Чтение онлайн

По команде Захариила отряд отступил еще на шаг и выпустил последний залп. Болтеры выбросили пустые гильзы, и еще пятьдесят тел обратились в фонтаны гнойных брызг и разлетающихся фрагментов плоти. Всего за двадцать секунд в середине толпы образовалась прореха, но оставшиеся продолжали наступать.

Захариил, окутанный клубами дыма, поднял сверкающий жезл.

— Верность и честь! — воззвал он. — Вперед!

Темные Ангелы с криками бросились в образовавшийся проход. Гудящие цепные мечи в нечеловечески сильных руках при каждом взмахе рассекали туловища и отрубали конечности. Энергетический посох Захариила опрокидывал оживших мертвецов, и их гниющая плоть шипела под ударами его психической силы.

Восставшие трупы окружили отчаянно сражавшихся Астартес и цеплялись скрюченными пальцами за их силовые доспехи. При явном недостатке силы и опыта они брали численностью, но Темные Ангелы были настоящими мастерами в боевом искусстве, и ряды мертвецов таяли, словно лед под раскаленным железом. Уже через несколько мгновений обстановка изменилась в пользу Астартес — и тогда удар нанесла матка червей.

Единственным предупреждением была короткая вспышка молнии. Пляшущий свет зашипел на термальной колонне, и Захариил увидел, что громадный червь приподнялся, словно готовая к броску змея. Библиарий успел отскочить в сторону как раз в тот момент, когда чудовище врезалось в середину отряда со скоростью и силой разогнавшегося поезда.

Захариил с криком развернулся лицом к новому врагу, а матка, готовясь нанести еще удар, уже собрала в кольца свое длинное туловище. На этот раз она схватила широкими мандибулами брата Гидеона вместе с двумя трупами. Изогнутые клыки сомкнулись, словно гигантские ножницы. Оба трупа тотчас разлетелись на половинки; броня Гидеона задержала удар на секунду, но не более.

Астелян и Иона в ярости бросились на матку, но их цепные мечи оставляли на толстых хитиновых пластинах лишь едва заметные царапины. Чудовище с пронзительным визгом мотнуло костистой головой и отшвырнуло Иону в сторону, а потом развернуло окровавленные челюсти к Астеляну. Магистр ордена в последний момент отпрыгнул вбок, успев на лету отколоть часть одного из передних зубов гигантского червя. Матка опять свернулась в кольца для прыжка, сокрушив при этом еще полдюжины трупов. С разных сторон на нее набросились сразу трое Астартес, осыпая монстра ударами цепных мечей, но они так и не смогли расколоть чудовищно крепкий черный панцирь. Один из Темных Ангелов задержался в зоне досягаемости на одно лишнее мгновение и был сбит ударом хвоста. Массивный воин взлетел в воздух, перевернулся и упал лицом вниз. Прогремел выстрел болт-пистолета; Гидеон, лежа в луже собственной крови, перезарядил оружие и метил в глаза матки. Два снаряда попали в цель, вызвав фонтаны ихора и злобный визг монстра, но раны никак не повлияли на скорость его движений.

Захариил бросил опустевший болт-пистолет и обеими руками обхватил Крозиус Аквилум. Он должен закончить битву, пока чудовище не убило или не покалечило всех его товарищей. Всю свою волю он направил в психореактивные матрицы, встроенные в психосиловой жезл. Потрескивающие фиолетовые огоньки, пробежав по рукояти, образовали вокруг двуглавого орла ослепительный ореол. Подняв над головой жезл, Захариил выкрикнул исступленную мольбу и ринулся на чудовище.

Его движение и мерцающее сияние жезла принесли желаемый результат. Матка червей повернула раненую голову в его сторону, стремительно развернула кольца и схватила библиария.

Ужасный удар едва не лишил его чувств. Мандибулы чудовища прервали его стремительный бросок и, сомкнувшись вокруг пояса, опрокинули на спину. Угловым зрением Захариил заметил, как на дисплее шлема заплясали красные предупредительные значки, сигнализирующие о серьезных повреждениях сервомоторов и пробоинах в силовом доспехе. Изображение то пропадало, то возникало снова, прерываемое помехами по мере того, как острые зубы чудовища вгрызались в силовые кабели, выходящие из ранца за спиной. Захариил слышал, как трещит и скрипит керамит, терзаемый мощными мандибулами. В четырех черных бездушных фасетчатых глазах, блестевших на расстоянии вытянутой руки, он видел множественные отражения своей исковерканной брони.

Захариил обрушил охваченный пламенем жезл на череп матки, точно между двумя огромными глазами.

Психосиловое оружие вспыхнуло еще ярче, раздался резкий хлопок, и толстая кость треснула, а библиарий собрал все остатки своей психической энергии и направил ее в тело чудовища. Пламя сожгло нервные окончания, а мозговое вещество вскипело; оставшиеся глаза матки взорвались, и из-под хитиновых пластин вырвались струи пара. В одно мгновение Захариил истребил жизненную силу чудовища, обрушив на него яростную мощь самого варпа. Матка с протяжным воплем содрогнулась в смертельной агонии и уронила голову, стукнув Захариила о землю с такой силой, что он потерял сознание.

Он пришел в себя, лежа на спине в десятке метров от дымящегося трупа гигантского червя. Стоявший рядом с ним на коленях Астелян вправлял неестественно вывернутые ноги библиария. Захариил смутно ощутил покалывание гасителей боли, затуманивающих сознание.

— Полежи спокойно еще несколько секунд, пока не срастутся кости, — попросил его магистр ордена, закончив с правой лодыжкой и переходя к сервомоторам в районе колена. — У тебя перебита большая часть приводов, но ты еще сможешь двигаться.

Захариил кивнул и сосредоточился на ускорении процесса излечения и оценке повреждений брони.

— А матка? — спросил он немного погодя.

— Мертва, — ответил Астелян. — И в тот же момент перестали двигаться все трупы. Отличная работа, брат. Лютер мог бы тобой гордиться.

— А что с братом Гидеоном? — спросил Захариил.

— Он в коме. Броня поддерживает основные жизненные функции, так что мы сумеем доставить его в Альдурук.

Библиарий удовлетворенно вздохнул и опустил голову. Несколько секунд он тестировал свои кости и мускулы. Пластины брони еще скрипели, и предупредительные значки настойчиво мигали в уголке дисплея, но Захариил осторожно напряг сначала левую, а потом и правую ногу. Еще несколько минут его тело, продолжающее процесс исцеления, будет слабым, но оно функционирует. Астелян протянул ему руку, и Захариил с благодарностью принял помощь, осторожно поднимаясь на ноги.

Труп огромного червя еще курился струйками черного дыма. Захариил медленно подошел к убитому чудовищу и выдернул из его головы жезл. Трупы, которыми управляла матка, лежали по всей пещере, словно марионетки с оборванными нитями.

Внимание Астартес привлекло какое-то движение. Невылупившиеся личинки, подчиняясь первобытному инстинкту, отчаянно извивались и ползли к колонне термального обменника, словно надеясь обрести там безопасность. Захариил, прихрамывая, направился в их сторону. Он снова призвал на помощь психическую силу варпа. Энергетический поток возник не сразу и, пройдя через защитную систему, наполнил силой жезл. Не было ничего похожего на ту неистовую бурю, которую он испытал совсем недавно, и Захариил с облегчением отметил, что его головокружение проходит. Однако ощущение того, что гнилостная пленка продолжает покрывать каждый камень пещеры и кровавые руны, высеченные на полу, не проходило.

При помощи посоха Захариил лишал личинки жизненной силы и уничтожал их одну за другой. Последняя из них добралась до самого основания термального сердечника; иссохшие руки и искаженное лицо были обращены вверх, словно существо просило защиты у каких-то древних безымянных сил.

Библиарий сжег последнюю личинку и тоже взглянул наверх. Он находился достаточно близко, чтобы рассмотреть начертанный на цилиндре символ. Изображение состояло из сотен рун, от которых жгло глаза, едва он пытался разглядеть их подробнее, но общие очертания легко просматривались: огромная змея, кусающая себя за хвост. «Уроборос», — подумал Захариил.

Неожиданный треск, раздавшийся из вокс-передатчика, прервал его размышления.

— «Ангел-Шесть», это «Рейдер-Два-Один». «Ангел-Шесть», отзовись.

— «Ангел-Шесть» слушает тебя, — откликнулся Захариил.

— Рад снова слышать твой голос, брат, — произнес водитель «Лэнд Рейдера». — Мы снова стали принимать сигналы из-за пределов периметра. «Серафим» настойчиво запрашивает ваш статус.

Захариил в последний раз взглянул на символ, потом повернулся к своим воинам. То, что он собирался рассказать Лютеру, не стоит доверять воксу.