Я - богиня любви и содрогания
Шрифт:
В сердце была невыносимая острая боль, но внезапно мне показалось, что я услышала глухой удар! Еще один… Не верю… Сердце… Оно бьется! Снова! Слезы текли ручьем, а сопли были ниже колен. Сволочи, могли бы утереть! У кого-то плащ длинный!
Боль понималась все выше и выше, сердце начинало биться все уверенней, а я смотрела, на любимого, который плакал кровавыми слезами, стиснув зубы. Надежда, что скоро снова смогу обнять его заставляла мое сердце биться все громче и быстрее.
— Осколок должен выйти со слезами, — прошептала богиня судьбы, а я чувствовала, как любимая рука утирает мои слезы. И сопли, пожалуйста! Не забывайте про сопли!
— А что это у нее в носу блестит? Так это же… Погодите! Осколок! Он почти вышел! — подозрительно присмотрелась Смерть, сощурив глаза. — Нет, ну все не как у людей!
Я почувствовала, как оцепенение спадает, мой указательный палец на правой руке пошевелился, сзади что-то с грохотом отпало и, судя по звуку, раскололось. В глазах все поплыло, а я вздохнула полной грудью, чувствуя неимоверную сладость первого вздоха. Голова закружилась, а я покачнулась от внезапной слабости. Я дышала и не могла надышаться, жадно глотая воздух, а потом почувствовала, как затекшие ноги подкосились, а мое тело оседает на пол. Меня тут же подхватили на руки, исступленно прижимая к себе. Да, любимый, я была бы рада тебя обнять, но затекшие руки у меня висят, как плети. Погоди-ка! Сейчас попробую закинуть… Нет, не получается… Зато могу радостно посопеть в шею! Я чувствовала, как мою голову придерживает рука, а на щеке не успевают просохнуть поцелуи.
— Люблю, — прошептала я, едва слышно, а меня прижали к себе так, что если бы у меня были другие осколки, то они бы вышли из меня все и сразу, причем, из мест непредсказуемых.
— Моя девочка, — слышала я шепот, а меня целовали в макушку и снова осыпали поцелуями лицо. — Только ты умеешь делать меня несчастным и счастливым…
Да, у меня много талантов…
— Какой он малюсенький! И это осколок? Тю! — слышалось сопение Смерти неподалеку. — Ой, мороки с вами! А можно я к ней приду? К богине любви?
— Тебе жить надоело? — я почувствовала, что сейчас кто-то огребет.
— Да ладно, я по личному вопросу. Не по работе… — смутилась Смерть. — Мне важно знать признаки влюбленного мужчины … Ты мне, как богиня любви, все объяснишь! И значение фразы: «Я в тебя запечатлился!»… А то я что-то не совсем поняла…
Я устало смотрела, как два осколка — мой и его становятся на прежнее место, а яркий розовый свет озаряет зеркальную гладь, проходит световыми волнами и взрывается волшебным сиянием, словно сказочный салют.
— Наконец-то я тебя вижу. Ну, здравствуй, моя богиня любви! — медленно произнесло зеркало, снова вспыхивая красивым сиянием, а по раме пробежала вереница сверкающих звезд. — Судьба уводит Смерть, а Война, у которой руки по локоть в крови, держит на руках возле сердца Любовь. Удивительно… Никогда не могло подумать, что однажды увижу такое…
Еще бы! Я потерлась щекой, а меня поцеловали. Меня же обещали носить на руках? И целовать тоже обещали! И любить, как в последний раз! И обними…
И тут я замерла. У меня что? Опять сердце не бьется? Его сердце слышу, а свое почему-то нет. Я прислушалась, затаив дыхание, а потом выдохнула, обнимая любимого за шею. Оно бьется… Просто в унисон…
ЭПИЛОГ
В комнате лежали справочники имен, собранных по всей Империи, но мне почему-то ни одно не нравилось! Мы пытались придумать мне имя уже два месяца, но пока что безрезультатно. Каждый день нам привозили новые имена, а я грустно перечитывала их, понимая, что не мое. Я отложила бумаги со свежей партией имен, вздохнула и посмотрела на себя в зеркало. На кровати валялась бумажка с именами на букву "К", которые начинались с редкого и загадочного имени "Крысла". Кстати о "крысле". Нужно проверить!
Маленькое уже надкроватное, любимое, вредное и обожаемое чудовище каждый вечер тайком свешивается, подметает волосами пол и проверяет наличие конкурентов и новых дохлых крыс. Согласитесь, не очень приятно спать, зная, что под тобой скончался по тихой грусти один несчастный зверек! Я снова свесилась, пользуясь тем, что в комнате никого не было, и тут же в темноте увидела, как под кроватью что-то сверкнуло! Так! Кто не спрятал, я не виновата!
Этот меч прятали от меня по всему дворцу, уклончиво сообщая, что при всей безграничной любви, в руки мне его не дадут. Один раз мне даже удалось его заполучить и услышать «красотки всего мира», но у меня его тут же деликатно отобрали.
«Я тут спросила у слуг про гарем, чтоб оценить масштабы. С этого дня я не сплю и не ем, зная, что были бабы!», — пронеслась мысль, когда я сползла с кровати. — «Что-то гарема я не нашла… Слуги надулись жабой. Справки про храм твой слегка навела… Есть там вино и бабы!»
Прислушиваясь к шагам за дверью, я залезла под кровать, глядя на красивые ножны клинка, украшенного драгоценностями. Вот он! Вход в его храм! Мои руки осторожно взяли рукоять, а я потянула клинок из ножен, обнажая сверкающее лезвие, на котором тут же проступила светящаяся вязь букв…
— Докажи, что ты достоин, стать великим, дерзкий воин! И войдешь ты в залы пира, где вино течет рекой, где красотки всего мира, будут ласковы с тобой! — внезапно басом произнес меч. Я хотела положить его на место, но рука примерзла к рукояти. Лезвие засветилось, а меня увлекло в туман.
Я очутилась в темном и мрачном храме, где не пахло ни бабами, ни вином. Но отчетливый, узнаваемый запах неприятностей слегка портил стоялый воздух. Я сделала несколько шагов, как-то не так представляя себе место, где по легендам собрались все великие герои, наслаждаясь вином и обществом изысканного борделя.
Внезапно из-за черной колонны, рядом с которой была свалены грудой кольчуги, доспехи и мечи, появилось небритое лицо в капюшоне. Если это и есть лучшая представительница гарема, то я, пожалуй, не буду ревновать. Скажу больше! Я буду сочувствовать!
— Ой, а можно всех посмотреть? — спросила я, глядя, как с другой стороны появляется еще одна небритая рожа, опираясь на огромный двуручный топор. Так понимаю, что у этой «красавицы» самый любящий супруг, самая вежливая родня и самые послушные дети! Десятки воинов выходили мне на встречу, потрясая оружием. О! Знакомое лицо! Я видела одноглазого предводителя адептов Конца, вооруженного до зубов!
— Все, спасибо, я пошла, — улыбнулась я, с тревогой глядя на то, как откуда-то выдвигается огромная, страшная тень.
— Я — бывший бог войны! — ревело чудовище в доспехах, возвышаясь над двухметровыми мужиками, как воспитатель над детсадовской группой. — Как ты смеешь, наглец, бросить нам вызов! Докажи свою доблесть, герой! Мы — души тех, кого уничтожил меч бога войны! Те, кто приняли смерть с мечом в руках!
— Говори за себя… Я вообще здесь случайно. Просто мимо шел, — заметил чей-то гнусавый голос из толпы. — Попал под плохое настроение!