Взять Чумазого!
Шрифт:
Лишь сейчас упыри предстали передо мной в своём истинном обличье – махровых мучителей из белой комнаты! Вот только этой самой комнаты на самом деле не оказалось как таковой.
Я отчаянно замотал головой, всё ещё не веря в то, что видимое мной и есть реальность. Рядом с первым металлическим роботом лежал второй, выглядевший точно так, как и первый. Вот почему они были похожи друг на друга как две капли воды.
Одурманенные, практически сведённые с ума чипами, мы воспринимали искажённую реальность и полагали, что это есть настоящее. У самых дверей замер третий робот, в клешнях которого была зажата пара ангельских крыльев, аккуратно обёрнутых в целлофан.
А ведь я догадывался… Тот пух и те перья – всё это принадлежало ангелам!
Взгляд скользил по помещению, казавшемуся ранее, в иной реальности, комнатой с белыми стенами. Грязный пол был измазан в крови, повсюду были разбросаны перья. Входная дверь наглухо заперта. Хватит! Настало время выбираться отсюда.
Я решительно двинулся к двери, рассчитывая выбить её одним ударом копыта, как услышал голос третьего нечистого, оказавшегося вместе с нами в лаборатории. Им был как раз таки доктор Лисич.
– Не вздумай! – поспешно выпалил он.
Естественно, я не слушал и почти уже оказался напротив двери, но вампир вдруг преградил мне дорогу:
– Нет!
– Уйди с дороги, придурок! С тобой мы разберёмся позже!
Мне ничего не стоило убрать с пути тощего вампира, что я, собственно, и сделал. В следующий миг я бы уже наверняка снёс хлипкую дверь с петель, но неожиданно вмешалась Славна:
– Выслушай его, прошу!
– Да-да, выбивать двери – не лучшая затея, – поспешно вторил ей вампир, пытаясь преградить мне дорогу.
– На твоём месте я бы сначала всё-таки выслушала доктора Лисича. – Славна, как могла, держала меня за обе лапы.
Я замер, потом покосился на доктора (если вампир действительно был доктором, в чём я очень и очень сильно сомневался). Перевел взгляд на дверь, вспомнил о выходе и в конце концов перевёл взгляд на Славну, в глазах которой застыло нервное беспокойство.
– Другого шанса у нас может не быть.
– Деян, послушай меня, – тихо сказала она.
– Я слушаю…
– Дверь связана с сигнализацией, – влез вампир.
– Плевать!
– Если ты не возьмёшь себя в лапы, сюда придёт Висконский в сопровождении этих типов. – Чертовка указала на лежавших в разных частях комнаты упырей-роботов. – Успокойся!
– Да я спокоен.
Разумеется, я врал. Слишком сложно было оставаться спокойным и верить всему на слово. На моих глазах неизвестные науке роботы, помогавшие баггейну, были выведены из строя. Теперь-то было понятно, почему я едва не сломал копыто о затылок одного из них! Но сколько их было всего? Я видел троих, а могло быть и четверо, и пятеро, и…
«Успокойся», – приказал я сам себе.
Да, мы оказались взаперти, дорога назад отрезана. Но нет добра без худа, ведь так? В клинике не была поднята тревога, преимущество было полностью в наших лапах. Пока Висконский не знал о том, что случилось в лаборатории, а мы знали и имели время на то, чтобы составить план действий. Так, может, не стоило безоглядно рисковать?
«А что стоило? Довериться словам вампира Лисича, утверждавшего, что дверь связана с сигнализацией?» Я шумно выдохнул через пятак.
Славна предлагала согласиться с тем, что Лисич также был заложником ситуации, подвергшимся насилию, и делал лишь то, к чему его принуждали. То есть, по сути, был таким же пленником, как и мы. Меня переполняли эмоции…
Я оценивал ситуацию поверхностно и нисколечко бы не удивился, узнав, что всё это в целом является лишь вероломным планом баггейна. Вампир мог запросто запудрить чертовке мозги, а перекладывать ответственность с моих плеч на перепуганную Славну было бы вершиной сумасбродства. Принимать решения должен я.
Я смерил взглядом дверь, стиснул кулаки, пытаясь избавиться от напряжения. Пока Висконский был на обходе, у меня оставался шанс всё взвесить. В том числе и просто выслушать Лисича, как просила чертовка Славна. Возможно, тогда появится правильное решение, в котором мне не придётся сомневаться.
Что касается вампира, то, закрыв дверь, он забился в угол и подтянул к груди колени. Сейчас он выглядел просто жалким, тем более для нечистого, лапами которого тут творились страшные дела. Я решительно двинулся к вампиру и схватил его за шиворот, с лёгкостью поднимая на ноги.
– Где мы? – прорычал я.
Лисич отчаянно замахал лапами.
– Я ни в чём не виноват, так же, как и вы, я стал жертвой обстоятельств и обмана! – заверещал он, понимая, что мы не в том настроении, чтобы играть в игры или шутить.
– Тогда отвечай! Говори всё, что знаешь!
– Это действительно моя клиника! – продолжил вампир. На его глазах вдруг появились слёзы, градом полившиеся по щекам. – Это творение всей моей жизни, как вы не понимаете, а они отняли у меня всё и заставили-и…
В следующий миг доктор разрыдался, будто малое дитя, у которого забрали любимую игрушку. От отчаяния он принялся рвать на себе волосы, утирая слёзы грязными ладонями.
Выглядел он жутко, но мне не было до этого никакого дела. Я должен был понять, во что вляпался, поэтому влепил Лисичу пощёчину, приводя доктора в чувство. Хоть он и утверждал, что сигнализации можно не бояться до тех пор, пока мы заперты в четырёх стенах, на душе скребли кошки. Что-то подсказывало, что всё не так просто и коварный баггейн ещё даст о себе знать.
– Ты расскажешь мне обо всём, что здесь происходит, если не хочешь пойти соучастником.
– Да-да, я всё расскажу, – пообещал вампир шёпотом, так тихо, что я едва различил его слова. – Не бей меня, ты ведь видел, как надо мной издевались в стенах моей же клиники.
– Пусть расскажет, я ему верю. – За моей спиной выросла Славна, положившая лапу на моё плечо.
Я хмыкнул. Рассказать можно всё что угодно, когда желаешь спасти свою шкуру. По характеру службы я знал это наверняка. Что же, послушаем пленника, если он действительно был таковым, а не разыгрывал искусный спектакль.