Чтение онлайн

Перевернутая вверх тормашками машина времени с силой врезалась в песок, разбрасывая во все стороны обломки. Самый большой из них был явно рубкой, Смедли Фейвершем неторопливо направился к ней. И тут внезапно под шипение чего-то невидимого рубка извергла кресло. Направив луч фонарика вертикально в ночное небо, Смедли следил, как над креслом развернулся парашют и пилот стал плавно спускаться на песчаный бархан росуэллской пустыни.

На парашютисте был серебристый костюм в обтяжку, смахивающий на космический скафандр, нарисованный подростком.

Смедли Фейвершем подошел к бархану, когда заблудившийся хрононавт принялся складывать парашют. На скрип песка под подошвами небесный ныряльщик стремительно обернулся. Новоприбывший прыщавый мальчишка уставился на Смедли Фейвершема с глубочайшим подозрением.

– Вы кто? – грозно спросил юный хрононавт. – Дайте-ка, я сам соображу. Вы из ЦРУ. Вы не в форме, так что не из ВВС. Погодите! Я знаю, кто вы! – Он оглядел Смедли с ног до головы с выражением величайшего презрения. – Вы Человек в черном!

– Кто? Я? – Смедли скромно обвел взглядом свой костюм. – Собственно говоря, он, скорее, розово-лиловый в клеточку с искрой. А я Фейвершем, Смедли Фейвершем. А ты?

– Не притворяйся, будто не знаешь, кто я, – сказал несовершеннолетний хронопрыгунчик. – Да у вас на меня наверняка целый засекреченный файл! Свою личность я сохраню в тайне. Ты можешь называть меня агент Шва.

– Ну, если надо... – промямлил Смедли Фейвершем.

– Я знаю, зачем вы здесь, – обвинил его Шва. – Это по вашей милости моя машина вывалилась из искривления вверх тормашками. Вы наверняка повредили мой хронолет для выполнения своей миссии.

– Прошу прощения? – Смедли Фейвершем рассеянно посмотрел на него. – Какой еще моей миссии?

– Тебя послали засекретить падение росуэллского космолета и вскрытие трупов, – малолетний Шва выхватил собственный фонарик и пыхнул им в лицо Смедли. – Что ты сделал с Амелией Эрхарт*? [ * Американская летчица, noставившая в 20-30-х годах несколько рекордов и пропавшая без вести в южной части Тихого океана при попытке совершить в одиночку кругоcвeтный перелет]

– Ну, она...

– Не лги мне! – проговорил Шва с тем жгучим нравственным негодованием, на какое только способен прыщавый подросток в дешевой подделке под космический костюм. – Росуэллский космолет разбился ночью второго июля одна тысяча девятьсот сорок седьмого года, то есть день в день через десять лет после того, как Амелия Эрхарт в последний раз вышла на радиосвязь. Совпадение? Ха! Не думаю! Ты из пятьдесят первой зоны?

– Нет, я сам по себе, – сказал Смедли Фейвершем... хотя в этот же самый момент в абсолютно другой линии времени Том Завтр услышал от него, что он работает на некую Хронокомиссию. – Я независимый исследователь.

– Вранье! – рявкнул агент Шва. – На правительство работаешь. Все официальные лица врут и не поперхнутся.

У Смедли Феивершема имелось собственное мнение о правительстве, однако подобное обобщение показалось ему несправедливым.

– Погоди, сынок. Так уж и все официальные лица врут?

– Все, кроме ДФК, – на мальчишеской физиономии агента Шва между прыщами появилось благоговейное выражение. – Джон Ф.Кеннеди знал правду. И никогда не врал американскому народу.

– Конечно-конечно! Слишком уж он был занят, щекоча миндалины мафиозным девочкам в спальне Линкольна, – сказал Смедли Фейвершем, который в течение одного из своих предыдущих шляний по времени побывал в указанном времени и месте. – Послушай, малыш, ты, очевидно, продукт какого-то сверхпросвещенного, квазиутопического общества в далеком-далеком будущем, так что я тебе откроюсь: я тоже путешественник во времени.

Подросток покосился на Смедли Фейвершема сначала одним глазом, потом сразу двумя.

– Вы... вы?

– Вот именно, – подтвердил Смедли Фейвершем. – Теперь, когда путешествие во времени стало доступно любому сопляку с... кхе-кхе... Я хотел сказать, что теперь, когда путешествие во времени доступно любому любознательному человеку, почему ты полагаешь, что тебе одному пришло в голову узнать, что же на самом деле произошло в пустыне вблизи Росуэлла, штат Нью-Мексико, в ночь второго июля одна тысяча девятьсот сорок седьмого года?

– Точно! А я и не подумал! – Агент Шва почесался и прищурился сквозь сумрак на то, что его окружало. – А тогда почему же, кроме нас с вами, никого нет? В моей линии времени столько людей интересуются росуэлловским падением космолета!

– Может, они остались дома, потому что уже знают правду, – высказал предположение Смедли Фейвершем. – В моей линии времени точно установлено: никакой космолет под Росуэллом не терпел аварии. Никаких инопланетян, а значит, и вскрытий. – Смедли Фейвершем провел лучом своего фонарика по шлейфу обломков, оставленных машиной времени агента Шва. – Видишь, малый, что натворила твоя машинка? Отпечаток в песке, где что-то свалилось с неба. Загадочные конусы, неизвестные материалы. Когда офицеры пятьсот девятой эскадрильи бомбардировщиков явятся сюда выяснять... Ну, ты, конечно, все понял. Крушение так называемого росуэллского космолета – это авария твоей машины времени.

– Нет! Вранье! – запротестовал Шва, а Смедли Фейвершем хладнокровно извлек из кармана свой портативный проектор искривлений и набрал ряд команд. – Вы наверняка участник засекречивания! На спор, вы забрали... Эй, что это вы делаете?

– Ничего особенного, – сказал Смедли Фейвершем, успевший открыть в воздухе отверстие пространства-времени и теперь расширявший его во врата. – Мне надо вернуться с докладом в штаб. Ты, конечно, меня правильно определил. Мне дали задание забрать отсюда трупы инопланетян.

– А я что говорил! – голос агента Шва зазвенел от торжества. – А когда вы убрали обломки настоящего космолета, то оставили на их месте поврежденный метеозонд для отвода глаз! – Глаза подростка хищно заблестели. – И где же вы все спрятали?

– Вон там, – Смедли Фейвершем небрежно кивнул на висящий в воздухе временной портал. – У меня там полный порядок: и росуэллские раритеты, и видео Большенога, и архивы Элвиса Пресли. Но, естественно, тебе туда нельзя.

– На фиг! – Прыщавый хронопрыгунчик шагнул вперед, бросая вызов Смедли Фейвершему. – Общественность имеет право знать! Правду не скроешь!

Победно ухмыляясь, агент Шва отпихнул Смедли и прыгнул мимо него в портал пространства-времени. Мгновенно самодовольная улыбка преобразовалась в панический ужас.

– Вы мне соврали! – взвизгнул малолетний хрононавт, молотя кулаками по смыкающемуся вокруг него отверстию червоточины. – Тут ничего нет, кроме...

С легким подобием рыгания вихрь пространства-времени исчез. Протесты его невольного пассажира оборвались на полувопле.

– Я думал, он никогда отсюда не уберется, – проворчал Смедли Фейвершем, вновь открывая червоточину. Бодро насвистывая еще не написанную мелодию – хит из мюзикла, который прогремит на Бродвее в 2637 году н.э., в том самом, когда «Кошки» наконец не возобновятся на Бродвее, – Смедли Фейвершем расширил вихрь своей червоточины, пока она не поглотила обломки машины времени агента Шва. Все они, включая обрывки пластыря, отправились по тому же адресу в пространстве-времени, по которому отбыл агент Шва. Разумеется, это была та же временная точка, куда перед тем Смедли Фейвершем отправил Тома Завтра с его машиной времени и несчетное число других путешественников во времени вместе с обломками их аппаратов... Всех, кто провчерашил по своим линиям времени с целью установить, что же на самом деле произошло в росуэллскои пустыне в эту роковую ночь в одна тысяча девятьсот сорок седьмом году. Смедли Фейвершем взглянул на часы и зевнул.