Взрослые чувства
Шрифт:
– Ты действительно начинаешь пугать меня. Не понимаю, что ты можешь сделать так, что я не захочу…
– Тони – твой сын, – быстро выпалила я, затем как-то рефлекторно закрыла рот.
В тот момент чувствовала страх, панику и немного облегчение.
– Ч-что? Тони... – я видела, как лицо Лео побледнело, будто у привидения, совершенно ничего не выражало.
– Да, – подтвердила. – Но это не все.
– Чт...
– Он в больнице, у него проблемы с почками и мне нужно, чтобы ты прошел обследование, чтобы узнать, не совместим ли ты с ним, все обследуются, – я опустила голову, уставившись в пол.
– Я... он... Тони... – когда снова посмотрела на его лицо, то увидела, как от нечего, не выражающего бледного, оно превратилось в красное от ярости лицо. Вздрогнула, прежде чем он заговорил.
– КАК ТЫ МОГЛА? – выкрикнул он. Я стояла в противоположной части комнаты; стояла, ничего не говорила и плакала. – Ты держала моего ребенка, моего сына, вдали от меня более чем три года?
Я кивнула.
– Ты – эгоистичная сука! – его слова были, как режущие меня осколки стекла.
– Мне так жаль.
– Прибереги это дерьмо для кого-то, кто тебе поверит, Хлоя, – заорал он. – Ты позволила Доминико думать…
– Он знал.
– Что? Он знал, что Тони – мой сын и притворялся…
– Он не знал, что это был ты, хотя думаю, что подозревал, что Тони не от него. Я пыталась сказать ему, но он не хотел слушать.
– Ты пыталась сказать ему! Как насчет меня, Хлоя? – Лео встал с кресла и быстро пересек комнату, его руки стиснуты в кулаки.
Сделала шаг назад.
– Я-я могу только сказать, что сожалею и никогда не намеревалась.
– Не намеревалась сделать что? Никогда не намеревалась удерживать его от меня? Или ты никогда не намеревалась ставить меня в известность? – я вздрогнула из-за его голоса – жесткость, которую заслужила. – Где мой сын?
– В Сиэтле, – я сделала глубокий вдох, прежде чем закончить. – Твои родители этим утром уехали в…
– Они знали! – его лицо – это смесь боли и ярости.
– Они узнали только сегодня утром, когда я пришла, чтобы рассказать им, – я всхлипнула.
– Позвоню отцу по пути в больницу, – это была последняя вещь, которую он мне сказал перед тем, как уйти, громко хлопая каждой дверью на своем пути. Упав на колени, я плакала, пока не уснула на диване. Проснулась около полуночи и немедленно поехала в больницу, прихватив кое-какие вещи.
Лео
Я не мог ей поверить! Боялся, что что-то случилось из-за того, как ее голос звучал по телефону, но никогда не думал, что она скажет, будто в течение трех лет прятала от меня сына.
– Черт! – выкрикнул я в темную пустоту машины, когда ехал в больницу, прилично превышая ограничение скорости.
Не могу поверить, что она это сделала. Кем она себя возомнила? Как можно не сказать человеку, что у него есть сын? Как?
В этот момент вспомнил, что она пыталась связаться со мной после ночи в домике на дереве.
Может, она рассказала бы мне, если бы я ответил или хотя бы перезвонил ей. Возможно, даже хотела начать общаться и тогда бы сказала мне, что забеременела. Это не моя вина, это ее вина. Она могла пытаться сильнее, звонить дольше. Хотя, вероятно, я бы не ответил. Не хотел быть отвергнутым, так что она могла возвращаться к своему чертовому мужу, которого встретила на вечеринке в честь моей помолвки. Черт!
Поспешил в больницу и быстро направился к детскому отделению. Как только вышел из лифта, увидел свою маму, Кеннета. Джудит, Кристи, и Мину, сидящих в комнате ожидания. Мина первой уловила мой взгляд и сразу же подошла ко мне.
– Лео? – я знал, что ярость, которую все еще чувствовал, была написана у меня на лице. Ее глаза расширились. – Она рассказала тебе... о Тони, – выдохнула она.
– Ты знала? – выкрикнул я, и медсестра шикнула на меня.
– Лео, я не знала, но подозревала. Даже пыталась спросить Хлою об этом, но она не…
– Ты ничем не лучше ее! – я обошел ее, оставил плачущую около лифта.
– Лео, пожалуйста, успокойся, это ничем не…
– Кеннет, я не хочу потерять к вам все уважение, поэтому, пожалуйста, не говорите мне успокоиться, – заткнул я его, а он посмотрел на меня с жалостью и пониманием.
– Дорогой, – Элэйн обвила меня руками, и я почувствовал, как ее тело сотрясали рыдания. – Мне так жаль и, пожалуйста, не будь так жесток к Мине. Она в таком же замешательстве, как и мы.
– С Миной я разберусь позже, где Тони? – мама показала мне его комнату, и я подошел к его кровати, впервые действительно посмотрев в лицо моему сыну.
Хлоя
Когда приехала в больницу, все спали в комнате ожидания. Направилась прямо в комнату Тони. Как только вошла, увидела спящего в кресле рядом с его кроватью Лео. Тихо опустила сумки и также тихо начала распаковывать вещи Энтони во встроенный в дальнем углу его комнаты шкафчик.
Вздохнула, когда смотрела, как они оба спали. Они были так похожи. Открытый рот, когда они спали, как приподнималась их бровь, когда им что-то снилось. Знала, что Лео ненавидел меня, что ему потребовалось бы все терпение, просто чтобы быть вежливым со мной исключительно ради Тони.
Встретилась с доктором, который сказал, что результаты тестов на донорство готовы. Лео был с ним совместим. У них обоих была редкая группа крови. Он объяснил, что позже днем у него будут результаты других тестов относительно состояния Тони и курса лечения.
Взяв немного кофе из зоны отдыха в больнице, почувствовала за спиной чье-то присутствие.
– Я пришлю к тебе своего адвоката, – выплюнул он, прежде чем уйти.
Я направилась обратно в комнату Тони, а когда вытерла слезы со щек, повернулась к нему.
Глава 26
Обязанности и время
Хлоя
Пришли результаты анализов Тони. Он не нуждается в трансплантате. Мы вовремя обратились к специалистам. Ему просто нужно было пройти курс лечения и в будущем изменить свой рацион. Нас успокоили, что Тони не нужна операция в столь юном возрасте.
С кабинета доктора я сразу же побежала в комнату Тони и запрыгнула на его кровать. Когда рассказала ему, что скоро он отправится домой, мальчик был также счастлив, как и я. Во время восьмого раунда игры Камень, ножницы, бумага [28] , приехал Лео. Я официально представила Лео и Тони.
28
Камень, ножницы, бумага – популярная игра на руках, известная во многих странах мира. Часто используется как методика жеребьевки для выбора персоны для какой-либо цели, наряду с бросанием монеты, вытягиванием соломинок и т. п.