Чтение онлайн

– Я такой приказ отдать не могу, если сам, добровольно идёшь, что ж, рискни. Хотя считаю, что на верную гибель идёшь.

– Да, обо мне по рации молчок, не хочу чтобы нацисты знали, что я у них по тылам гуляю.

– Да они по вашим переговорам и так знают, что в городе Кошак.

– Есть такое. Если даже тишина наступит, не беспокоитесь, значит отсыпаюсь, а то я уже сутки на ногах.

– Добро. Что с собой возьмёшь?

– Да стандартного бэка хватит, остальное у хохлов возьму. Медлить не хочу, иду сейчас. Я тут позиции вокруг школы почищу, так что старайтесь не стрелять, мало ли на мои выстрелы бойцы ответят.

– Сейчас прикажу.

Тот сам обошёл позиции, половина взвода кстати на втором этаже, спала, отгородив закуток, предупредил, не пользуясь рацией. А то бывало слушают наши переговоры. Ну а я, выскочив из окна, понёсся к зданию садика. Мусора полно, но амулет-сканера показывал куда лучше поставить ногу, так что не запинался и вихрем пробежав, прыжком, нырком, влетел в проём бойницы, снеся наблюдателя хохлов, тот как раз автомат вскидывал. На голове прибор ночного виденья, увидел меня, когда я снёс его с ног. Выдернув нож из шеи, оставил того лежать, забежал в соседнюю комнату и сделал шесть коротких очереди, уничтожив шестерых боевиков, что спали в спальниках. Всё снимала нашлемная камера, очень хорошая с функцией ночной съёмки. Дальше, отключив камеру, всё тщательно собрал, оружие, разгрузки с бэка, небольшой склад патронов, и гранат к «РПГ», было и такое оружие. Ну и включив камеру, дальше. Да, у моего «семьдесят четвёртого» глушитель. Не то чтобы глушит, но вот так приглушает, по ушам выстрелы не бьют в помещениях. А так оббежал позиции вокруг школы, зачищая здание за зданием, вот моя добыча, двадцать семь автоматов, семь пулеметов, из которых два станковых, шесть «РПГ-7», и ещё несколько другой модели, две иностранные переносные зенитные ракетные установки. Ну и дальше кошмарил хохлов, перехватив взвод из нацбата, которых послали отбить школу, об этом уже знали, стараясь работать тихо. Амулет защиты так и работал, всё же кристалл вставлен, а не обычный камень-накопитель. Полторы сотни уничтоженных, но сделал, собирая и документы. Убедившись, что скоро рассвет, установил портал в подвале, настроив на мир Земля-3, и перешёл. Причём не просто перешёл, а снял с себя всё, и натянул спасательный скафандр. Он защитит от радиации. А что, я бывал в мирах Земля-1 и 2, и помню, как потом одежду выкинуть пришлось. Хорошая и качественная одежда и обувь, которая ценной была. В отличии от этого дешёвого скафандра, которого не особо-то и жалко.

Нет, поди знай, что за полторы сотни лет произошло на Земле-3, но я уже не знаю чего ожидать. Может ядерный апокалипсис, или планета, что вышла на новую ступень технического развития. Как-то будущее двух миров Земли, оставило не самое приятное впечатление. Тут конечно я не помогал, но всё равно решил обезопаситься. И как оказалось, не зря. Мир радиоактивный, прибор на ремне пищал. Да что же это такое?! Вот что за люди тут жили? Да, мир мёртв, и давно, а так как тут я не передавал судов и техники Содружества, то и шансов спастись, пусть у горстки выживших, не было. Уже и сам не знаю, я в смятении. Дал технику Содружества, мир уничтожили, потому что дал, но спаслись люди, несколько миллионов. Не дал, мир всё равно уничтожен, но и спастись никто не смог, нечем. Вот и думай, где плохо поступил, а где правильно? Да уж, та ещё ситуация. А пока осмотрел хмурое небо, позёмку, что мела, мёртвые деревья вокруг, пеньки остались, вдали вроде развалины Москвы. Прибор зашкаливал, сильная радиация. Так что достал челнок-диверсантов, в шлюзовой прошёл полную обработку, там система такая, оставил скафандр и в комбинезоне со встроенным скафандром, пилотский, прошёл в рубку. Сразу взлетев, поднялся на орбиту. А дальше полёт к Луне, где и обнаружил спокойно себе висевшую тушу яхты. Место было, я особо не заполнял после мира Глосс, так что прибрал ту в амулет, и вернулся к Земле. По орбите летал, собирая и вскрывая мёртвые спутники, снимая информацию с чипов памяти. Хочу знать, что тут превзошло. Оба наручных искина отлично помогали по сбору информации. А пока спустился, и прибрав челнок, будучи в скафандре, вернулся в мир Земли-4. К своим.

Оказавшись среди лета, ёлочки вокруг, быстро снял скафандр, прибрав в хранилище, и достав глайдер, стремительно взлетев, понёсся в сторону Волчанска. А утро наступало, светало, желаю успеть. А то больше суток отсутствовал. Да, по кабине глайдера разносился ядрёный запах пота, сгоревшего пороха, свежей крови, и другой специфичной вони, что бывает от бойца, только что вышедшего из боя. За двадцать минут долетел. И сбрасывая скорость влетел в полуразрушенный ангар, где поставил аппарат на опоры, и выпрыгнув, срезал двух хохлов, тут глубина их территорий. Убрав глайдер, провёл зачистку, а то тут шестеро было, четверо других зашевелились, у армейской полевой кухни работали, выстрелы привлекли внимание. Собрал оружие и документы, кухню с готовым завтраком, и дальше так и занимался зачисткой, пока не добрался до наших и не вышел на связь. Шестаков живой, сказал, что прошлым днём отбили две атаки, дроны так и работают, есть убитые и раненые. Меня уже списали, а тут я, живой. Так что подчистил снова позиции у школы, всего девять нацистов их блокировали, добежал до наших, и прыжком влетел в окно, перекатом по полу погасив скорость. Шестаков лично встречал, так что осмотрел, но я в порядке, вот и услышал вопрос:

– Нашёл?

– Убит, ещё неделю назад.

– Сколько уничтожил хохлов?

– Четыреста семьдесят шесть. Из них двадцать семь из РДК и сто пять из «Кракена»

– Сколько?! – вытаращил тот на меня глаза.

– Четыреста семьдесят шесть. Я же всё под камеру делал. Да и документы собирал.

– Показывай, – велел тот.

Ноут у Шестакова свой был, генератор небольшой, запустили, так что я скинул на флешку все записи, и пока тот со свободными бойцами, что встали за спинами взводного, просматривал записи, я на столе стопками укладывал военные удостоверения, солдатские, отдельно сержантские и офицерские. Хорошие стопки оказались. Там и рапорт писал. Как раз успел. Двухчасовое видео произвело впечатление, связь была, поэтому Шестаков тут же отправил его в штаб полка, а также фотографии удостоверений в отрытом виде. Не всех, офицерские в основном, но сделал. Пока там разбирались с этой информацией, я узнал, как дела, пока тихо, и завалившись в угол, у меня свой спальник, вскоре спал. Только и успел умыться, а то лицо чёрное от порохового нагара, да руки вымыл.

Да, записи моих боёв произвели серьёзное впечатление и на офицеров штаба полка, кстати, все записи быстро оказались в интернете, что также вызвало немалый бум. А мне Ольга позвонила и устроила головомойку. Кто такой Кошак, та прекрасно знала. Ночью посыльный, что раненому помогал в тыл уйти, передав медикам, отнёс удостоверения и мой рапорт в штаб, там приняли, оформляя. А так ротный, с которым мы наконец познакомились, оценив меня, и стал держать на острие удара. За следующие три дня, мы целый квартал взяли. Я просто выбивал все укрепы, уничтожал самых жёстких нацистов. Специально их искал, фанатики, которые стояли насмерть, а те что послабее, бежали, и мы занимали здания одно за другим. Да, к нам чуть не все дроны присылали, но я и их бил. Да и бойцы не мешкали, дронобоек хватало, сшибали. Хотя потери от них всё же несли. А так у нас вышел выступ, могли срезать по флангам, поэтому закрепившись на достигнутых рубежах, тут удобно, широкая центральная улица, хорошо держать оборону в зданиях, и стали расширять прорыв, сначала двинув в право, потом и влево ударили. Тут уже вышли к соседям из полка мотострелков Восемнадцатой мотострелковой дивизии. И тут расширили. И мне всё нравилось, кристалл отлично себя показывал, тут уже раз тридцать бы накопители сменил. А тот держит. Правда и минус есть, заряд накопителя амулет не показывает, узнаю, когда закончиться, когда его снесёт. В такие моменты и ранение можно получить. Впрочем, мы продолжали давить. Хохлы несли сумасшедшие потери, но и пополнения засылали немало, тот же отряд из РДК, предатели из россиян, мной почти полностью уничтожен, выжило восемь, пятерых те сами в тыл эвакуировали ранеными, а трое просто с позиций сбежали, дезертировав, отчего и выжили, не успел догнать, когда с нацистами из «Кракена» схлестнулся. Жёсткая сеча была. Дважды бэка пустел, рукопашные были, тут я вне конкуренции. Ох и отвёл душеньку. Причём, рукопашка шла во внутреннем дворе многоэтажного жома. И на камеры дронов засняли, как я одиннадцать нацистов ножом положил, не только наши, но и хохлы.

Всё отлично, но провоевал я всего три недели, когда отозвали от передовой. Да срочно. В штаб полка вызвали. Мы за это время на треть освободили город, у нацистов едва двадцать процентов осталось, что те держат, к реке отступали. Вот так оставив передовую, и бегом двигался к штабу. Тот давно передвинулся ближе и сейчас в центре города. Забавно, занял ту школу, которую я в первый день на штурм брал. Интересно, что произошло? Нет, то что майор Добрынин прибыл, от него запрос насчёт меня и пришёл, я в курсе, Второй доложил. Я помню, как замминистра на меня орал. Три дня назад он был задержан за растраты. Да, я мог найти на него компромат и слить в военную прокуратуру, но тут один момент. Я на него не был зол, и мстить не собирался. Ну поорал тот на меня, но не просто же так, за дело боролся. Тем более на руку мне сыграл, суд и вот я в Волчанске. Да его за такое наоборот отблагодарить нужно. Значит дело не в нём. А раз Добрынин прибыл, то скорее всего закончили испытания «Гранита», или «Изделия П» как у них по бумагам тот проходит. Только зачем самому приезжать, тут сотовая связь вполне работает. Не везде, но поймать вышку можно, позвонил бы и сообщил. Тем более как раз у меня связь полная, искины обеспечивают, даже глубоко в подвалах связь хорошая. С Ольгой часто общаюсь. Та видеоролики присылает как с сыном возится. Матушке звоню, Сане реже. А вот Саня удивил, взял и подписался на год контракт с МО, и сейчас, как рядовой морпех, тот срочную служил в морской пехоте, проходил военную подготовку на одном из учебных центров. То, что тот капитан полиции, ничего не значило. Службу на флоте закончил простым матросом, вот и тут продолжает с него. Настя в шоке. А я нет, повезёт, в живых останется, будет иметь корочки участника СВО. Зато честно. Вы даже не представляете сколько числится в штабах разных депутатов и мажоров, которые живут в Москве, а получают боевой стаж почти на передовой. Штабные офицеры на этом немалый бизнес построили. Мёртвые души понятно, но после спецоперации те будут корочками участников СВО козырять.

Думаю, Добрынин именно по испытаниям изделия прибыл. Хм, или по производству? Там я оставил одну засаду, без меня производство не начать. А это подстраховался, чтобы идею не украли и авторство себе не приписали, что уже бывало. Так что в форме, кургузой от высохшей крови, а когда помыться и постираться было, нашу роту с передовой не отзывали, хотя там личного состава за три десятка было. Пополнение присылают, но надолго его не хватает. Навыков нет, тут промедлил, там не присел, и вот раненого, если повезёт, несут в тыл. Или погибают, если не повезло. Я же тоже не всемогущий, не всё подчищаю. Я оборону сношу, а добивают нацистов уже бойцы роты. Тут своя специфика применения, но двигаемся мы быстро. Уже северные и западные области города зачистили. Вот так с автоматом в руке, ранец за спиной, поди знай ради чего вызвали, прошёл в кабинет. Добрынин встал со стула, меня в кабинет завели, протягивая руку двинул ко мне, и улыбка начала сползать с его лица, когда тот стал меня разглядывать. Это хорошо лицо от брызг крови протёр. Причём не хохляцкой крови, а нашему парню в шею пуля попала, всех окропил. Снайпера я достал, не ушёл, две гранаты из подствольника, но парнишку было не спасти. Сразу умер. Ему было всего двадцать один год.

Тот замер, меня разглядывая. Ещё от меня несло, воняло так, что глаза резало, но я уже говорил, нам не давали выходить. И это ещё три дня назад ночью я купался в реке, прямо в форме, но за последние сутки столько всего было, не удивительно что в таком виде был. Подполковник, начштаба, что был в кабинете, с интересом меня разглядывая, кивнул своим мыслям. Видимо понял, что всё же с ротой нашей те промедлили, и сильно. А так пожали ладони друг другу, и майор спросил:

– Как ты?

– Да отлично, во, цвету и пахну. Сегодня с утра всего сорок семь нацистов уничтожил. Два штурма было и один ответный отбили. Кстати, записи с камер сдать?

Начштаба кинул, он же сам принял уже написанный рапорт и карту памяти с сегодняшними роликами боёв, и вышел, оставив нас. Окно заложено было, от дронов, так что сели за стол, и майор сказал:

– Изделия все этапы проверок прошли, включая на передовой. Отряд в роту на бронетехнике, ворвался на позиции противника, взяв село за два часа. Тут рядом, в тридцати километрах. Просто выбил целую роту терробороны. Участвовал танк, с минным тралом, пять «БМП» и рота стрелков. Отлично отработали. Дроны с неба сыпались и падали на границе работы изделия. И всего два изделия участвовало, один на танке и один у стрелков. В других местах тоже удачно. Разве что одно изделие было повреждено осколком, при артналёте.

– И отлично, хорошие новости.

– Да. Правда и замечаний хватало. Собственно, для этого и приехал. Для начала военные указали в замечаниях, что нет режима свой-чужой, чтобы наша электроника работала, а у противника нет. Рации не работают и неудобно управлять людьми и бронемашинами. Пришлось посыльных использовать. Ну и начать выпуск изделий, армейцы требуют, распробовав. Пока сгодятся даже в таком виде.

– И вы пробовали выпустить?

– Да, ничего не вышло. Инженеры понять не могут в чём дело. Вот меня сегодня самолётом к вам, и сюда на бронемашине из Белгорода.