Чтение онлайн

– Более чем справился, несмотря на все протесты и опасения, что его разорвет на части. Но он, конечно, не мог настолько уронить свой престиж и потому преспокойненько занялся делом.

– И было действительно возможно высвободить машину из дерева?

– Конечно, хотя и потребовалось немало времени и сил. Каша была полнейшая, сорвало главный парус, сломало мачту и снесло полдерева.

– А как циллеровская трубочка?

– Перекушена надвое. Но Хаб починил ее специально для него.

– А! А я-то уже надеялся преподнести ему подарок!

– Не думаю, что он принял бы его, находясь в том состоянии, Квил. Особенно, если этот подарок был бы трубкой, которую он обычно не вынимает изо рта.

– Вы хотите сказать, он думает, что я могу отравить его?

– Может, и думает.

– Ясно. Так мне пора?

– Пора.

– И как далеко мне придется топать?

– Три-четыре километра, - Кэйб посмотрел на солнце.
– Мы как раз успеем туда к завтраку.

Кэйб и Квилан шли по горному хребту полуострова Вильстер, что недалеко от Фзана... Справа, в тридцати метрах ниже, о скалы бился океан Фзан, а на горизонте маячили разбросанные то тут, то там острова. Несколько ближе к берегу пробивали себе путь в волнах несколько парусных лодок и большое грузовое судно.

С моря дул теплый ветер, который путался в полах пальто Кэйба и вздувал рясу за спиной Квилана. Они шли друг за другом по узкой тропе, заросшей высокой травой. Слева хребет спускался в глубокую долину, заканчивавшуюся лесом. Впереди виднелись горы, в которые вливался хребет. Дорогу они выбрали самую короткую и красивую, но опасную.

Квилан повернулся и посмотрел на волны, лижущие камни где-то далеко внизу. Оттуда крепко пахло рассолом.

– Снова вспоминаешь, Квил?

– Да.

– Ты очень близко к краю. Смотри, не упади.

– Смотрю...

Снег падал на внутренний двор монастыря Кадерцит, лениво летя с тихого серого неба. Квилан оставил тепло очага, предпочитая прогуляться в одиночестве и тишине, в то время как все прочие здешние обитатели остались за высокими каменными стенами. Там было тепло, горел огромный камин в трапезной, и не было видно, как снег нежно покрывает грубые плиты двора. Он зашел на галерею, поставил корзину с дровами в ряд таких же корзин и вдохнул крепкий и острый на морозе запах дерева.

Этот запах мгновенно напомнил ему время, когда они сидели в охотничьей избушке-засаде в Лустрайанских горах. Топор тогда затупился, и Квилан точил его на камне, надеясь поразить любимую своим уменьем. Однако когда, решив продемонстрировать его остроту, он метнул его в первое попавшееся на глаза дерево, то промахнулся, и топор улетел в глубокий снег. Как она смеялась тогда, как целовала его, словно в награду за пропавший топор!

Они ночевали под грудой мха, и Квилан отчетливо помнил то холодное утро, когда костер горел, не согревался, а лишь наполняя избушку удушливым дымом, и приходилось заниматься любовью, чтобы согреться. Он нежно покусывал шерсть у нее на затылке, стараясь двигаться как можно более плавно и не отводя глаз от облачка пара, выходившего у нее изо рта; этот маленький клубочек пара становился розовым в лучах поднимавшегося солнца и плыл через всю избушку к окну, где замерзал, припав к стеклу, и создавая сказочный неповторимый узор, маленький хаос серебряных линий.

Квилан вздрогнул и отер непрошеные холодные слезы.

Посередине двора стоял кто-то и, не отрываясь, смотрел на него.

Это была женщина, одетая в плащ, наполовину открывавший армейскую форму. Снег падал между ними, завиваясь в причудливые спирали. Квилан прикрыл глаза. Всего на мгновение... Но потом встряхнул головой, вытер о рясу руки и твердо шагнул навстречу, откинув капюшон скорбящего перед ним.

И только сделав несколько шагов, он вдруг осознал, что не видел женщину во плоти и крови вот уже целых полгода.

Стоявшая совсем не походила на Уороси; она была выше, с более темной шерстью, а глаза смотрели серьезней и казались уже. К тому же, она была старше его лет на десять. Кокарда на ее фуражке свидетельствовала о звании полковника.

– Чем могу служить, мадам?
– спросил он.

– Всем, майор Квилан, чем можете, - сухо ответила она... Фронайпель принес им по кубку глинтвейна. Его келья, которая была лишь раза в два больше кельи Квилана, вся оказалась заваленной бумагами, книгами и свитками, хранящими тайны священного писания. Втроем они едва разместились здесь.

Полковник Гайалайн согрела руки о кубок, сняла фуражку и перебросила плащ через спинку стула. Они обменялись несколькими дежурными фразами по поводу ее путешествий по старой горной дороге и об участии ее в войне по ведомству космической артиллерии.

Фронайпель уютно устроился в старом кресле, - новое он, разумеется, отдал полковнику - и сказал:

– Это я пригласил сюда полковника Гайалайн. Ей известна твоя история, и, я надеюсь, она может предложить тебе нечто достойное.

– Да, майор. Есть нечто, в чем Вы можете нам помочь, - подтвердила женщина, впервые улыбаясь и словно признавая тем самым, что не зря проделала весь этот долгий и опасный путь.

Квилан растерянно посмотрел на улыбавшегося Фронайпеля.

– Кого нынче считают "нами", полковник?
– уточнил он.
– Армию?

– Не совсем,- нахмурилась женщина.
– Армия тоже имеет к этому отношение, но дело не подчиняется военному ведомству напрямую. Это, скорее, будет дело, похожее на то, что вы с женой выполняли на Аорме, хотя, конечно, более высокой секретности и важности. Под словом "мы" я имела в виду челгрианцев вообще, и в особенности тех, чьи души находятся в чистилище.

– И что мне предстоит сделать?
– выпрямился на своем табурете Квилан.

– Пока я не могу рассказать вам этого во всех подробностях. И здесь я лишь для того, чтобы узнать, согласны ли вы на исполнение такой секретной миссии или нет.

– Но я даже не знаю, в чем она заключается...

– Майор Квилан!
– Женщина сделала маленький глоток из дымящегося кубка, кивнула старику в знак одобрения и поставила кубок обратно на стол.
– Я скажу вам сейчас все, что могу, - она поудобней устроилась в кресле. Дело, которое мы хотели бы поручить вам, действительно очень и очень важное. Это все, что я знаю. Почти все. Да, конечно, я знаю чуть больше, но не имею разрешения рассказывать об этом вам. Вам предстоит пройти долгие тренировки, какие - я также не имею права сказать. Подробнее вам все будет сообщено лицами, находящимися на самой верхушке нашего общества.
– Она перевела дыхание.
– Я располагаю столь малыми подробностями потому... потому что это смертельно опасная миссия, майор.
– И она посмотрела ему в глаза долгим взглядом.

Квилан уже давно позабыл сладкое наслаждение смотреть в глаза женщине; наслаждение, даже если перед ним сидела не Уороси, но чувство радости смешивалось в нем теперь с ощущением горя, потери и чувством вины. Он печально и кротко улыбнулся:

– В таком случае, полковник, я решительно согласен...

– Квил?

– Что?
– Он обернулся туше хомомдану, глядя на его высокое треугольное тело.

– С вами все в порядке? Вы как-то странно остановились вдруг. Что-то увидели?