Чтение онлайн

– Хорошо. Давайте сначала подробнее о вашем перспективном варианте…

Через час я выходил от Максимовича, выжатый как лимон. В приёмной меня встретила сердитая красавица Оля. Она стояла прямо посередине приёмной, обойти её никак не получилось бы. Если честно, я и думать про неё забыл. Девушка пристально смотрела на меня и явно горела желанием высказать мне что-то нелицеприятное, наверное, за своё долгое ожидание в приёмной. Весь в размышлениях, я на автомате взял её двумя руками за талию, поднял, переставил в сторону и вышел в коридор. Только там, через несколько шагов, я вспомнил, что не вызвал машину, и вернулся обратно, так как спускаться в офис такси было откровенно лень.

– Виктория, вызовите, пожалуйста, мне машину…

Я замолчал и уставился на стройные девичьи ножки и то, что выше ножек. Оля стояла одной ногой на стуле и поправляла что-то на босоножке. Подол сарафана задрался намного выше середины бедра.

Девушка повернулась на голос и теперь наливалась краской под моим взглядом.

– Да ты что, специально?! – закричала она, поправляя сарафан. – Следишь за мной, маньяк?!

За столом Виктория, тихо хрюкнув, уронила лицо в ладони.

– Э-э-э, прошу прощения… – Я быстро развернулся и вышел из приёмной, уже за пределами дверей напомнив: – Вика, машину, пожалуйста.

– Хорошо, – донеслось до меня сквозь женский смех.

Оля шла, привычно ощущая восторженные взгляды парней и мужчин. Статная, красивая девушка уже с тринадцати лет привыкла получать различные знаки мужского внимания. Ещё в школе мальчишки постоянно норовили дотронуться до её груди. В общественном транспорте стоять Ольге было категорически нельзя: обязательно кто-нибудь прижмётся. Только сидеть. Сидеть и надеяться, что рядом сядет кто-нибудь одного с ней пола. Сейчас же, в шестнадцать, она расцвела так, что отец, шутя, говорил: мол, поклонников дочери придётся отстреливать из пулемёта, потому что из ружья можно за всеми не успеть.

Сегодня Оля решила заехать к отцу на работу. Она надеялась, что сможет его переубедить в важном для неё вопросе. Дело в том, что она очень хотела стать журналистом. Отец же настаивал на получении профессии в сфере лёгкой промышленности и требовал подавать документы для поступления на дизайнера одежды. Как будто свет клином на его фабрике сошёлся!

Школа отзвенела последним звонком, выпускной подарил яркие впечатления последнего вальса, весёлых одноклассников, теперь уже бывших, и робкую попытку поцелуя от одноклассника Сашки. Теперь впереди ждут учёба в вузе и получение специальности.

Оля зашла в здание фабрики и первым делом прошлась по магазину с выставленными новинками из джинсовой ткани. Потратив чуть больше часа, девушка осмотрела и примерила понравившиеся вещи, выбрав себе новую мини-юбку и джинсовую сумочку. Попросила продавщицу отложить вещи и отправилась к отцу. В лифте с ней ехал какой-то мальчишка, наглый и явно озабоченный. Сначала он долго пялился на её грудь, потом тормозил с этажом, на который ему надо было. Потом вообще шёл с ней к кабинету отца и, заигрывая, открыл перед ней дверь, пропуская её вперёд. Что вообще школьник (а по виду это точно ещё школьник) делает на фабрике? Курьер или стажёр?

Поздоровавшись с Викой, папиной секретаршей, Оля дождалась, пока та сообщит о её приходе, и собралась зайти в кабинет к отцу, но тут Вика почему-то назвала вошедшего мальчишку по имени-отчеству и попросила того зайти, а Олю, наоборот, подождать!

Обпившись чаем, наболтавшись с Викторией на тему новинок моды, а также об ожидаемом буме на джинсовую одежду и кроссовки, Оля осталась предоставлена самой себе, так как Вика снова занялась работой. Девушка заскучала. Отец всё ещё был с этим мальчишкой, и время тянулось так медленно! Наконец, когда терпение закончилось, а нервы, казалось, уже звенели струной, папин посетитель не спеша вышел из кабинета.

Оля поднялась со стула и встала возле секретарского стола, сердито сверкая глазами на виновника её ожидания. Хотелось сказать какую-нибудь гадость этому наглецу. Но тот взял и просто переставил её с места на место. Как какую-то мебель. И ушёл. Оля сердито крутнулась на одной ноге к Виктории: хотелось хоть на кого-то выплеснуть накопившееся раздражение. От резкого движения ремешок на одной босоножке соскочил со стопы. Пришлось его поправлять. Для этого Оля поставила ногу на стул и наклонилась.

– Виктория… – раздалось внезапно прямо за спиной.

Оля обернулась и увидела того же извращенца. Он стоял и смотрел прямо под задравшийся подол юбки, на её попу.

– Да ты что, специально?! Следишь за мной, маньяк?! – не выдержала девушка.

Паренёк быстро ретировался под смех Вики.

Оля, чувствуя, как пылают щёки, влетела в кабинет к отцу.

– Чёрт!

День явно не задался. Сначала неудачное знакомство с дочкой Максимовича. Или даже не знакомство: нас ведь друг другу так никто и не представил? Потом проблемы с контрактом и расширением фабричного дела. Голова гудит до сих пор. Теперь вот кофе на себя пролил. А он горячий. Разлил из-за того, что телефон зазвонил, хотя на часах уже начало десятого ночи. Вот сто процентов сейчас меня кто-то «обрадует» новостями.

Я глянул на экран смартфона – звонил директор службы такси, Карякин Руслан Вадимович.

– Да, я слушаю.

– Максимилиан Алексеевич, это Карякин. У нас проблемы, – услышал я в ответ.

Ну вот, что и требовалось доказать. Карякин – молодой, чуть за тридцать, очень энергичный и пробивной мужик. Основные вопросы он решает самостоятельно, только информируя меня о фактах решения проблем. Если он говорит, что у нас проблемы, значит, это что-то серьёзное.

– Подробнее. Или это не телефонный разговор? – спросил я.

– Не по телефону, – попросил Карякин. – Когда за вами можно прислать машину?

– Так… – Я растёр лицо одной рукой. – Если горит, то присылайте сейчас. Куда ехать?

– В контору. Я сам только подъехал. Уже высылаю водителя.

– Жду.

Через полчаса я снова поднимался в лифте своего рабочего здания, только теперь на четвёртый этаж. Выйдя из лифта, я увидел встречающего меня директора перевозчиков. Карякин нервно вышагивал поперёк фойе, заложив руки за спину.

Увидев меня, он остановился, подошёл ко мне и одной рукой поздоровался, а другой прихватил меня за локоть и потянул в сторону какой-то подсобки рядом с лифтом.

Отойдя от лифта, он покрутил головой и, убедившись, что рядом никого нет, сказал:

– На нас наехал криминал. С водителей наших машин начали требовать дань. Пока хотят пятую часть от заработка, а иначе грозятся портить машины, резать колёса и угрожают покалечить. Об этом сегодня сообщили девять водителей. Сколько водителей не сообщили об угрозах, я пока не знаю.

– Кто или чьим именем пугали? – спросил я.

– Сказали, что от Седого.

Это было плохо. Седой был так называемым смотрящим за городом. В криминальной среде Обнинска он являлся самой крутой шишкой, авторитетом городского масштаба. Вообще, в нашем городе, как в принципе и в остальной стране, криминальных группировок хватало. Но занимались они в основном крышеванием игорного бизнеса, полуподпольных тотализаторов, проституции, а также наркоторговлей и кредитованием любого желающего под дикие проценты. В другие сферы никаких предложений в плане поделиться от них обычно не поступало.