Woodpark
Шрифт:
– Так, дай – ка вспомнить! Школу я окончила в пятьдесят шестом и мальчуганы Лаврентьевых прибегали ещё, а вот, когда мы со Степанычем свадьбу гуляли – их дом уже пустёхонек стоял. А год это был шестидесятый! Точно, ищи период с 1955 по 1960.
Герман взобрался по лестнице и стал искать нужный период.
– О! Нашёл! – Герман тащил на себя большие и пыльные папки со старыми газетами. – Ого, тяжёлые какие!
– Глаз – алмаз! Ты давай только не урони, а то потом не собрать будет.
– Постараюсь!
Герман решил не рисковать и спускал по одной папке. Сделав пять ходок, он сложил все папки на столе, в центре комнаты.
– Ну, ты тут один справишься? А то бабушке ещё надо передачу досмотреть.
– Думаю, справлюсь. Спасибо!
– Как закончишь – все папки на место, ключом вот этим закроешь и мне связку принесёшь. Ты всё понял, внучек? – старушка с прищуром взглянула на подростка. – Не набедокурь мне тут.
– Я всё понял! Папки на место, ключи – Вам.
– А ты смышлёный, я смотрю! Ну, всё бабушка ушла.
За дверью послышались удаляющиеся шаркающие шаги библиотекарши. Герман взглянул на часы, у него есть ещё максимум тридцать минут. Он принялся листать папку с газетами за 1955 год. Старушка была права, событий в посёлке особо не было.
– Приглашаем всех желающих на танцы в местный клуб… – Герман прочитал вслух один из заголовков и хихикнул. – А они умели уже тогда зажигать!
Перелистывая страницу за страницей, Герман дошёл до конца папки. Следующая папка была за период 1956 года. Вдруг из коридора послышалось знакомое шарканье, и в дверях появилась улыбающаяся старушка с пучком. В руках она несла тот самый старый шарф из гардеробной:
– Давай закутайся!
Не успел Герман возразить, как старушка бережно закутала его в колючий шарф.
– Спасибо, но не стоило…
– Не хватало ещё тебе простыть тут. Ну, всё бабушка ушла, сиди, занимайся, внучек!
Подождав пока шаги, затихнут, Герман выглянул в коридор. Убедившись, что заботливой старушки нет на горизонте, он быстро стянул с себя колючий шарф, шея и плечи жутко чесались. Герман положил шарф на стол и вернулся к просмотру старых газет. Папка с газетами за 1956 тоже не дала результатов. Герман достал третью папку, время было на исходе, мать могла позвонить с минуты на минуту. Он стал быстро перелистывать страницы, пока вдруг его взгляд не остановился на двух фотографиях под заголовком "Пропали люди".
– "Пропали люди! – Герман стал быстро обрывочно читать статью. – 27 июня 1956 года ушли в поход и не вернулись… Нина Семёновна и Илья Георгиевич Лаврентьевы… Двое несовершеннолетних детей временно помещены в приют "Надежда""…
Герману стало не по себе от этой статьи. Он стал рассматривать женщину с мужчиной на фотографиях. Судя по датам рождения, указанных в статье, им обоим было около сорока лет. Они улыбались и ещё не подозревали о своей трагической судьбе. Что же с ними произошло? Какие страшные события разрушили благополучную семью и оставили их детей сиротами? Герман сфотографировал статью и обратил внимание на экранные часы. Прошёл почти час, он быстро сложил все папки и взобрался на стремянку. Вдруг он почувствовал, что папки выскальзывают из его рук и всё посыпалось на пол:
– Чёрт, чёрт, чёрт! Ну, не-е-ет, как же так!? – Герман спрыгнул с лестницы и выглянул в коридор, никого не было.
Он быстро начал собирать все папки с пола, пока библиотекарша не пришла на шум. Только Герман обрадовался, что газеты были сшиты, как одна из папок развалилась по пути наверх.
– Да ла-а-адно-о-о? Ты серьёзно? Как мне это теперь собрать? – Герман ругнулся и начал собирать газеты за целый год. – Так, почему одиннадцать?
Мальчик стал крутиться, в поисках двенадцатой газеты, он заглядывал под многочисленные стеллажи и вот краем глаза он увидел виднеющийся газетный уголок под столом.
– Вот ты где! – Герман нырнул под стол. – А это ещё что такое?
На главной странице газеты была напечатана крупная фотография мальчика десяти лет, под заголовком "Беда не приходит одна".
– "Беда не приходит одна. Воспитанник приюта "Надежда" Лаврентьев Т.И. (27.09.1946г.р.) не смог оправится после череды трагедий в его семье… мальчик помещён в учреждение для душевнобольных…" Какой ещё череды? Не понял.
Герман уселся на пол и стал быстро просматривать газеты, за период между пропажей Лаврентьевых старших в июне и переводом в психиатрическую больницу Тимофея в декабре.
И вот в октябрьском выпуске попался кричащий заголовок:
– "Трагедия приюта "Надежда"… 17 октября 1957 года страшный пожар унёс из жизни Лаврентьева Н.И. (07.04.1942 г.р.)… Милиция и пожарная служба ведут поиски тела… По словам сторожа Похомова Э. А., Лаврентьев Н. И. вбежал в горящее здание, меньше чем за минуту, до обрушения перекрытий второго этажа… Всё произошло на глазах у младшего брата Лаврентьева Т. И. (27.09.1946 г.р.)… Мальчик находится в шоковом состоянии… – в горле Германа стоял ком, трагическая картина развернулась в его голове.
Он сфотографировал статью и поспешил всё за собой убрать. Он оглядел комнату, убедившись в том, что всё на месте – закрыл дверь и пошёл сдавать ключ.
– Я всё убрал на место. – Герман застал старушку за рабочим местом в читальном зале. – Спасибо Вам большое!
Герман положил колючий шарф на стол перед библиотекаршей. Старушка вздрогнула от неожиданности.
– О, а я и забыла про тебя, внучек! Убрал? Молодец, я потом проверю всё, сейчас самое интересное начнётся! – Старушка ткнула пальцем в экран маленького, пузатого телевизора. – Нашёл, что искал?
– Да вроде! Раньше как-то плохих новостей было меньше.
– Времена такие были, раньше народ любил хорошие новости, это сейчас всем страсти подавай да скандалы. Тьфу, одна жуть по телевизЕру…
"Ну, началось!" – мысленно ругал себя Герман, – сказал спасибо и вали, кто тебя вечно за язык тянет?"
– Ой, извините, мне мама звонит, наверное, потеряла уже. – Мальчик моментально нашёл выход из ситуации. – Мы с ней договорились встретиться. Спасибо Вам ещё раз!
– Ну, беги, беги, внучек! – бабушка проводила Германа взглядом. – Какой хороший мальчик, воспитанный…
– Митрофановна, ну сделай потише, в самом деле! – к библиотекарше обратился один из шахматистов.
– Тише там! Тишина должна быть в зале! – грозно прикрикнула старушка, делая громче телевизор.
– Ой, Саныч, бесполезно! Сейчас Лидка уснёт, мы сами и выключим, ходи пока давай! – сказал второй шахматист.
Герман выскочил из здания библиотеки и на ходу записал аудиосообщение в беседу "Группа":
– Через час встречаемся в убежище! Новость с пометкой “молния”.
Он перебежал дорогу и направился к автомобилю матери. Рядом никого не было. Герман сразу сообразил, где ему искать свою мать.