Чтение онлайн

Не изменилась лишь специфика места, то есть коридор, по-прежнему уходивший вдаль. И дверь, ведущая в белую комнату. Я собрался, поднялся, опёрся на кирпичную стену. Что бы тут ни происходило, следовало убираться, чтобы не попасть в лапы врага тёпленьким. Качаясь, будто я шёл по неустойчивой палубе корабля, а не по твёрдому каменному полу, я двинулся в сторону лифта.

Но нечистый предполагает, а дьявол располагает. В конце коридора меня встретила ветхая лестница. Лифт исчез! Я хотел сделать шаг на лестничный пролёт, спуститься вниз, но силы стремительно покидали меня. Стоило сделать шаг, как ноги предательски подогнулись и я без сознания рухнул наземь…

На следующее утро медбрат Вик вёл себя так, будто накануне я угостил его пирогом из отборных сгнивших яблок. Он был крайне обходителен и не был похож на самого себя. Упырь всем видом показывал, что накануне ничего не произошло. Я же отчётливо помнил, как не дошёл вчера до палаты…

А если я не вернулся в палату на своих двоих, значит, меня занесли сюда. В этом нисколечко не приходилось сомневаться. Но если так, почему медбрат не подавал виду?

Добавлял перчинки тот факт, что мои запястья и лодыжки были свободны от ремней. А ведь по идее, меня должны были привязать к койке после вчерашнего исчезновения. В свою очередь, Висконский просто обязан был прописать и вколоть мне двойную дозу препарата.

Однако ничего этого не происходило. Воспользовавшись возможностью, я поднялся и уселся на край койки. Мне было о чём подумать…

Как я уже сказал, поведение упыря настораживало. Пожалуй, мне было гораздо комфортнее, обходи он меня стороной с каменной миной на физиономии. Ан нет, где-то тут и была зарыта собака. Впрочем, ответ лежал на поверхности – близнец-упырь не был тем, за кого он себя выдавал, а место, где я пребывал, не было клиникой.

Вчера я убедился в этом воочию, подтвердив свои худшие опасения. И не надо говорить о некой толерантности персонала к пациентам ввиду побочки. Не надо рассказывать о профессионализме! Но всему своё время, всё по порядку…

Как только медбрат увидел меня, сидящего с потухшим видом на краю койки, то первым делом поинтересовался:

– Как спалось?

Его вопрос был пропитан фальшью, но деваться некуда, мне пришлось отвечать. Я всё ещё находился в заложниках внутри так называемой клиники.

– Бывало и лучше…

– Вы помните, что происходило вчера?

– Нет, – отрезал я, соврав.

Я помнил всё, вернее, почти всё – до того самого момента, как меня выключило у той лестницы в кирпичном коридоре. У меня не было ни малейших сомнений касаемо осведомлённости персонала о моих похождениях. Разница в том, что теперь я заранее знал их ответ на любой мой вопрос – «Побочный эффект, Деян! Дело в нём!»

– Ничего не помню, – повторил я, решив подыграть медбрату в его игре. – Что стряслось, побочка? Я опять что-то натворил?

– Нет, – пожал плечами упырь. – За пятым номером не зафиксировано нарушений, а доктор Висконский наметил положительную динамику вашего выздоровления.

Я закивал, не зная, что ответить. На столе Викентия стоял пузырёк йода, ватные палочки, хирургическая игла и нить. Неужто он зашил мне рассечение на затылке? Я осторожно коснулся лапой раны, полагая, что пальцы нащупают швы, но вместо швов пальцы коснулись лишь шерсти…

«Как это понимать?» – обожгла мысль.

Раны там, где она должна была быть, – не было. Она исчезла, затянулась. Кажется, ситуация с автоматной очередью, прошившей мне спину, повторялась в миниатюре…

– Всё в порядке, Видич? – спросил Викентий, видя моё беспокойство.

– Само собой, – снова солгал я, уставившись на палец, где ещё вчера коготь был сломан под основание.

Теперь коготь вырос до прежнего размера. Это было невозможно! На то, чтобы вырастить новый коготь, требовалось несколько недель. И это только на то, чтобы пластина закрыла палец.

– В таком случае вам следует выйти на перекличку. Скоро завтрак, – сказал упырь.

Я кивнул, всё ещё пребывая в состоянии шока. Существовало одно простое и понятное правило – не верь ничему, пока ты не потрогаешь и не увидишь это собственными глазами. Но сейчас…

«Как можно было верить своим глазам?»

Я пропустил момент, когда медбрат вышел из палаты, оставив меня наедине с моими мыслями. Эти…

«Кто? Нечистые?»

Мне больше не хотелось называть нечистью этих недостойных типов. Однако именно они разыгрывали ту тонкую психологическую игру, вновь и вновь убеждая меня в реальности проявлений побочных действий терапии. Они утверждали, что ЭТО нормально…

Ничего нормального тут не было. Я смотрел на отросший коготь и медленно качал головой. Голова казалась восхитительно пустой…

– Сумасшествие, – прошептал я. – Как им это удаётся?

Получается, Висконский ломал мою психику, давя на привычное восприятие. Я прекрасно знал, что за день не затягиваются раны, не вырастают когти. Раз так, то, значит, не было никаких ран и сломанных когтей.

«Галлюцинации. Направленные и спровоцированные галлюцинации».

Доктор-баггейн вновь подводил меня к тому, что увиденное вчера было побочным явлением терапии. Это необычное поведение упыря, отсутствие наказания – всё это плавно встраивалось в моё предположение. Вспомнились слова Висконского о снисходительном отношении к проявлению глюков у пациентов.

Я стукнул кулаком по матрасу. Любые теории заводили в тупик. На моём теле не было повреждений, и расскажи я баггейну об увиденном, то наверняка… Но нет, оборотня было не переиграть. По крайней мере, не сейчас.

Упорствуя, крича, возмущаясь, доказывая Висконскому свою правоту, я лишь убеждал себя в собственном сумасшествии. Лопоухий доктор презрительно разбивал фактами все мои «фантазии». Что же могло быть дальше? Вечное прозябание в клинике и постепенное скатывание к реальному сумасшествию? Только не это…

Единственный шанс заключался в том, чтобы взять Висконского и его приспешников с поличным. Чутьё жандарма подсказывало мне, что следует идти до конца. Пусть даже каждый раз делая шаг вперёд, я оказывался отброшен на два шага назад.

«Стоп!»

Вновь пришедшая в голову мысль обожгла мозг будто кипятком. Конечно же Славна! Кто, если не чертовка, мог бы помочь мне разобраться в происходящем? Ведь без её маленькой услуги я бы не оказался на третьем этаже у дверей белой комнаты. Так почему бы снова не попросить эту чудесную девушку о помощи? Да!