Чтение онлайн

— Я понимаю, тебе неприятно быть обманутой. Но у поступков Амира была причина. Все айны должны пройти испытание верностью. Устоять даже тогда, когда соблазн слишком велик. Думаю, тут роль сыграло ещё и то, что Амир не хотел даже гипотетически видеть тебя в объятиях другого, от того и весь этот маскарад с личинами.

Слова Музаффара проникали ко мне словно сквозь толщу воды. И снова те же ощущения, что пятнадцать лет назад, когда застукала измену мужа. Я думала, что уже вылечилась от этого недуга и теперь непрошибаема, оказалось нет. Боль, словно ударили поддых. Да мной всё это время умело играли, дёргая за ниточки и заставляя поворачивать голову туда, куда удобно кукловоду.

Чего лишь стоило «наказание» Ильдара. А откровенная «ревность» Амира к Ильдару, тогда, на испытании материнством. Да и всё-всё, что с нами происходило. Манипулятор чёртов. И за что? За то, что оказалась той, кто сможет воспроизвести для него на свет самого магически одарённого наследника? И как, по его мнению, мы должны были выстраивать отношения потом, когда я бы обо всём узнала?

— Судя по всему, испытание ты прошла успешно, — не обращая внимание на мой явный шок, продолжил Советник. — Потому что уже вышла на тот уровень связи, когда жизни обоих переплетаются настолько тесно, что зависят друг от друга. Осталась всего лишь одна ступень — знак. Но он, скорее всего, проявится на днях.

Я словно в тумане посмотрела на свои руки, где, по моим представлениям, и должен был проявится знак, с облегчением увидев, там ничего нет. Но Музаффар расстроил:

— Его могут увидеть лишь одарённые маги. И, могу с уверенностью утверждать, что знака пока нет.

И лучше, чтобы он никогда не появлялся.

— Не стоит так расстраиваться, девочка, — заметил наконец моё состояние он, — со временем, когда пройдёт обида, ты поймёшь, что эта связь — благословение небес.

После того, как несколько минут назад Музаффар проявил своё настоящее лицо, не сильно верилось в его альтруизм и симпатию к моей персоне. В то время, как Амир ему в некотором роде, как сын. На этом фоне подобные признания выглядят по меньшей мере подозрительно.

— А зачем вы вообще решили рассказать мне всё это? — задала я мучивший меня вопрос.

Музаффар одобрительно кивнул.

— Я ждал подобного вопроса. И рад, что не ошибся в тебе. Тут всё не просто. Причины две. Во-первых, я хотел бы, чтобы ты была как можно более осторожной. Скоро у вас на двоих будет одна жизнь, а это значит, кто-то может захотеть использовать тебя в качестве способа добраться до Амира. Он считает, что лучше тебе об этом даже не догадываться, ну а я другого мнения. Ты умная девушка, и воспользуешься знаниями во благо. Ну а вторая причина заключается в том, что, видишь ли, я прекрасно знаю характер Амира. А у тебя, как я заметил, тоже хватает упрямства. Если бы ты случайно узнала правду, или Амир намеренно тебе всё раскрыл, то наверняка всё закончилось бы плачевно. Объяснять друг другу свои мотивы вы бы точно не стали. Погорячились бы и рассорились, не желая идти на компромисс. Я же даю тебе время хорошенько обдумать всё, понять мотивы Амира, разобраться в себе и не совершить непоправимые ошибки. Надеюсь, я об этом не пожалею.

Ну что же. Разобраться в себе — неплохая затея. В чём-то он прав. Только разбираться нужно чем дальше отсюда, тем лучше. Там, где будет возможность осуществить свободный выбор. А сейчас у меня его нет. Либо я искренне улыбаюсь и играю роль айны, либо я, опять же, улыбаюсь, только наигранно, и играю роль айны. Третьего варианта не дано.

— Спасибо! Попробую воспользоваться вашим советом, — изобразила я благодарность. — Только у меня к вам одна просьба. Не говорите Амиру, что я знаю о его игре. Мне кажется, сейчас не время. Да и я пока не готова поговорить с ним по душам.

— Звучит разумно, — легко согласился он, — но не затягивай с решением. Чем дольше глядишь в колодец, тем размытие видишь дно.

Провожать обратно Музаффар меня не стал. Вручил артефакт, меняющий голос, и выделил в качестве провожатого одного из стражей.

А мне только этого и нужно было. В душе ещё клокотала ядерная смесь чувств из злости, разочарования и, как ни странно, сожаления о том, что оказалась права на счёт Амира. Но как обычно бывает со мной, я моментально приняла решение, понимая, что это как в бизнесе — минуты промедления могут стоить всего, что имеешь.

Точно не хочу быть связанной с кем-то столь тесными узами и зависеть во всём. Любовь не приходит по волшебству. Это хрупкое чувство, которое нужно очень осторожно растить и лелеять. А когда оно строится лишь на некой магической связи, о наличии которой тебя даже не удосужились поставить в известность, то и воспринимается не как ценный дар, не то, что ещё нужно завоевать, а как само собой разумеющаяся, обыденная вещь. Шагесы не привыкли, что со своей айной нужно считаться, что в один прекрасный день она может исчезнуть, как дым. Вот и решают всё за двоих, не задумываясь о том, каково нам, женщинам, рядом с ними.

А ещё задевал тот факт, что даже зная, кто его будущая айна, он все так же принимал в своих покоях других девушек. А значит, о верности не может идти и речи. Не настолько важна ему эта связь. Да и эти игры у меня за спиной. Он своим решением водить меня за нос указал моё место в своей жизни.

Вот поэтому и не вижу нашего общего будущего. А значит, необходимо придумать, как разрушить связь, пока она окончательно не сформировалась. Что-то мне подсказывало, что тогда будет поздно.

Пока ничем не выразивший своего удивления страж провожал меня к женской половине, я молча продумывала каждый свой шаг. Для начала я сейчас постараюсь спровадить мужчину, а затем как-то выбраться из дворца. В этом мужском облике гораздо удобнее разгуливать по городу, да и наверняка следившая за мной стража, приставленная Амиром (в чём я не сомневалась) успела потерять меня из виду. А самому Амиру сейчас не до меня.

Идеальный момент, чтобы окончательно всё подготовить если не к побегу в Занил, то к возвращению души в собственное тело.

Поблагодарив стражника за сопровождение, я дождалась, когда он скроется за поворотом, и развернулась прочь от готового принять меня в свои удушающие объятия гарема.

Незаметно выбраться из дворца мне помог всё тот же охочий до денег Мирза за небольшое вознаграждение (благо кошелёк я старалась носить при себе).

Оказавшись на улице, я поспешила уже знакомой дорогой добраться до торговых рядов.

Аюб в это время дня был на месте. Он немного удивился, увидев меня раньше оговорённого срока да ещё и в мужском костюме, но встретил радушно.

— Пойдём, угощу тебя чаем, — пригласил он вглубь своей лавки, в спрятанную от чужих глаз комнатушку.

Я охотно согласилась и Аюб, закрыв лавку, прихватил деревянную шкатулку из-под прилавка и провёл внутрь.

— Так что случилось? — не стал он откладывать в долгий ящик свой вопрос.

— У меня небольшая проблема, — я замялась, не зная, поймёт ли он и поможет ли. — Я оказалась айной одного очень влиятельного шагеса.

Аюб кивнул и ошарашил меня:

— Кажется, я догадываюсь, о ком идёт речь. Но сделаем вид, что я этого не говорил, а ты не слышала.

Ничего себе поворот. А этот Аюб не так прост, как кажется. Как только смог догадаться? Или он думает о ком-то другом? Но нет, похоже старик уверен в том, что говорит. Подозрительно!

— Не смотри на меня так, словно я предал тебя тысячу раз. Тут нет никакой загадки. Простая логика. Ты не из знатной или богатой семьи, а значит, можешь стать айной лишь в одном случае. В городе не так много влиятельных шагесов, которые проводят отбор среди рабынь и простых девушек именно сейчас. А если такое событие происходит, то в торговом квартале лишь и речи об этом. Матери хотят пристроить своих девочек. Дочери мечтают оказаться среди избранных, а отцы ворчат по поводу того, что им вынесли этой темой весь мозг и поскорее бы уже набрали кандидаток.