Чтение онлайн

Репетиции мюзикла проводились индивидуально с каждым артистом и строго после учебы. В мюзикле были задействованы не только наши студенты, но и ребята с других институтов. Все участвующие отличались сильными вокальными данными. Когда наши партии были отточены, режиссер начал собирать мюзикл. Всех участвующих пригласили в студенческий театр, который находился на противоположной улице от института. Я вошла в зрительный зал. На сидениях уже сидели мои будущие партнеры. Я с улыбкой на лице пошла вдоль рядов и, проходя мимо ребят, поздоровалась. Ответили лишь двое, остальные сидели, уткнувшись в телефон, и не обращали ни на кого внимания. Я нашла себе место во втором ряду, села одна. Подсесть к кому-нибудь и завязать знакомство я побоялась. Ребята не были настроены на дружелюбный лад. В воздухе чувствовалось напряжение.

— Привет, — ко мне развернулся парень с первого ряда.

— Привет, — я поздоровалась в ответ.

— Эсмеральда? — спросил он.

— Угу. А ты?

— Гренгуар, — улыбнулся парень.

— Ооо, — с восторгом протянула я.

— Что так?

— Обожаю! — призналась я, вспомнив любимые партии из мюзикла.

— Значит сработаемся, — засмеялся парень.

В зал вошел режиссер вместе с Тамарой Алексеевной и молодой девушкой. Девушка гордо вышагивала, звонко цокая каблуками. Режиссер объявил нам, что сначала репетиции будут проводить с первым составом и на другой день со вторым. В день, когда артисты не были задействованы в репетициях режиссер настоятельно рекомендовал приходить в театр и наблюдать за работой другого состава. Рекомендовал, но не настаивал. Часть ребят покинули зал, это были артисты второго, моего, состава. Я осталась. Я была, как ребенок, не могла усидеть на месте, мне не терпелось увидеть процесс репетиции. Будучи в стороне, не задействованной, я все равно ощущала себя частью большого, прекрасного чуда, которое вот-вот начнет вырисовываться на сцене. По телу пробежали мурашки. Это будем мое первое полноценное представление, мюзикл, в котором будет задействовано больше десяти человек. Масштаб ощущался даже в мелочах. У нас был звукорежиссер, хореограф, были декорации, костюмы, нас обещали загримировать и каждому актеру подбирали индивидуальный грим.

Режиссер пригласил на сцену парня, с которым я разговаривала. Ему прицепили микрофон, он начал исполнять вступительную песню. От удивления я раскрыла рот. Он пел великолепно. Мурашки бегали по телу каждый раз, когда он брал высокие ноты. Невероятно приятный тембр и довольно симпатичный парень. Парень спел свою партию, режиссер вернул его обратно в зал. Возвращаясь к своему месту, он посмотрел на меня и подмигнул.

— Ну как? — спросил он, обернувшись ко мне со своего места в первом ряду.

— Восторг! — ответила я.

— Марк, — улыбнулся парень и протянул мне руку.

— Надя! — я протянула руку в ответ.

— Ты во втором составе?

— Да.

— Я в двух.

— Это как?

— Не нашли другого Гренгуара, — без грамма бахвальства сказал Марк. Я даже уловила в его голосе сожаление.

— Не удивительно. Ты очень круто поешь! — я сделала искренний комплимент парню.

— Наверное, — грустно ответил Марк и отвернулся.

На сцену пригласили девушку, которая пришла на репетицию вместе с режиссером. Ее звали Аглая. Она была стройной красивой длинноволосой блондинкой, сходу напомнила мне Холодовскую Элизу. Она прошагала в центр сцены, позволила надеть на себя микрофон и запела. Спела она неплохо, режиссер был ей доволен. Она приняла его похвалу, как данность и бросила на меня испытывающий взгляд. Я не поняла, что она хотела этим сказать или показать, но все же дружелюбно улыбнулась ей в ответ.

Репетиция проходила интересно, я слушала ребят, запоминала указания режиссера. Я с нетерпением ждала следующего дня, чтобы самой принять участие в процессе.

На другой день в зрительном зале студенческого театра ждал репетиции второй состав артистов. Из первого состава пришло всего два человека, среди них была Аглая. Ее присутствие нервировало меня. Я поймала себя на мысли, что не хочу петь перед ней, не хочу, чтобы она меня слушала и оценивала. Мы обе исполняем одну роль, а это значит, что нас будут сравнивать. Я готова к поражению, готова оказаться хуже, но только в честной борьбе. Я не хочу, чтобы она использовала мои слабые стороны и делала из них себе преимущества.

Режиссер снова пригласил на сцену Марка. Я вновь насладилась его пением. Настала моя очередь. Я поднялась на сцену, мне прицепили микрофон, я начала исполнять свою партию. Аглая, не дослушав песню до конца, встала с места и с торжествующей улыбкой вышла из зала. Конкуренцию я проиграла. Ощутив поражение, я не отчаялась, а просто отпустила себя и стала наслаждаться процессом. Ведь я исполняю свою мечту. Это важнее и ценнее раздутого самомнения высокомерной девчонки.

— Неплохо, — улыбнулся мне Марк, когда я спускалась со сцены.

— Мне до тебя далеко, — сказала я в ответ.

— Неправда.

Репетиция пролетела незаметно. Я быстро включалась в процесс, без пререканий выполняла все указания режиссера и, конечно, получала удовольствие от процесса. В холле театра меня встретил Денис.

— Готова? — спросил он меня.

— Даже не знаю, — задумалась я.

— Привет, — мимо проходил Марк, — твой парень? — спросил он меня и указал на Дениса.

— Нет, мы учимся вместе. Он мой друг.

— Привет, друг. Марк, — Марк протянул руку Денису.

— Денис, — ответил на рукопожатие Денис.

— На каком курсе? — поинтересовался Марк.

— Мы на втором, — ответила я.

— Класс.

— Сам где учишься? — сурово спросил Денис.

— В политехе. Я будущий айтишник.

— Что? С таким голосом?! — недоумевала я.

— И не такое в жизни бывает, — равнодушно ответил парень. — Куда собираетесь?

— Репетиция у нас, — ответил Денис.

— У нас экзамен по хореографии, Денис помогает мне с номером, — уточнила я.

— Интересно.

— Не особо. Я ужасно танцую.

— Не выдумывай, — не согласился со мной Денис.

— Он просто очень добрый, — я потрепала по русым волосам нахмуренного парня.

— Можно будет прийти? — неожиданно спросил Марк.

— Куда? — не поняла я.

— На экзамен, — уточнил он.

— Конечно! Обязательно приходи! То есть нет. Лучше не приходи. Это будет ужасно.

— Я по-твоему зря стараюсь? Ужасно ей будет, — возмутился Денис.

— Денис, извини. Я просто пошутила. Я очень боюсь нашего препода, он всегда меня разными словами называет. Говорит, что я бревно, кривая и все такое. У меня уже комплекс появился.

— Обязательно приду! Комплексы надо убирать! — подмигнул Марк.

Мы поболтали еще немного. Марк оказался приятным собеседником, даже Денис перекинулся с ним парой фраз. Мы попрощались и отправились каждый в свою сторону.

— Вроде нормальный, — резюмировал Денис.

— Вроде? — засмеялась я.

— Поющий парень — это странно, — проворчал Денис.

— Да что ты говоришь?! А танцующий — нормально?

— Ладно, проехали, — усмехнулся он.

В хореографическом классе было пусто. Лампочки тускло освещали станки вдоль стен, тускло подсвечивали в зеркале мое отражение. Денис намеренно не включал свет, чтобы я могла расслабиться и без мешающих мыслей повторять за ним движения. Отключить голову было трудно. Я постоянно контролировала свое тело, проматывая в голове упреки Георгия Адамовича.

— Что ты опять делаешь? — не выдержал Денис.

— Я не знаю, я просто не могу.

— Все ты можешь. Хватит думать, выключи свой мозг.

— Денис, наверное, мы выбрали слишком сложный танец. Для меня.

— Дура. Какой то зализанный пидор наговорил тебе гадостей и ты ему поверила?

— Денис! Не говори так.

— А как еще тебе говорить? Говорю прямо. Ты красивая, у тебя все красивое: руки, ноги, талия — ты прекрасна со всех сторон. Ты очень гибкая, нежная, веселая. Почему ты веришь этому идиоту, вместо того, чтобы поверить мне?