Чтение онлайн

После того умопомрачительного поцелуя в парке было сложно не согласиться, но я все же сдержала рот на замке. Майкл хотел поразвлечься, удовлетворить вспыхнувшее желание и только. А я… Я не хотела становиться девушкой на пару ночей. Только не снова.

Рок довольно осторожно уложил на диван детектива и тут же отошел подальше, едва не снеся по дороге стол с Ингой, когда Майкл застонал и зашевелился.

— Можешь идти, спасибо, Рок, — отпустила я его, видя, как тому неудобно находиться рядом с детективом, приходящим в сознание, а сама кинулась к Майклу.

— А если я поинтересуюсь, — тихо начала Инга, когда полуорк прикрыл за собой дверь, — чисто в познавательных целях, во что ты опять влезла, Джойс, ты ответишь?

— Не спр-рашивай, — Дин забрался по лесенке на стол и развалился прямо на поверхности, уставившись в потолок, а потом добавил как-то обреченно: — Наш кор-рабль идет ко дну.

— Тихо вы, — отмахнулась я от них и нежно, стараясь не причинить боли, обхватила ладонями лицо детектива. — Майкл, ты меня слышишь?

Он снова приоткрыл замутненные глаза и шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Держись, я сейчас!

Я выпрямилась и побежала к своему кухонному уголку за оставшейся порцией коньяка и сразу же захватила бинты, иголку и нить из ящика. От одного вида всего этого мне подурнело, но нужно было действовать быстро. Куча времени и без того упущено.

— Мистер Олфорд, — услышала я ехидный голос гримуара, — а вы предпочли бы петь или танцевать? А может, вышивать крестиком лучше, чем все женщины Аркена? Или мечтали изрыгать огонь? Джойс вам сейчас это устроит.

— Что? Огонь? — гораздо приглушеннее и тише отозвался Майкл.

— Особенность у наш-шей ведьмы такая, наделять чем-то неожиданным при лечении, — поддакнул Дин, едва не мурлыкая.

Похоже, они, не сговариваясь, решили запугать детектива. Я бы даже порадовалась слаженности работы, что было для них совсем несвойственно, но сейчас меня больше интересовал истекающий кровью мужчина в моей гостиной.

Какое-то жуткое повторение ситуации, еще и так скоро. Я даже не успела отойти после того случая.

— Майкл, — я поймала его взгляд, как только опустилась на колени перед диваном, — мне нужно будет вытащить эту гадость, а потом остановить кровотечение и зашить. Понимаешь меня?

— Я в сознании, Джойс, — поморщился он и попытался привстать на локтях, но я тут же отложила принесенные вещи и надавила ему на грудь, заставляя лечь обратно.

— Куда это ты собрался?

— Я здоров, это просто царапина. Меня, бывало, и не так задевали…

— Даже слышать не хочу! — я подняла руку, прерывая поток его бессмысленного бахвальства. — Лежи и не двигайся.

Я потянулась расстегнуть пуговицы у него на жилетке, но детектив поймал мою руку.

— Ты же вроде как… отказалась.

Я фыркнула, поняв его намек и вырвала запястье. Шутить удумал, значит? В таком состоянии, едва двигающимися губами? Может, ему и правда не так плохо, как выглядело со стороны. По крайней мере, я могла немного расслабиться, уверив себя, что жить он будет. Все же катт, а не человек.

— Значит так, Майкл Олфорд. Ты минут десять провел без сознания, и я не приму никаких отказов от помощи. Я не могу отпустить тебя домой в таком виде. Вдруг ты снова упадешь где-нибудь посреди квартала? Оценишь перспективы, детектив, или мне обрисовать?

— Не стоит, — буркнул Майкл.

— Перспектива дышать огнем тоже интересная, — будто размышляя, вставила Инга.

— Ингеборга, — я повернулась к гримуару и уставилась в ее поблескивающий от досады глаз.

— Я лишь предупреждаю. Прошлые твои клиенты не знали, на что шли, — она опустила глаз в стол, не желая больше смотреть на меня и хлопнула крышкой.

— Что ты сразу «огонь» да «огонь»? Пр-рямо заладила. Вдруг все же вышивка или вязание?

Майкл посмотрел на меня с какой-то опаской, а я смиренно вздохнула.

— Таланты еще никому не мешали. И ты мне не мешай, — наконец, заявила я тоном, не терпящим возражений. В обычном состоянии Майкл бы точно поспорил, но сейчас сил у него было мало.

Обрадованная его молчанием, я расстегнула жилет детектива, а потом и рубашку, открывая рельефные мышцы, его грудь быстро вздымалась из-за рваного дыхания.

— Приготовься, — предупредила я, прежде чем взяться за заточку.

— Давай уже, ведьма, — устало выдохнул он.

— Ставлю на вязание нос-сочков, — шепнул Дин, когда я осторожно потянула за рукоять.

— Скорее огонь.

— Слушай, а может, он будет виртуозно лизать мар-рки?

Как только металл вышел из тела с противным хлюпающим звуком, меня передернуло. Все же под чаем работа с больными давалась мне куда проще. Ух! Кровь из открытой раны полилась гораздо быстрее. Я поспешила отбросить мерзкое орудие и теперь уже до конца распахнуть жилет и рубашку, открывая бок детектива, а потом зажала зияющее отверстие в плоти свернутым бинтом, пропитанным алкоголем.

Майкл лишь выругался и сжал зубы так, что я услышала их скрежет.

— Не сквернословьте в нашем доме, мистер Олфорд, — возмутилась Инга.

— Ха! А что если он будет говорить только про цветы?

— Дин! — зло выдохнула я. — Вы меня отвлекаете.

Как ни странно, в комнате вдруг повисла тишина. Видимо, фамильяр с гримуаром решили вспомнить о наличии у себя совести, а может, их приструнил яростный взгляд детектива. От боли и адреналина его медовые глаза стали почти желтыми и начали светиться. Кожа на руках Майкла начала покрываться темно-рыжей шерстью, ногти удлинились, принимая форму когтей, и я охнула.

— Не нужно, детектив, я не смогу водить иглой по шерсти, — честно призналась я.

— Шей, — бросил он отрывисто.

Я коснулась свободной рукой места вблизи бинта, кожа Майкла оказалась невероятно горячей, а от того, как пристально он на меня уставился, мой жест даже мне показался чересчур интимным. Прикрыв глаза, подавила желание отдернуть ладонь и стала бормотать под нос заклятия на остановку кровотечения, на то, чтобы плоть изнутри затягивалась побыстрее. Энергия послушно полилась сквозь пальцы, невидимая для всех остальных, но не меня. Однако опасаясь, что и правда наделю Майкла чем-то лишним, если — как обычно — перестараюсь, я остановила поток и моргнула, проясняя зрение. Чуть отстранила бинт и придирчиво оглядела рану. Кровь остановилась, а края как будто стали не такими широкими. Чудно.