Взрывная волна
Шрифт:
– Когда?
– Мы позвоним.
Браун вышел из «тойоты». В тот же миг она сорвалась с места и понеслась прочь. Следом за ней на большой скорости проехал неприметный седан, за рулем которого Браун успел разглядеть знакомого детектива из управления. Он говорил в микрофон рации:
– Они разошлись, объект уходит по Кросс-Роуд на север…
Вслед за джипом проехало еще несколько машин, в одной из них Браун увидел другого полицейского в штатском. А затем около Брауна притормозила, распахивая пассажирскую дверцу, машина Чемберса. Сев рядом с ним, Браун бросил:
– Это был не Валет. Кто-то из его людей, но не он сам.
Когда машина тронулась, Чемберс передал Брауну лежащую на панели приборов тонкую папку.
– Валета зовут Мэтт Хайли? Мы нашли его досье, вот он.
Браун был удивлен. С фотографии полицейского досье на него смотрел водитель громилы.
А потом все пошло наперекосяк.
Полицейские вели машину Валета и громилы. Те вроде бы бесцельно кружили по городским улицам. Вертолет продолжал, держась на почтительном расстоянии и на солидной высоте, координировать действия детективов, комментируя по рации:
– Объект поворачивает направо Хьюман-стрит…
– 9−17, уходи налево, прием…
«Тойота» двигалась по улицам. Валет хмуро косился в зеркало заднего вида. Он что-то чувствовал, но что – объяснить не мог. Что-то шло не так. А интуиция его не обманывала никогда, поэтому Валет привык доверять ей всегда и во всем – именно поэтому он был в деле, а не гнил в тюрьме. Одна из машин позади вызвала его подозрение. Но, бросив очередной взгляд в зеркало, Валет увидел, что она сворачивает влево.
– Что-то не так? – буркнул сзади громила, оборачиваясь назад.
– Пока не знаю. Вроде бы хвоста нет, но… не знаю, – хмуро бросил Валет. – По-моему, что-то не так.
В своей машине Чемберс и Браун внимательно слушали за переговорами по рации.
– Почему они кружат по улицам? – нервно недоумевал Чемберс.
– Проверяются.
– Все прошло хорошо?
– Я все делал как положено. Они не должны были ничего заподозрить, – отозвался Браун, пытаясь вспомнить, не прокололся ли где-нибудь. Вроде бы нет. Да, он был неуступчив, но в работе под прикрытием это правило номер один. Нет ничего подозрительнее покупателя, который соглашается сразу и на все, лишь бы сделка состоялась.
А рация хрипела голосами полицейских:
– Возвращаются к Керби-стрит. Движутся вниз к Мейсон…
– 9−8, принимай их у Мейсона.
– Понял…
– 10−13, уходи налево…
Браун быстро просмотрел досье Валета.
– Два задержания и год тюрьмы за хранение. Никакой оперативной информации о его месте в бизнесе. Валет действительно хорош.
– На Кинзи-стрит патрульная машина, – прохрипела рация. – Сообщите им по рации, чтобы пропустили…
Продолжая цепко поглядывать в зеркало заднего вида, Валет свернул на Кинзи. Впереди, у соседнего перекрестка, стояла полицейская патрульная машина. Патрульный за рулем держал радар в руках, Валет заметил это издалека. Второй топтался около машины. До них оставалось ярдов 100, когда патрульный снаружи склонился к рации, что-то буркнул и поспешил в машину. Но перед этим успел бросить быстрый взгляд вперед – в сторону «тойоты» Валета.
Валет напрягся, прищурившись. Вот теперь точно что-то не так. И есть способ это проверить наверняка.
– Сейчас главное не нервничай, – буркнул он. И вжал ногу в педаль газа.
Резко набирая скорость и ревя двигателем, «тойота» пронеслась мимо патрульной машины. Полицейский за рулем смотрел прямо на нее. И радар тоже.
Проехав перекресток, Валет внимательно поглядывал в зеркало заднего вида. Если все хорошо, сейчас патрульная машина включит мигалки и поедет за ними.
– Валет, что такое? – недоумевал громила.
Патруль не тронулся с места. Валет сжал зубы:
– Это был коп.
Рация хрипела голосами полицейских:
– Объект резко увеличил скорость перед патрульной машиной на Кинзи…
– Твою мать, – чертыхнулся Браун. – Он нас раскрыл.
– Что? Как?
– А я откуда знаю! Черт…!
– Внимание всем, объект разворачивается! – удивленно прохрипела рация. – Он разворачивается, едет назад!
Валет развернулся посреди улицы. Громила выкатил глаза, не понимая ничего:
– Что ты делаешь? Мы куда?
– В гости, – отозвался Валет. Глубоко вдохнув и возвращая себе хладнокровие, он снова пересек перекресток, оказавшись около патрульной машины. И съехал в обочину прямо к полицейским. Коп в вертолете, видя это в бинокль, растерянно поднес к лицу рацию.
– Он… идет к патрульной машине.
Браун мрачно закрыл глаза. Это провал.
– Едем туда, Рик, – устало произнес он.
Громила на заднем сиденье опешил, просто не зная, что сказать. Но Валет и не нуждался в его комментариях. Спокойно выйдя из-за руля, он направился к патрульной машине. Полицейский с радаром выглядел не менее растерянно, когда вышел к нему навстречу.
– Сэр?
– Я хочу поговорить, – заявил Валет.
– Простите…?
– Я хочу поговорить, – невозмутимо повторил Валет. – И вы знаете, о чем я. Свяжитесь с тем, кто приказал вам пропустить нас. Думаю, они в курсе.
Патрульные переглянулись, не зная, как себя вести. Но связываться ни с кем не понадобилось. В стороне затормозила машина, из которой вышел Браун. Увидев его, Валет лишь хмыкнул.
Грек с удовольствием принял душ. Мотель был дешевый и старый, но после тюрьмы и это место могло показаться раем. Тем более, что в номере была собственная кухня. Поэтому после душа Грек сразу отправился к холодильнику. По пути в мотель полицейские купили какой-то еды. Детектив Поррас, со скучающим видом переключавший каналы, хмуро наблюдал за Греком – тот достал ветчину, сыр, принялся делать себе сэндвич. Достав из ящика нож, он хмыкнул Поррасу:
– Нет желания перекусить?
– Не сейчас.
– Как хочешь. А у меня хорошее настроение. А когда у меня хорошее настроение, сразу просыпается аппетит. Знакомое чувство? – Поррас не ответил. – Как тебя зовут, детектив?
– Детектив Поррас, – помедлив, неохотно отозвался тот.
– И твое имя…? – Поррас промолчал. – Ладно, как хочешь. Я просто хотел наладить контакт. Черт знает, сколько нам здесь сидеть вместе, а?
Детектив Макс Гилан сидел в машине снаружи, потягивая кофе из пластикового стаканчика. Посмотрел на часы. Всего три. Интересно, когда у Брауна сделка, подумал Гилан. От прощелыги Грека, которому Гилан не доверял, они смогут избавиться только после того, как торговец оружием будет задержан.
Гилан и Поррас были напарниками полтора года – сразу после того, как Поррас сдал экзамены на детектива и перешел в отдел убийств. Браун был знаком с ним, когда Поррас работал патрульным, и чем-то ему понравился этот парень. В управлении многие были недовольны, что юнец Поррас сразу попал в элитное подразделение. Среди них был и Гилан. Но уже скоро Поррас доказал всем, что Браун сделал правильный выбор. Учился он всему на ходу, а недостаток опыта с лихвой компенсировал рвением.
Гилан вышел из машины. До окна номера, который сняли для Грека, было рукой подать, и Гилан слышал звуки телевизора. Гилан достал сигареты и зажигалку и закурил, присев на крышку капота.