Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II
Шрифт:
Он схватил один из болтеров. Разумеется, не заряжен. Ни один квартирмейстер никогда не держит оружие полностью заряженным. Севериан попытался встать, но заряд болтера выбил из него дух. Легионер-предатель целился из болтера и вытаскивал свой цепной меч.
Эффективно, — подумал Севериан, и болтер выстрелил.
Севериан глядел прямо в ствол и даже в момент дульной вспышки знал, что должен быть уже мертв. А потом он увидел, что в воздухе перед ним завис крутящийся заряд. Болт покрывала сеть светлых линий, напоминающих замерзшую паутину.
+Двигайся!+ — прошипел голос у него в голове. Рубио.
Севериан нырнул в сторону, и снаряд разнес оружейную стойку позади него. Предполагаемый убийца изумленно уставился на него и вновь прицелился. Его сбило с ног взрывом. Воздух заполнился дымкой крови, которая веером била из раздробленной груди. Внезапно арсенал заполнился стрельбой, у которой было множество источников и направлений. Оглушительный рев цепного топора. Севериан схватил упавший магазин и с силой вогнал его в свой новый болтер.
— Чисто! — прокричал голос. Тюрфингр.
— Чисто! — Круз.
— Гранаты, Йактон? Серьезно? — Тубал Каин.
Севериан ухмыльнулся. Воздух наполнил уцелевшее легкое и второстепенные органы. Вместе с ним пришла боль, и воин поджал губы.
— Вы чертовски долго, — произнес он, когда Арес Войтек приблизился и протянул ему руку. Севериан ухватился за нее и поднялся на ноги. Арсенал заволокло дымом от выстрелов, несло движущими газами болтеров. Закованные в броню тела, вскрытые, будто расколотые яйца, добавляли в помещение запахи мяса, металла и масла.
— Всего четыре секунды с момента вашего прорыва, — сказал Арес Войтек.
— Только-то? — спросил Севериан, признательно положив руку на плечи бывшего Железнорукого. — Мог бы поклясться, что дольше.
— Так воспринимается бой, — заметил Войтек. — Если только ты не из Железных Рук с их встроенными хронометрами. Тогда точно знаешь, сколько времени прошло с начала атаки.
— Поверю тебе на слово.
— Ногай! — закричал Круз. — Скорее, Завена и Варрена уложили!
Они заперли арсенал и унесли раненых с места схватки. Мимо следов боя никто бы не прошел, но они хотя бы могли на какое-то время помешать обнаружить тела. Каин быстро исследовал забытые проходы и коридоры в поисках какого-нибудь изолированного и безопасного места.
Они старались не оставлять следов крови.
Помещение, куда их привел Каин, было заполнено разбитыми столами и стульями, стены покрывали поврежденные водой фрески и непристойные граффити. Некоторые показались Локену странно знакомыми. Размеры мебели и ее заброшенность свидетельствовали, что когда-то здесь было прибежище смертных, однако он не мог придумать причины, по которой мог бы зайти в место вроде этого.
Ногай начал трудиться над Варреном и Завеном. Рубио предложил свою помощь, и Ногай с благодарностью ее принял. Оба павших воина получили тяжелые повреждения, но раны Завена были серьезнее.
— Они выберутся? — спросил Круз.
— В апотекарионе — да. Как здесь — не знаю, — ответил Ногай.
— Делай, что можешь, Алтан.
Локен сидел, прислонившись к длинной стойке, и играл колодой заплесневелых карт с изображениями мечей, кубков и монет. Раньше он знал кого-то, кто играл в старую игру франков такими картами, но не мог сконцентрироваться на лице. Человек? Да, кто-то с поэтично-низменным характером и неожиданно высокими моральными принципами. Имя продолжало ускользать, что было чрезвычайно неприятно для воина-трансчеловека, предположительно обладающего эйдетической памятью.
Он ощутил на себе взгляд и поднял глаза.
Тубал Каин стоял под непристойной фреской, выполненной с анатомической точностью в деталях — к счастью, повреждения от времени и воды скрыли вызывающие фрагменты. Каин сел, положив одну руку на свое устройство. Другая покоилась на рукояти болтера.
— Что? — спросил Локен.
— Локен, тебе в тягость находиться здесь, — произнес Каин.
— Это вопрос, или утверждение?
— Я еще не решил. Пока что считай вопросом.
— Это странно, — признал Локен, убирая карты в подсумок на поясе. — Но от корабля, который я знал, мало что осталось. У этого звездолета то же название, но это не «Мстительный дух». Не тот, что я знал. Это кривое отражение гордого корабля. Неприятно, но не более, чем я ожидал.
— Правда? Я пришел к выводу, что ты испытываешь значительные физиологические трудности. Иначе с чего бы тебе не принимать участия в бою в арсенале?
Локен немедленно насторожился, но подавил желание сразу же все отрицать. Он встал и смахнул с брони капли воды.
— Когда-то это был мой дом, — произнес он, медленно двигаясь к Каину. — Те Сыны Гора когда-то были моими братьями. Мне стыдно, что теперь они предатели.
— Нам всем стыдно, — добавил Круз из кабины на другом конце комнаты, где он чистил свой болтер.
— Говори за себя, — заметил Севериан, который сидел на длинной стойке, вырезая на своем наруче засечки убийств при помощи новоприобретенного фотонного боевого ножа. Пробитое легкое вынуждало его говорить с придыханием.
— Нет, — сказал Каин. — Дело не в этом. Будь это так, я бы ждал таких же физиологических проявлений у Йактона Круза и… погоди, Севериан, а как тебя полностью зовут?
— Тебе достаточно знать «Севериан», да и того многовато.
— Ты не сделал ни единого выстрела, Локен, — произнес Каин. — Почему?
Теперь Локен почувствовал злость. Он поднялся на ноги, пересек помещение и встал перед Каином.
— Ты хочешь сказать, что я не гожусь для дела? Что ты не можешь на меня положиться?
— Да, именно об этом я и говорю, — отозвался Каин. — У тебя проявляются все характерные признаки серьезных посттравматических повреждений. Я наблюдал за тобой с того момента, как мы оказались на борту «Мстительного духа». Локен, ты сломлен внутри. Я призываю тебя немедленно вернуться на «Тарнхельм». Твое дальнейшее присутствие подвергает опасности миссию и наши жизни.
— Тебе надо сдать назад, — произнес Севериан, перевернув свой боевой клинок и направив поблескивающее острие на Каина.
— Почему? Уж ты-то знаешь, что Локен не годится для этого задания.
Локен впечатал Каина спиной во фреску.
Он крепко прижал предплечье к горлу Каина.
— Скажи это еще раз, и я тебя убью.
К чести Каина, нападение Локена его не смутило.
— Это только лишний раз докажет мою правоту, — сказал он.
Рядом с Локеном появился Круз, который положил ему руку на плечо.