Чтение онлайн

Иванов должен был встретиться с Шестовым, чтобы решить этот вопрос. Прокуроры были готовы отпустить его заместительницу на определенных условиях. Их интересовал муниципальный карьер, где добывали гравий и песок для дорожных работ. Они знали, скоро в Подмосковье во всю развернется строительство новой кольцевой дороги, и местный щебень станет на вес золота.

Иванов приветствовал Шестова, как старого знакомого.

– Ну, что, Слава, крепко ты попал? – спросил он.

– Есть такое дело, – согласился Шестов. – Главное, не понятно, из-за чего это все.

– Я могу тебе сказать из-за чего, только ты не волнуйся. Ты же знаешь, у вас на районе власть сменилась, надо договариваться с новыми людьми. У них свои интересы. И тут все просто, Слава: либо ты их поддерживаешь, либо идешь следом за своей заместительницей. Они и у тебя в кабинете найдут что угодно. Даже гранатомет.

Шестов заметно помрачнел.

– Не думал я, что мы будем такие разговоры вести, – сказал он.

– Так ты меня еще благодарить должен, что я с тобой так мягко разговариваю. Все ведь могло быть намного хуже. Знаешь, – вдруг сказал Иванов. – На тебя поступил заказ от твоих политических оппонентов. Они хотят тебя убрать, чтобы ты глаза не мозолил. Больно ты борзый и независимый – такие сейчас не в почете.

– И что теперь со мной будет? – спросил Шестов.

– Это все от тебя зависит, Слава, – ответил Иванов. – Пойдем прогуляемся.

Они вышли на улицу и продолжили разговор там, где их никто не мог слышать.

– Ты же понимаешь, Слава, – продолжал Иванов. – Если не ты, то тебя. Если ты не выполнишь наши условия, тоже отправишься в СИЗО.

– То есть моя заместитель сейчас в СИЗО так, для острастки? У нее же двое маленьких детей дома сидят.

– Можно и так сказать. В воспитательных целях, – усмехнулся Иванов.

Он достал из кармана блокнот и что-то написал.

– Вот смотри, что нам нужно, – сказал он, протягивая Шестову вырванный листок.

– То есть вы хотите, чтобы мы отдали вам наш дорожный МУП и еще 2 миллиона гринов сверху? – удивился тот. – Не жирновато ли?

– А тебе не жирновато ли харахориться, будучи одной ногой в тюряге, – спросил его Иванов, забирая листок. – В твоем положении надо только слушать и исполнять.

– Бандиты в 90-е меньше просили, – возмущался Шестов.

– Но мы же не бандиты, – с улыбкой сказал Иванов. – Тут люди посерьезнее, сам понимаешь.

Упрямство районного главы начинало ему немного досаждать. Он рассчитывал, что тот быстро согласится на все условия и избавит его от необходимости что-то объяснять.

– Мы хотим поставить на МУП своего человека, который будет рулить деньгами, – сказал он Шестову. – Лучше тебе согласиться на эти условия, потом хуже будет.

– Паяльник что ли в жопу вставите? – спросил чиновник.

– Это слишком мягкая мера. У тебя вот, например, дети есть, жена-красавица. Неужели ты хочешь, чтобы они остались без отца и мужа, который вместо того, чтобы жить припеваючи, топчет зону? Подумай.

Шестов сжал кулаки, но ничего не сказал. «Он вдвое младше меня, под прокурорскими совсем недавно ходит, а обнаглел так, что дальше некуда», – думал он про себя.

Иванов решил, что пора прощаться. Он разорвал листок, бросил обрывки на землю, сел в роскошный автомобиль и уехал. Шестов, оставшийся стоять на дороге, аккуратно собрал обрывки бумаги и положил их в карман.

У него уже созрел план. Через несколько дней он позвонил Андрею Иванову и извинился за свое прежнее поведение.

– Я все обдумал и понял, что погорячился, – сказал он ему. – Вы победили. Сдаюсь. Лучше с вами дружить, чем иметь таких врагов.

– Ну, сразу бы так, – ответил голос на другом конце. – Готовь деньги и документы о назначении нужного нам человека.

– Я уже начал, – вздохнул Шестов.

– Ну, и прекрасно. И не грусти так, – ободрил его Иванов. – Мы вместе так заживем, что тебе и не снилось. Такие дела проворачивать будем!

– Да, я понимаю.

– Ну, вот и прекрасно. Кстати, у нас тут небольшой сабантуй скоро намечается. Приходи.

Сабантуем оказался день рождения нового прокурора района. Шестов так до конца и не понял, почему его позвали на эту вечеринку. Празднование происходило в том самом дачном поселке, благоустройством которого занимался Иванов.

– Навел ты тут порядок, – говорили важные гости, похлопывая по плечу.

Все чинно расселись за столы и начали закусывать. Под лангустинов и черную икру слушали Григория Лепса, многие гости, которые уже дошли до кондиции, нестройно ему подпевали. Каждый по очереди произносил тост в честь именинника. Разнообразием они не отличались.

– Чтоб у тебя все было, и тебе за это ничего не было! – кричали гости.

– А что мне за это будет? – со смехом отвечал именинник, которого уже заметно развезло от спиртного. – Мне закон не писан, потому что я и есть закон.

От большого количества выпитого его круглые щеки налились пунцовым румянцем. Имениннику было жарко, пришлось снять дорогой пиджак и слегка ослабить брючный ремень.

Виновник торжества громко постучал ножом по полупустой бутылке и попросил минутку внимания.

– Друзья, – сказал он слегка заплетающимся языком. – Я так тронут, что вы все сюда пришли. Раньше говорили, не имей сто рублей, а имей сто друзей. Эта пословица потеряла актуальность. Я говорю так: не имей сто рублей, а имей сто друзей с сотней миллионов рублей. И тогда ты можешь считать себя миллиардером.

В зале раздался одобрительный хохот.

– Я счастливый человек, – продолжал именинник. – У меня есть все вы. А значит, я точно могу считать себя человеком состоятельным и состоявшимся. И большое спасибо Андрюше, который собрал этот замечательный стол. Давайте выпьем за нас всех. Мы молодцы!

Раздался звон бокалов, но вдруг его перебил металлический голос из громкоговорителя: «Всем оставаться на своих местах!»

Гости бросились в рассыпную. Кто-то пытался выбраться через черный ход, кто-то ринулся на кухню, чтобы отсидеться в каком-нибудь темном углу. Кто-то забрался под стол в надежде, что его там не найдут. Пьяные гости вели себя как дети, застигнутые сторожем во время кражи яблок. Но не все. Некоторые принялись выяснять отношения: «Кто вы такие, какое имеете право? Вы хоть понимаете, с кем связались?».