Чтение онлайн

— Мне очень жаль, Николь. Из всех здесь присутствующих ты этого не заслужила.

У Николь образ, способный растопить лед, но на Деми это не действует.

— Извинения приняты.

Деми начинает говорить, но Николь продолжает прежде, чем она успевает.

— Ты должна знать, что в следующий раз будет не так легко. Теперь ты сильнее, но как только твои силы стабилизируются, тебе придется усердно работать, чтобы превзойти меня или твою мать. У нас были годы тренировок.

Улыбка сходит с губ маленькой Охотницы, и она кивает. Николь сумела отрезвить ее своими словами. Мне бы хотелось оказать на нее такое же влияние, это избавило бы меня от многих моментов боли.

У меня есть план, как это исправить.

— Я буду усердно тренироваться.

Я никогда не видел, чтобы Деми проявляла уважение, но то, как она смотрит на Николь, напоминает именно эту эмоцию.

Николь раскрывает руки, и Деми принимает их.

— Я знаю, что ты это сделаешь. Устрой им ад, Деми.

Она смеется.

— Почему все продолжают мне это говорить?

— Наверное, потому что они этого заслуживают, — бормочет Эвелин, приближаясь.

От моего внимания не ускользнуло, что она осталась невредимой. Я не уверен, стоит ли мне обижаться или радоваться, что она не причинила вреда Деми. Опять же, она угрожала расправой только в том случае, если Охотник нанесет мне удар. Свернуть мне шею — совсем другое дело. Тем не менее, Эвелин, должно быть, очень нравится, что она позволила чему-то подобному ускользнуть без возмездия.

Кажется, Деметрии моя сестра тоже нравится. Возможно, я смогу использовать эти отношения в своих интересах. Я не люблю проигрывать.

Даже Кольту и Грейсону.

Что я могу сказать? Я плохой спортсмен и планирую сначала завоевать сердце Деми.

Деми

Николь и Мария уходят через некоторое время после того, как я извиняюсь перед Николь. Ее слова застревают у меня в голове, и я размышляю над ними, лежа в постели.

Усердно тренироваться.

Моя сила не может преодолеть годы тренировок.

Она права. Я знаю это по своим боевым навыкам, но эти уроки не имеют ничего общего с тем типом тренировок, которые мне нужны. Я узнала об этом в комплексе, когда встретила Мака и увидела, чему он учит своих учеников. Грейсон и Кольт могут научить меня оружию, я в этом уверена. Единственное, чему я не знаю, как научиться, не отправляясь на охоту, — это убивать.

Не временно, как сегодня вечером.

Волк, которого я убила в переулке, был счастливой случайностью.

Мне нужно научиться целенаправленно убивать, не колеблясь. Как мне попросить об этом, чтобы не показаться сумасшедшей?

Привет, Маттео. Можешь ли ты высадить меня недалеко от центра города, чтобы я могла поохотиться на кучку вампиров и волков, и попрактиковаться в их расчленении и сжигании их тел?

Да, это пройдет отлично. Тем более, что он хозяин города. Конечно, он известен как босс Кровавой мафии, но по сути он повелитель всех вампиров Сан-Франциско. Я мало что знаю об иерархии вампиров. и теперь, когда я полноценный Охотник, я не уверена, что он мне расскажет.

— Почему ты все еще не спишь? — динамик потрескивает от звуков, проходящих через него.

Я смотрю на потолок. Как я забыла про домофон?

— Почему ты?

— Вампир, помнишь? — слова Маттео наполнены смехом.

— Неважно. Почему ты смотришь на меня?

— Может быть, мне нравится наблюдать за тобой.

Вздохнув, я перекатываюсь на бок и закутываюсь в одеяло.

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты подонок?

Динамик трещит.

— Не в лицо.

Знание того, что я единственная, кто достаточно смела, чтобы рассказать ему, как это происходит, делает меня счастливой.

— В любое время, когда тебе понадобится это услышать, дай мне знать, босс.

Белый шум домофона стихает, и я глубже погружаюсь в кровать. Может быть, он позволит мне поспать. Не то чтобы в этом здании кто-то мог спать под шум. Мой улучшенный слух создает впечатление, будто в моей гостиной топочут слоны, а дверь в спальню хлопает, хотя на самом деле эти звуки находятся гораздо дальше.

Я стону, когда слышу еще один стук в дверь, и накидываю подушку на голову, пытаясь заблокировать все это. Мой позвоночник покалывает, и шаги, звучащие как молния, эхом раздаются в моем сознании.

Эти громче, чем все остальные.

Сбросив подушку, я встаю с кровати и хватаюсь за нож, лежащий на прикроватной тумбочке. Дверь моей спальни распахивается, и темная фигура Маттео заполняет дверной проем.

— Пришел за новыми оскорблениями? — язвительно говорю я, испытывая облегчение, что это он, а не злобный вампир.

Что ж, Маттео, возможно, и не злонамерен, но у него определенно не самые лучшие намерения, когда дело касается меня. И всё же, лучше тот дьявол, которого ты знаешь, чем тот, которого ты не знаешь, а?

Он приближается ко мне, используя свою скорость. Теперь я вижу не размытое пятно, а каждый его шаг. Я пробегаю по кровати и прислоняюсь к шкафу. Маттео останавливается там, где я была, и хмуро смотрит в мою сторону.

— Я не могу дождаться, пока твои силы успокоятся.

Я ухмыляюсь.

— Мне весело, а тебе?

Маттео снова перемещается. На этот раз я не двигаюсь. Он стоит передо мной, невероятно высокий и мускулистый. От него захватывает дух, особенно, когда он смотрит на меня так, словно хочет сорвать с меня одежду.

Вот это сила.

Прислонившись головой к двери чулана, я смотрю в его темно-карие глаза и поднимаю бровь.

— Подлость, — шепчу я, побуждая его к действию.

— Чего ты от меня хочешь, малышка? — он делает еще шаг ближе, и накручивает прядь моих волос на палец.

Я сжимаю губы. Признание того, чего я действительно хочу от него, только даст ему власть надо мной. Сейчас у меня есть власть, и я не готова отпустить ее.

— Я хочу тебя… — я намеренно замолкаю, кусая нижнюю губу, когда его тело прижимается к моему, и он опускает руки по обе стороны от моей головы. — Попросить, чтобы ты рассказал мне об иерархии вампиров.

Его прикрытые веки сужаются в подозрении.

— Дразнишь меня.

Я пожимаю плечами.

— Ты спросил меня, чего я хочу. Я хочу знать об иерархии.

Маттео прислоняется лбом к моему.

Мое сердце трепещет в груди.

Этот вампир опасен по нескольким причинам.

— Итак, ты хочешь играть в игры.

Я хмурю брови и отталкиваю его.

— Не надо так разочаровываться, Маттео. Ты тот, кто все это начал, — я жестикулирую между нами. — Может быть, я молода и наивна, но я могу отличить, когда кто-то пытается мной манипулировать.