Чтение онлайн

— А вот я не уверен, что понимаю этого человека. Может, вам удастся растолковать доходчивее?

— Полагаю, что сумею, — хладнокровно согласилась доктор Гаст. — Но могу ли я воспользоваться креслом? От Саффалора до вашего кабинета путь неблизкий.

Зсинжу удалось скрыть изумление. Женщине следовало думать о том, как спасти собственную шкуру, а не диктовать условия. Военачальник решил, что с этой особой ему следует быть внимательнее. Внешне — ничего особенного. Взрослая особь женского пола, принадлежащая к роду человеческому, ее даже красивой не назовешь, хотя черты лица правильные. Смущал лишь взгляд спокойных темных глаз.

Зсинж улыбнулся.

— Разумеется. Генерал Мелвар, где же ваши хваленые манеры? Предложите даме кресло.

Бресс переступил с ноги на ногу, кашлянул.

— А я?.. Э-э, можно?

— А вы помолчите, — Зсинж подождал, пока Мелвар придвинет кресло для женщины, потом дал время Эдде Гаст устроиться поудобнее. — Так о чем мы говорили?

— Мой дядя Тузин Гаст тоже участвовал в проекте, — заговорила женщина. — Первооткрыватель и настоящий энтузиаст своего дела в практике когнитивной стимуляции. Но эмоциональная нестабильность делала его непригодным для нашей работы. Он проникся сочувствием к объектам экспериментов. Не слишком здравая мысль, учитывая, каким образом их собирались использовать.

Военачальник понимающе кивнул и жестом предложил доктору Гаст продолжать.

— Пару стандартных лет назад в одной из наших лабораторий произошел взрыв. Погиб мой дядя и несколько подопытных. Некоторые тела опознать не удалось, а кое-кого буквально кремировало при взрыве.

— Я помню, — поддакнул Зсинж. — Мы даже собирались закрыть эксперимент, пока доктор Бресс не сообщил мне, что ассистентка и по странному стечению обстоятельств племянница доктора Гаста ни в чем не уступает покойному и способна продолжить его дело. Вижу, он был прав в своем суждении.

Женщина приняла комплимент без улыбки.

— Мы составили отчет о потерях и продолжили опыты. Хотя впоследствии обнаружились интересные подробности.

— Какие?

Доктор Гаст принялась по-детски загибать пальцы.

— Во-первых, это было самоубийство. Дядя поместил в стерилизационный бокс некоторые химикаты и запустил процесс Чувство вины сводило его с ума. Во-вторых, большинство погибших при взрыве объектов выказывали наиболее агрессивную реакцию на раздражители. Иными словами, именно эти объекты подверглись наибольшим изменениям в психике. Самые агрессивные…

— Самые многообещающие, — пробормотал себе под нос военачальник.

— Да. Наиболее многообещающие. Дядя тщательно отобрал, кому умереть вместе с ним.

— Мне послышалось слово «большинство».

— Было одно исключение. Гаморреанец. Он проходил по другой программе, где ставка делалась на интеллект, а не агрессию.

— Его имя?

— Мы друг другу не представлены. Официально по документам он проходил как объект Г9104.

— И этот объект предположительно погиб вместе со всеми.

— Да. Но мы обнаружили лишь плазму крови…

— Которую ваш дядя мог подбросить в качестве улики.

— Да.

— А от дяди осталось что-нибудь посущественнее? Эдда Гаст спокойно кивнула.

— Мы нашли его голову и некоторые части тела.

— Поговорим теперь об эвоках.

— Теоретически два объекта могли быть эвоками. Оба проходили ту же обработку, что и Г9104, но дополнительно им стимулировали центры агрессии. Мы обнаружили на месте происшествия части тел двух различных особей, так что у нас есть все основания считать, что оба были уничтожены при взрыве. Военачальник тяжко вздохнул.

— Ну что ж, нет причин сомневаться в том, что Бо-орт саБинринг из Призрачной эскадрильи и есть тот га-морреанец, подружившийся с вашим родственником. Также следует думать, чтр так называемый лейтенант Кеттч, пилот пиратской банды «Нетопырки», тоже участвовал в ваших экспериментах. Скажите, почему им обоим пришла в голову идея стать летчиками?

Доктор Гаст выбила пальцами по колену неторопливую дробь и закинула ногу на ногу; движение получилось на редкость безразличным.

— Мы обнаружили фрагментарные записи, указывающие на то, что дядя проверял гаморреанца на летном тренажере, чтобы определить степень умственного развития. Он мог аналогично поступить и с эвоком. Я просто не понимаю, каким образом эвок совершил побег… Возможно, записи о нем не дошли до архива.

Военачальник одарил женщину сердитым взглядом.

— Можно было в первый раз быть откровеннее? Избавили бы меня от множества неприятностей!

— Едва ли, — хладнокровно парировала доктор Гаст. — Вашего запроса я не видела. А порученную мне работу я выполняю удовлетворительно.

— Это мне решать.

— Приношу свои извинения, сэр, но для этого вы недостаточно компетентны и квалифицированны.

Некотрое время Зсинж продолжал метать гневные взгляды, но без толку. Тогда военачальник рассмеялся.

— Неплохо для последнего слова, доктор Гаст, но пришло время для наказаний. Ваш отдел подвел меня, и для улучшения пищеварения мне необходимо пролить чьюнибудь кровь.

Он раскрыл ладони, охранники вручили ему бластеры. Зсинж протянул оружие своим гостям.

— Вы весьма обяжете и порадуете меня, если сами все сделаете. Уверяю, этим вы избавите меня от душевной муки.

Бресс с ужасом уставился на бластер.

— Я выполнял все ваши просьбы, сэр…

— Не отрицаю. Выполните и эту, пожалуйста.

Эдла Гаст взяла бластер, проверила заряд. Военачальник следил за женщиной с искренним любопытством. Ей хватило бы самообладания убрать Зсинжа из этой вселенной, чтобы отомстить за собственную гибель.

Бресс захныкал.

— Прошу вас, сэр… я так много сделал для проекта… ошибся всего несколько раз…

Гаст сунула бластер коллеге под ребра и спустила курок. Выстрел показался оглушительным, помещение заполнилось вонью паленого мяса, Бресс пошатнулся и упал. Женщина позволила генералу Мелвару забрать оружие.

— А теперь, — произнесла она, — может, кто-нибудь из вас будет столь любезен застрелить меня?

Зсинжу удалось притвориться задумчивым..

— А почему бы и нет? Вы входили в команду, которая умолчала о критических ошибках. Явились сюда покаяться, проявили беспечность и непослушание. Вы даже не сумели выполнить элементарное распоряжение застрелиться!

Женщина покачала головой.

— Никто не приказывал мне убивать себя, — возразила она. — Вы отдали нечеткий приказ, его можно было трактовать так, что вы хотите, чтобы мы убили друг друга.