Чтение онлайн

Рядом он слышал тихое, ровное дыхание Митры. Странным образом это успокоило его. Он повернулся и взглянул на нее. Ее лицо было устремлено к небесам, синие глаза холодно блестели в слабом свете звезд. Левой рукой она держала лук, а правой сжимала одежду на груди с такой силой, что Рой даже в полутьме сумерек видел побелевшие суставы ее пальцев. Он отвернулся и ничего не сказал.

Ожидание тянулось до тех пор, пока утренний свет не упал на зеленый склон холма и не послышался голос сидящего на верхушке дерева Тенты:

– Дракон улетел.

– Скорее! Нам надо торопиться, – отдала приказ Митра, и отряд Прадаты продолжил свой поход на юг.

Пыль разлетелась в стороны, словно испуганные детишки, когда Креозот, приземлившись, сложил крылья. Скрип, с которым его грубая кожа терлась о землю, напоминал звук разламываемых камней. Далеко на севере Шимни отбрасывал тень на запад.

– Они движутся к югу, – перевел камень слова дракона. – Их там несколько дюжин, включая Верховного Мага.

Вороная лошадь нетерпеливо била копытами, когда черный всадник натягивал поводья, чтобы сдержать ее. Мордет намеренно разговаривал с Креозотом, сидя верхом на жеребце, откуда он мог глядеть прямо в глаза Повелителю Драконов.

– К югу? Хорошо. Крота! – Мордет повернулся в седле, ища глазами начальника службы безопасности.

– Да, Мордет?

Человек с масляным лицом отделился от группы солдат и подошел к своему хозяину.

– Мы поймаем их между двумя камнями. Пошли наших самых быстрых гонцов в Силт с приказом для командира силтского гарнизона. Он должен обеспечить сбор войск у Оазиса не позже, чем через две недели. Пошли также людей в Бейн. Пусть капитан Делута возьмет под охрану дорогу, ведущую на юг, а половину войск пошлет на север. Сообщите ему, что Прадата движется в его направлении.

– Слушаюсь, Мордет.

– И еще, Крота… если мои приказы не будут доставлены к месту назначения, то я пошлю туда нового начальника службы безопасности вместе с твоей отрубленной головой.

– Понятно, Мордет.

Крота быстро протиснулся через густую толпу гвардейцев и схватил за ворот четверых крепких на вид солдат, что-то свирепо объясняя каждому в отдельности.

– Креозот, продолжай следить за ними и держи меня в курсе. Но только наблюдай. Убивать буду я сам. – Мордет развернул лошадь от огромного дракона и поскакал между расступающимися солдатами.

Черный дракон, не отрываясь, сердито смотрел вслед всаднику.

После встречи с Креозотом прошло два дня; Прадата продолжала свой марш на юг. Перед ними словно встала на дыбы остроконечная вершина Сердитой горы – единственного действующего вулкана в Кешье. Роя заинтересовал странный вид этой горы, покрытой снегом всюду, кроме синевато-серой верхушки. Прищурив глаза, он мог различить пар, медленно поднимавшийся вверх и по дуге уплывающий в сторону востока.

Дни становились заметно теплее. Для Роя, привыкшего к кондиционерам в университете и к прохладным каменным катакомбам Шимни, это начало представлять большое неудобство. Он обратил внимание на то, что ноги начали распухать от трения о синтетический материал из которого были сшиты его брюки, и боль во всем теле, с которой он вышел в поход, отнюдь не проходила со временем. На третий день после того, как они увидели дракона, люди Прадаты повернули вверх по склону по направлению к Перевалу Слез, который люди Кешьи называли Торватен. Земля становилась грубее, деревья чуть выше елей в обычном лесу; их тонкие корни, словно метла, наполовину зарытая в землю. Почему-то это напомнило Рою о доме, о его доме, вспомнить который становилось все труднее.

– Вы выглядите очень задумчивым. – Это была Митра, впервые заговорившая с ним со времени проведения совета в лесу у костра.

Рой улыбнулся в ответ на нотки сочувствия, прозвучавшие в ее голосе:

– Мне кажется, я заболел тоской по дому.

С лица командира Прадаты мигом исчезла ироническая усмешка. Митра была не готова к такому простому и откровенному ответу, который к тому же напомнил ей о ее собственном одиночестве.

– Мне показалось, – сказала она тихо, – ваш голос очень похож… – Она повернулась и довольно долго смотрела на стоящего рядом человека. – Скажите мне, что, собственно, заставляет вас так тосковать по дому?

Рой пожал плечами:

– Я смотрю вокруг себя, и все мне кажется чужеродным. Я вижу землю, горы, небо и знаю, что я для них посторонний человек. Это не мой мир. Он ваш.

– И вы хотите вернуться домой? – прямо спросила Митра, понимая, что ответ этого героя, посланного ее мужем, будет утвердительным.

– А вы бы не хотели?

С минуту Митра обдумывала ответ.

– Я не знаю, каким образом Верховный Маг переместил вас сюда. В его книге ничего не говорится об этом. Но если бы и знала, то где бы я взяла энергию, необходимую для того, чтобы отправить вас обратно? Я верю в то, что вы здесь неслучайно. Я полностью доверяю Рате. – Она наклонилась и сорвала маленький хрупкий голубой цветок, чудом не растоптанный идущими по тропе людьми. – Я не могу отдать вам обратно ваш мир… но, может быть, смогу помочь привыкнуть к нашему.

Она глубоко вздохнула, прошептала свое Слово Власти и начала повествование:

– Циандит была болезненным ребен shy;ком.

Когда Митра заговорила, Рой увидел картины, очень похожие на те, что вызывал в его воображении Мората, может быть, даже более искусные. Повествование быстро захватило его, как будто он сам видел то, о чем она рассказывала.

– Волосы у девочки были цвета солнца, а в глазах ее словно отражалось небо.

Рой попытался определить ее возраст и в конце концов решил, что ей не больше пяти-шести лет. Она лежала в кровати и была до подбородка укрыта красно-синим стеганым одеялом. Он увидел, как в комнату вошли двое взрослых. Один был мужчина с почти седой, неровной бородой и с широкими, в противовес его узкой талии, плечами. Женщина – Рой инстинктивно догадался, что это его жена, – была почти такая же высокая, как ее муж, и прозрачная, словно привидение. Рой даже не был уверен, что она живая. Ее длинные жемчужные волосы спадали на спину, и голые руки были белые, как пена.

– Ты чувствуешь себя лучше, Циандит? – спросила мать, но маленькая девочка даже не моргнула в ответ.

Отец положил свою крупную руку на плечо женщины, и Рой почувствовал, что мужчина с трудом сдерживает слезы. Мать повернулась к нему, но ничего не сказала. Отец сделал глубокий вдох и, словно непоседливый ребенок, начал водить концом башмака по грубому деревянному полу.

– Митра Рала, – сказал он почтительно, – Повелительница Ветра, приди во имя любви; вдохни снова дыхание жизни в наше дитя.

Затем заговорила мать:

– Мор Куинта, Повелитель Огня, приди во имя любви; вдохни огонь жизни в грудь нашего ребенка.

Рой смотрел на ребенка, который, увядая, становился почти прозрачным, словно жизнь вытекла из девочки, как вода из опрокинутого стакана.

Сцена быстро сменилась, и Рой увидел, как отец кладет свою мертвую дочь на погребальный костер из сломанных палок. Мать взяла зажженный факел и прикоснулась им к сухому дереву; огонь мгновенно разгорелся и сердито, словно голодный, зарычал. Задул ветер и начал усиливаться до тех пор, пока Рою не захотелось плотно закрыть уши руками, чтобы хоть как-то ослабить его жуткий, стонущий вой. Задрожала земля, и маленькие искры начали выпрыгивать из огня, уносимые вет shy;ром. Тысячи тысяч огоньков – все, что осталось от маленькой девочки, разлетелись по долине.