Чтение онлайн

— Ах ты…

— Надеюсь, тебе понравилось путешествие?

— Скиф, я тебя убью!

— Да, ладно. Ты же любишь приключения и адреналин.

— Ты вообще нормальный?

— Наверно, нет. Это же ты меня с ума свела.

Саша стоял в серых брюках и белой рубашке с расстёгнутым воротом, скрестив руки на груди. Смотрел на меня насмешливо, что совсем не вязалось с его словами.

— господи, это же надо было заморочиться приехать за мной, чтобы похитить. Для чего ты это сделал?

— Чтобы поговорить.

— просто стандартными способами нельзя было воспользоваться?

— А ты бы стала слушать?

— Нет. И сейчас не буду.

Я развернулась и хотела выйти в дверь, но Скиф схватил меня за руку и рванул к себе.

— Итак, Алиса. Пора тебе кое-что уяснить. Я не для того приехал за тобой, чтобы дать уйти. Ты выслушаешь меня, потому что я ни в чём тебя не обманул. А потом я буду долго и мучительно тебя наказывать наверху в спальне. И не говори, что ты не скучала по мне.

Я опешила от такого напора. И даже несколько секунд не могла сообразить, что ему ответить. Я была рада, что похитителем оказался Саша, но была зла за то, что он заставил меня мучиться и переживать. От его слов по телу пробежала волна дрожи и осела сладким тянущим чувством внизу живота. Опять тело и разум вступили в конфликт. Я хотела его, скучала по его прикосновениям губам и силе, а мозги твердили «где твоё достоинство? Он поступил нечестно, теперь ещё заставил тебя нервничать. Прощать такое нельзя».

— Только попробуй меня пальцем тронуть — пожалеешь.

— Алиса, мы не враги. И пора прекращать уже бежать от всего и бороться со всем миром. Давай начнём с того, что я просто хочу с тобой поговорить.

— Я устала. Мне было страшно. Я два часа провела в обществе бандитов и их вони.

— Во-первых, не два часа, а час. Во-вторых, это не бандиты, а туристы, мои знакомые. Если хочешь, сходи в душ, сейчас принесут ужин. И хочешь ты этого или нет, но мы поговорим. Понятно?

Саша говорил расслабленно, тихим голосом, без напряжения. Надо было только согласиться с ним и сделать как, он сказал.

— Хорошо.

— Приятно, что ты, наконец, согласилась.

— Угу.

Ладошки сморщились, стали похожи на губку, но я продолжала сидеть в ванной. Убеждала себя, что просто хочу понежиться в приятной воде, но на самом деле мне было страшно. И я не хотела самой себе в этом признаваться.

Саша уже один раз стучался в дверь, спросил всё ли у меня хорошо, а может, проверял, не сбежала ли я. Кстати, у меня была такая мысль. В первые пять минут, как только зашла в ванную комнату, я осмотрела все окна. Они были даже не заперты. Неудивительно, если быть совсем шизанутой, то можно было и сигануть с обрыва в море, которое как раз билось волнами об отвесный берег.

Меня будто в башню заперли, на самой высокой горе. И я поняла, что избежать разговора не удастся. Что он может мне сказать? Что не виноват, она сама напала. Вроде так говорят мужики, которых застали на месте преступления.

С появлением Саши в душе опять начался какой-то сумбур, снова исчезло спокойствие, которое только-только восстановилось. Я уже приняла мысль, что больше не выйду замуж, буду жить одна и мне одной очень даже хорошо. И почти перестала жалеть себя.

Я закрыла лицо ладонями. Как же тяжело с людьми. Я не понимаю их, не понимаю, чего они хотят. Столько фальши, и лицемерия вокруг. Я с детства мечтала уметь читать людские мысли, чтобы знать, кому можно верить, а кому нет. Кто на самом деле искренен, а кто только прикидывается. Враньё для меня всегда было самым страшным. Наверно, поэтому у меня всегда стоял пунктик в отношениях «никогда не врать». Меня часто называли прямолинейной, но лучше сказать человеку правду в лицо, и дать ему шанс, всё исправить, чем врать и он будет думать, что у него всё отлично.

Все наши страхи идут прямиком из детства. И моя фобия была как раз оттуда. Один незначительный поступок засел в памяти и стал ориентиром в жизни.

Мне было семь. Только пошла в первый класс, начала общаться с одноклассниками. Меня посадили на первую парту с девочкой Надей и мы сразу сдружились. Даже стали лучшими подругами, как мне казалось. В гости друг к другу ходили, уроки делали, в куклы играли. А потом пришла новенькая и Надя моментально переметнулась к ней. Я для неё словно перестала существовать. А чтобы новенькая не захотела дружить со мной, Надя выдала все мои тайны, в которые я её посвятила. Они стали лучшими подружками, а я так и не поняла, что сделала не так. Маме ничего не сказала, мне казалось, что это моя вина. Значит, я сама не умею дружить. Пока не встретила Иру и Машу. Они доказали, что дружить можно и просто так, не за что-то. И я не должна под них подстраиваться, чтобы заслужить их любовь. Но страх остаться обманутой въелся под кожу. Это была моя фобия, о которой я никому не рассказывала. Как некоторые люди боятся высоты или замкнутых пространств, так я боялась вранья. И чем больше боялась, тем чаще меня обманывали. Наверно, поэтому я и не пошла работать в куда-нибудь в офис. Там слишком велик процент сплетен и разборок. Женщины ведь, по сути, ещё те интриганки и врунишки, особенно женский коллектив. Моим островком спокойствия были мои подруги…до недавнего времени. Предательство Маши, вновь всколыхнуло старых демонов. Я гнала от себя эти мысли, но они вновь и вновь возвращались, сея в душе панику. Саша же стал тем самым катализатором, который снова запустил бесконтрольный страх.

Я понимала, что мне надо спуститься к нему и поговорить. Расставить все точки над «i». Надо сказать, что мы не будем вместе. Жить с человеком, которому никогда не смогу доверять, всё равно что лезть в клетку с тигром и понимать, что он когда-нибудь тебя сожрёт. Я же хотела просто спокойно жить, заниматься любимым делом и не оглядываться на прошлое. Как ему это объяснить? Как ему противостоять?

Вода уже совсем остыла, и я заставила себя вылезти из ванны. Накинула белый вафельный халат, посмотрела в зеркало. Растерянность и нерешительность читалось во всём моём отражении. Куда подевалась уверенная Алиса, которой все горы были по плечу?

Я потёрла виски, помассировала переносицу.

Надо было уже решаться. Лучше сейчас всё обсудить и разрубить узел, который ещё связывал нас. Чем больше я об этом думала, тем правильнее казалось решение.

Моя одежда была потная и грязная, сменной, естественно, у меня в сумке не было. Что же придётся идти в халате. Я открыла дверь и медленно спустилась на первый этаж. Саша стоял возле окна и смотрел в темноту за окном. Услышав, мои шаги он вынырнул из своих мыслей и повернулся ко мне.

— Ужинать будешь?

— Да.

— Можешь переодеться в платье.

Саша указал глазами в сторону, я проследила за его взглядом и увидела на диване разложенное платье, которое больше напоминало ночную рубашку. Терпеть не могу такую ткань, на ней всегда всё видно, любое пятнышко, любая складка. Но спорить не хотелось, да и халат так и норовил постоянно распахнуться.

— Отвернись.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

Саша улыбнулся и остался стоять как стоял.

— Тебе сложно, что ли?

— Не вижу смысла.

— А, ну да. Я же и забыла, что тебе всё можно. И девушек обманывать, и менять их как перчатки, и похищать, — я не смогла сдержать раздражения и своё недовольство.

Отвернулась, вынула руки из рукавов и надела платье через ноги.

— Какая сноровка, — насмешливо восхитился Саша.

— Опыт переодевания в школе и институте. Не все люди любят щеголять голышом.

— Сделаю вид, что не заметил намёка.

Я скинула халат с плеч и почувствовала себя обнажённой. В отражении оконного стекла было видно, как платье облегает меня, словно вторая кожа. Даже насмешка исчезла с лица Саши. Я чувствовала, как он следил за мной. Хотелось снова накинуть халат, особенно когда заметила, как напряглись кончики груди, съёжились в твёрдые горошины и отчётливо проступали сквозь тонкую ткань.