Взлетная полоса
Шрифт:
– - По сравнению с первым вариантом в нем мало что изменилось, товарищ генерал, -- доложил он.
– - Вы стреляли с помощью этого образца?
– - Так точно. Мой взвод стрелял на прошлой неделе.
– - Ну и что?
– - Упражнение выполнили. Давали пристрелочный выстрел.
– - Вот это уже показатель!
– - сделал для себя вывод Ачкасов.
– - А без пристрелочного пробовали стрелять?
– - Пробовали. Только непонятно, где снаряды искать надо, -- усмехнулся Аверочкин.
– - Чем объясняете это?
– - Дальность до цели "Сова" по-прежнему показывает неточно, товарищ генерал, -- ответил Аверочкин.
Генерал Ачкасов кивнул головой в знак согласия, словно ждал этого ответа. А может, дал понять Аверочкину, что его ответом вполне удовлетворен.
– - Спасибо, лейтенант, -- сказал он Аверочкину и шагнул вдоль строя дальше. Остановился возле командира второго взвода и тоже пожал ему руку.
– - Лейтенант Борисов!
– - назвался тот.
Борисов был невысок, но плечист. Лицо его, круглое, с пухлыми, как у ребенка, губами, казалось очень добродушным.
– - Ваш взвод двигался тем же маршрутом?
– - Никак нет, товарищ генерал. Командир роты для каждого взвода разработал свой маршрут. Чтоб у всех были разные условия наблюдения, -ответил Борисов.
– - В колонну мы вытянулись только на последнем заезде.
– - Это хорошо, -- одобрил Ачкасов, -- А что вы скажете о приборе?
– - Мы его испытываем уже второй месяц, а ночь в день все равно переделать не удается.
– - Такой задачи не ставится, -- добродушно ответил Ачкасов.
– - Другого добиваемся. Прибор должен обеспечить оптимальные условия стрельбы и вождения. Обеспечивает это "Сова"?
– - Не все, товарищ генерал. Водить, конечно, с ней можно. Но опять же на поворотах мы из колеи выскакивали.
Ачкасов обернулся к стоящей рядом молодой женщине. Многозначительно посмотрел на нее, сказал:
– - Александр Петрович говорил мне, что один прибор будет спарен с контрольным замерителем. Сделано это?
– - Его установили на танке командира роты, -- ответила женщина.
– - А командира роты до сих пор нет?
– - Пока не видно:
– - Жаль, -- задумчиво проговорил Ачкасов и, заложив руки за спину, устремил взгляд в черноту неба, словно там надеялся увидеть Кольцова. Контрольные замеры, которые делал капитан, были бы сейчас очень кстати.
– - Жаль, -- повторил Ачкасов и закурил.
Фомин понял, по какому поводу сетовал генерал, и, взяв под локоть майора Семина, отвел его в сторону.
– - Действительно, где Кольцов?
– - вполголоса спросил он.
– - Замеры продолжает, -- доложил Семин.
– - Так долго? Да за это время весь танкодром можно вершками вымерить. Свяжитесь с ним. Пусть немедленно заканчивает и движется сюда!
– - приказал Фомин.
– - Пытался, товарищ подполковник. Не отвечает.
– - То есть?
– - Возможно, рация у него вышла из строя:
– - Порядка у вас нет, лучше это скажите, -- не принял объяснения комбата Фомин.
– - Возьмите мою машину и срочно пошлите кого-нибудь за ним.
Но посылать не пришлось. До вышки, возле которой располагался пункт сбора, снова донесся гул танка. А вскоре в просветах между деревьями замелькали и лучи светомаскировочного устройства.
– - Это Кольцов! Разрешите, я его встречу?
– - попросил Семин.
Фомин кивнул в знак согласия.
На опушке танк остановился. А когда Семин подошел к нему, из темноты, пересекая узкую полосу лучей, навстречу комбату шагнул Кольцов.
– - Почему вы не отвечали на мой вызов?
– - без всякого предисловия строго спросил Семин.
Кольцов, как показалось Семину, даже зажмурился.
– - Вы что, не слышите?
– - Слышу. Сигнала вашего не слыхал, -- признался Кольцов.
– - У вас рация не работает?
– - В полном порядке, товарищ майор.
– - Так что же вы там, спали? Его генерал Ачкасов, командир полка ждут, а ему хоть бы что!
Кольцов вдруг улыбнулся. Перед его глазами все еще полыхало яркое пламя пожара. Он еще ощущал на своем лице его жар, слышал потрескивание горящих бревен, а потом и грохот взрыва цистерны. И как-то совершенно нелепо выглядел сейчас на фоне всего этого его сердитый комбат. Майор явно нервничал. И в другое время, в другой ситуации наверняка сумел бы передать свою нервозность и Кольцову. Но теперь его высокий, резковатый голос почему-то вдруг показался Кольцову просто смешным. Он не только не взвинтил капитана, а, наоборот, остудил его, успокоил.
– - Дело там одно было, товарищ майор, -- подавив ухмылку, объяснил Кольцов.
– - Железнодорожникам пришлось помочь.
– - Я так и знал!
– - всплеснул руками Семин.
– - Железнодорожникам! Колхозникам! Всему белому свету! Да когда же вы, Кольцов, станете настоящим военным человеком? Когда поймете, что у вас есть свои задачи? Доложите мне обо всем рапортом. А сейчас немедленно отправляйтесь на доклад к генералу. Да хоть ему-то не ляпайте лишнего!
Кольцов козырнул. "А зачем еще рапорт?
– - подумал он.
– - Я и тут могу все рассказать подробно". Но он вспомнил о генерале, повернулся и скорым шагом направился к вышке. И пока шел, успел обдумать, что и как будет докладывать.
Ачкасов поздоровался с Кольцовым, как и со всеми офицерами, за `c*c. Взгляды их встретились.
– - Все закончили?
– - очень спокойно спросил Ачкасов.
– - Так точно, товарищ генерал, -- ответил Кольцов.
– - Вот и хорошо. Значит, у вас есть и впечатления, и доказательства. Ну так что, капитан, вы скажете о "Сове"?
– - Мой экипаж, товарищ генерал, сегодня прошел тридцать пять километров. И вчера столько же. Но вчера, должен сказать, испытания проходили более удачно: -- начал Кольцов.
– - Как более удачно?
– - Я в том смысле, товарищ генерал, что, очевидно, луна сегодня мешала. Да и туман тоже. Одним словом, путаницы сегодня было больше, -- объяснил Кольцов.
– - Получается так: движемся, на экране появляется часовня. По всем признакам до ее еще километра два, а на поверку выходит -- она совсем рядом.
– - И контрольным замером можете это подтвердить?
– - спросила вдруг стоявшая рядом с Ачкасовым молодая, незнакомая Кольцову женщина.
– - Естественно. Или такое. Спускаемся в низину. На экране помехи. Пытаюсь отстроиться. Ничего не помогает. Поднимаюсь из башни. Туман. Включаю светомаскировочное устройство. А представляете, какой бы я имел в руках козырь, если бы свободно мог ориентироваться в тумане?!