. Хотя многие говорили, что это фейк, мол, сами свой дрон в атаку направили. Хотя чуть позже появилась запись от украинского оператора, я её скачал и на своём канале выложил. Вот только мне приказали, а приказ от командира бригады, прикрыть это дело. Так что закрыл канал, есть приказ, выполняю. Отметил только на канале, что приказ командования, не выполнить не могу, и через час закрыл, чтобы в курсе были о причинах исчезновения. То есть, сделал, как и в первой жизни Шевцова. Главное информацию дал, а то что канал закрыли, так только рад. Тем более по интернету всё давно разошлось. Информация тут даже раньше разошлась, сколько жизней это спасёт, не передать. А парни искали ружья такие. В деревнях, если возможно, ходили. Один раз с группой нацбата столкнулись. Те ходили с тем же желанием. Тоже мой стрим посмотрели. До перестрелки дошло. Наши отбились, отошли, тех больше было. Вот там и воевали, пока на четвёртый день не подошли наши наземные силы. Дождались.

Встречали с радостью, потому как посланный на разведку дрон, показал наши тактически знаки на технике. Но группу встречи, чтобы опознали, точно ли наши, отправили. Тут шла и техника нашей бригады, получили «БМД» с экипажами. Впрочем, пусть часть техники, что сюда перегнали, мы потеряли, а в нашей роте один «БТР» сгорел, бросать их никто и не думал. За эти дни использовали бронемашины часто, ведя огонь по противнику, освоили. Так что начали готовиться двинуть вперёд. Сам я тоже приготовился, ротный одобрил мои идеи, и даже поспособствовал получению своей машины, «шишига» с крытым кузовом. Это из той же военной части, что наши взяли. И если не всё, то большую часть вывезли. Остальное нацисты артой сами сожгли, чтобы нам не досталось. Вообще нашей роте выделили «ЗИЛ-131», со снарядами и патронами к трофейной технике. А «шишига» чисто мой заказ. Та тоже загружена была, но освободили, и я стал модернизовать машину, два телевизора, купил у деревенских. Плазменные, висели на стенке. Тут пришлось деревянными брусьями стенку делать. Потом столы и стулья. И делал не я. Нанял деревенских мужичков, платил долларами. Те и материал нашли и сами всё сделали. Также лавку у левого борта, телевизоры у правого висели. Генератор мой маленький всё питал, у заднего борта стоял, кабеля пробросаны. Отсюда я и управлял дроном, картинки на телевизоры шли, тут же ротный в соседнем кресле, из здания аэропорта они, уже ориентируясь на данные разведки, командовал ротой. Успел закончить, ротный даже освоился, ему всё понравилось. За это время дронов в бригаде осталось два, я про «Гонщиков», даже мой сбили, сосредоточенным автоматным огнём. Много ли ему надо?

Мой БЛА, что так нагло отжали, быстро был сбит, ракетой с «Стрелы-10М». До последнего тот снимал камерой след ракеты по нему и всё. Кстати, это видео потом в новостях мелькнуло, и в интернете было. Прощай друг. То есть, днём послали, корректировали огонь наших танков по арте противника, но если я на предельную высоту поднимал, и камерой приближал картинку, так шанса обнаружения меньше, то оператор что им управлял, гнал невысоко, на километре. Поэтому и сбили. Ну и мой «Гонщик», через день тоже не вернулся, так что достал свой «Мавик», и стал им работать, управляя. А сказал, что трофейный отремонтировал и вот использую. Не хочу объяснять откуда всё это беру. Так что, когда неразбериха с прибытием наших закончилась, мы направились на посёлок Гостомель. Стоит сказать, что взаимодействие между подразделениями остаётся желать лучшего. Плохое взаимодействие, связь друг с другом не держат. Не раз был дружественный огонь. Мой тот стрим всё же привлёк ко мне немало внимания. Для начала, особисты на меня насели. Оказалось, ни о каких детекторах от дронов в тылу и не слышали, и очень заинтересовались, а о каком детекторе я говорил? Тем более командиры подразделений, что также видели записи моего стрима, заваливали командование прошениями с требованием представить и им такие детекторы. Отвечать, что это моя разработка, не требовалось, те уже в курсе. Утром, этого же дня, а особисты меня нашли к обеду, я как раз управлял дроном, разведку вёл, рядом перестук молотков, там один боец из раненых отслеживал как мою машину модернизируют. Там и пообщались, как «Мавик» вернул. На тот момент «Гонщик» я потерял, как раз утром ещё.

Так вот, утром ко мне обратился знакомый корреспондент, с которым мы на стриме были. По телефону позвонил, его телефон я тоже доработал, договорились о встрече. Ротный дал добро. А через полчаса тот подошёл, установил камеру, а пришлось срочно телевизоры вешать, генератор запускать, создавать пункт управления, и вот я в полной амуниции, сидя за экранами, управлял пультом, рядом ротный. Тоже в новостях хотел побывать, и он в прямом эфире командовал бойцами. Вот мы и показали, как это делается. То, что ротный по факту тут в машине впервые, было не видно, действовал уверенно, как профессионал. А чуть позже уже интервью со мной, на заднем фоне «БМП» была. Вот и отвечал на вопросы корреспондента. Описал как двадцать четвёртого пошёл добровольцем. Поначалу не брали, но узнав, что я имею редкую специальность, всё же взяли. Быстро оказался тут на передовой, всего через двенадцать часов с момента подписания контракта, операторов не хватало. Тогда же вопрос и про детектор дронов прозвучал.

– Сам сделал, – пожал я плечами. – Работа-то простейшая. Сложнее программы написать было. Полгода на них потратил.

Больше я на эту тему не общался. На другие перешёл, сказал, что взаимодействие между войсками хромает, и сильно, но с опытом это пройдёт, пока только начало спецоперации.

– И сколько вы думаете она продлить? – спросил корреспондент.

– Три-четыре года, пока перемирие не подпишут. Добить нацистов нам не дадут. Костьми лягут, что Европа, что США, и не дадут. Им удобно иметь такой очаг напряжения у границ России, их боевая собачка.

– А то что мы у Киева находимся, это не важно?

– Как стояли, так и уйдём. Я знаю власти Украины, и я знаю правительство России. В общем, украинцам веры нет, это неонацисты, они пообещают подписать перемирие, если мы отведём войска от Киева. Наши же всему верят, что уже показатель хороших и достойных людей, они отведут, а те обманут. Что наши власти сделают? Разведут руками и скажут, нас обманули. Опять. И потом будут также обманывать, а наши разводить руками. Это политика. Пусть лучше нас обманывают чем мы, лицо не хочется терять. Так что война эта долго будет идти. А потом будет вторая война, нацисты без этого не могут, и уже они первым нападут, как страну оружием завалят. Много крови будет пролито. И ещё, хочу сказать жителям освобождённых территорий, что хорошо нас встретили, и с радостью, было и такое, мы уйдём, месяц или два, приказ будет. Обязаны выполнять. На вас отыграются. Самая лёгкая смерть, закопают живьём. Пока есть возможность, уезжайте. Белоруссия, Россия, страны, тьфу, Европы. Почему я спокойно говорю, я не кадровый военный, доброволец. Мне карьера безразлична, вот и говорю правду в глаза. Но мы победим, это факт.

Ну и ещё немного пообщались, про отсутствие взаимодействия войск сказал, и всё на этом. Кстати, если в новостях урезанная версия вышла, то в интернете выложена полная. Шуму поднялось… А уж какой я втык от комбрига получил, не передать. Правда, после интервью я дрон потерял, пришлось «Мавик» доставать, и успел машину доделать. Комбрига кстати я тогда впервые увидел, до этого не встречались, поорал и с матом отправил обратно. У них в штабе так принято, орать? Что полковник, что Григорян. Это видимо с верхов недовольство репортажем проявили. Потом особисты прибыли, их тут ранее не было, они с колонной и техникой добрались до нас. Ну накидал им схему детектора, по типу «Булат», в принципе ничего сложного, забрали бумаги и отбыли. А через час, вдруг приказ, меня возвращают в состав взвод БЛА, причём, вместе с машиной. То есть, меня снова переводили в штаб бригады.

– А я не хочу, – сказал я ротному. – Там неприятный мне командир взвода. Я с этим говнюком служить, да ещё под его командованием, не хочу и не буду.

– Это приказ, – скривился Белозёров.

– И что? Я доброволец.

– Трибунал.

– Служить под началом Григоряна, или трибунал? Хм, – я сделал вид что задумался. – Знаете, товарищ старший лейтенант, я выбираю трибунал.

Ротный пытался уговорить отметить приказ, тот мою позицию видел, не отступлю, ну не нравиться мне командир БЛА бригады, неприязнь сразу возникла как истереть с брызгами слюней стал. Да и комбриг тоже не понравился. Кстати, сразу прибрал генератор и «Мавик», как раз сброс сделал, вернул его и прибрал. Нет у меня дрона и генератора, выдавайте из своих запасов. Вон уже отобрали один раз, недолго полетал. Дроны привезли, пополнили запас бригады, но все разведывательные, камикадзе, кроме специализированных, или со сбросами, почти и не было. Я не видел. Приказ всё же пришлось выполнять, перегнал машину к штабу бригады. Та грузилась, техники много было, и ко мне сразу Григорян, схода орать начал, что я опаздываю.

– Иди н*х, – просто сказал я, покидая не очень удобную кабину грузовика. На машине я один был.

Тот на меня глаза выпучил.

– Боец, ты охренел?! Это трибунала.

– Я ротному так сказал, если выбирать служить под началом такого козла как ты, или трибунал, то я выбираю трибунал. Так что в допу со своими приказами, ты понял, мразота? Будет тут ещё всякие уроды на меня орать.

Тот, к моему удивлению, без ответа, развернулся на каблуках и убежал в здание, а через минуту я уже и оружие сдал, и бека. Меня арестовали за неподчинение командиру, бойцы комендантского взвода. Почему так происходит, я прекрасно знал. Видео с моим интервью или того как мы боевую работу ведём, многие видели, комбриг себе такую командную машину захотел, ну и меня с ней. Нафига? Вон отсюда вижу три командно-штабных машины, там всё есть, по сравнению с моей, сделанной на коленке. Григорян уже пожалел, что избавился от меня, уровень моих знаний, в разы перекрывал знания его людей. То есть, ценность мою как специалиста он уже понял, ну и нашептал вернуть в его взвод. Полковник конечно не особо доволен был, туда-сюда гоняют, но просьбу выполнил. А тут я клин, просто послал его к чёрту. Причём, сделал это сознательно и с немалым удовольствием. И вот теперь в наручниках, под охраной двух бойцов сидел на крыльце, откровенно зевая ждал решения своей участи. До комбрига быстро довели сложившуюся ситуацию, тот вскоре вышел, в накинутом на плечи ватнике, и спросил:

– Какого хрена, Шевцов? Ты что творишь?

– А я тут причём? – вставая, сказал я. – Мне на роте было хорошо, это вы меня в свой штаб дёрнули.

– Приказы командиров нужно выполнять. Если перевели, значит так надо.

– Я выполнил. А служить под командованием Григоряна не буду. Он козёл.

– Ясно, – тот поморщился и устало потёр переносицу. – Характерами не сошлись?

– Как при первой встрече визжать начал, слюнями брызгать, он мне как-то сразу не понравился. Как и вы при первой встрече. По счастью я ему тоже, и тот меня в роту сплавил. А тут раз, обратно. Спрашивается, какого хрена?!