Чтение онлайн

Максим переместил праву руку чуть ниже поясницы и силой придвинул к своему паху, где четко ощутил жар ее лона, а Марго почувствовала, как в нее упирается возбужденный, каменный член.

– Чувствуешь, как ты на меня действуешь? – руками прошелся вверх по спине, прижимая и гладя, стараясь быть ближе, чувствовать каждый ее изгиб, и получать удовольствие от невинных касаний.

– Нам нужно остановиться, - продолжала шептать девушка, а Макс все так же влажно целовал ее шею, пытаясь всеми силами удержаться от соблазна, и не сорваться в пропасть, а точнее - к ее манящей груди.

Снова поцелуй в губы, тело к телу, и резкий голос, прозвучавший в тишине кабинета:

– Марго, через пятнадцать минут тебе нужно быть на складе для утверждения товара, - напомнила Катерина в динамике телефона, и Марго смогла резко оттолкнуть мужчину от себя, чтобы нажать кнопку для ответа.

– Спасибо, Катюша.

Теперь в небольшом кабинете повисла тишина, нарушаемая тяжелым дыханием обоих. Трясущимися руками девушка достала сигарету из пачки и, подкурив, глубоко затянулась, пытаясь совладать с собой, что, к слову, в присутствии Макса было сделать тяжело. Он же, наоборот, казался спокойным и абсолютно уверенным во всех движениях. Смело подойдя к ней, наклонился и запечатлел легкий поцелуй на губах, улыбнулся теплой улыбкой и пальцами коснулся нежной кожи лица:

– Хорошего дня тебе, Цветочек.

Рита оторопела от его поведения, но не сказала и слова, только потушила недокуренную сигарету, схватила нужную папку и мигом покинула помещение, удаляясь подальше от шефа.

Максим весь день ходил с глупой улыбкой, пряча ту только в присутствии подчиненных, дабы не давать повода для новых сплетен. Работая в чисто мужском коллективе несколько лет, он знал, что мужики порой хуже баб, и до безумия любят потрепаться, обсуждая выше упомянутых, порой высмеивая их, в зависимости от ситуации. Зачастую они обсуждали секс, а точнее - проведенную ночь в компании женщины, или даже двух. Рассказывали, кто, как и в какой позе, а главное - как долго, и именно эту тему Вишневский считал закрытой для обсуждения, ведь мужчины сами выбирают себе женщину на ночь, занимаются с ней сексом, а значит, и все последствия должны оставаться в тех стенах. Как-то не по-мужски трепаться с друзьями о проведенной ночи, и уж тем более - высмеивать женщину, даже если она будет проституткой. А сейчас он, как никогда, желал, чтобы не поползли слухи, и не так о себе, как о Марго беспокоился, это она двоих, максимум - троих мужиков уест, но весь офис не потянет. И Максим очень не хочет сломать такую сильную и волевую девочку. А вот его улыбка так и выдавала все мысли, желания, о которых бы каждый мужчина догадался, видя точно в таком образе себя, улыбающегося, словно обожравшийся сметаной котяра.

После обеда Максиму вместе с Варшавским срочно понадобилось ехать на встречу с поставщиками тканей, и он решил позвать с собой свою помощницу, которая хорошо разбиралась в их качестве. Войдя в кабинет, он ее там не обнаружил, тогда вернулся к себе, надел пиджак, который до этого висел на специальной подставке, взял сигареты и телефон, положил их в карман, и широким шагом пошел в приемную.

– Катерина, а где наша… - он не закончил вопрос, заметив в другом конце большой комнаты, блондинку, которая звонко засмеялась и скользнула в объятия взрослого мужчины, а точнее - Ивана Сергеевича.

Он буквально взбесился от увиденного, не понимая ее поведения. Неужели девушке настолько не хватает мужского внимания, что она вешается на каждого, а здесь - так вообще, на мужчину, который намного старше ее, на его отца. Максим в несколько секунд оказался рядом с ними и, грубо схватив ее за локоть, оторвал от Вишневского старшего, намереваясь поставить на место неугомонную девицу.

– Какого хрена ты творишь, идиотка? – громко отчеканил он, безумно злясь на ее поведение и свою реакцию, которая последовала сразу же после увиденного.

Ему жутко не понравилось, что ее касался какой-то мужчина, и, слава Богу, это был всего лишь его отец, иначе он сам не знает, что было бы, окажись там чужой человек. Макс бросил взгляд на ошалевшего отца, а потом зло глянул на Риту, в глазах у которой увидел дикий страх и растерянность, что тоже не являлось ее обыденным образом.

ГЛАВА 9

– Максим! Как ты разговариваешь с женщиной? – резко произнес Иван Сергеевич и строго посмотрел на сына.

Максим был зол на Риту за то, что она позволяет себе такие вольности и обнимается со всеми, а также на себя, что так резко реагирует, выдавая тем самым свое состояние. Какая ему вообще разница, чем занимается эта девица? Да пусть хоть со всеми мужиками офиса переспит, его это не касается.

– Эта женщина должна знать себе место! – в том же тоне ответил он, так и продолжая смотреть в испуганные глаза девушки.

– Макс, послушай, Рита подошла со мной поздороваться, что в этом не так? – не мог понять мужчина, окончательно разозлившись на сына.

– Ах, Рита, правда? – Максим заметил, как ее глаза быстро распахнулись и тут же закрылись, она сделала глубокий вдох для того, чтобы снова открыть глаза, в которых теперь читалась только злоба.

– Сын, а ну-ка, пойдем в кабинет, поговорить надо, - попросил Иван, похлопав его по плечу и, тут же обернулся к девушке.
– Маргарита, позже увидимся, хорошо, дорогая? – Она кивнула, и мужчина ушел в сторону кабинета, оставив их с Максом наедине. – Добрый день, Катерина…

– Езжай с Глебом к поставщикам, - быстро отчеканил Макс, не подходя к Рите, и, развернувшись, направился следом за отцом.

– Максим, - позвала она, но мужчина даже не обернулся, находясь в своих мыслях, и скрылся за дверью.

Марго почувствовала ощутимый укол в сердце и, взглянув на дверь грустным взглядом, отправилась к замдиректора, стараясь прогнать свою растерянность. Она испугалась такого грубого порыва Максима, и ей даже на минуту показалось, что он сейчас ударит, или встряхнет, точно, встряхнет. Перед глазами промелькнула сцена трехлетней давности, когда Сергей ее обнимал, а потом резко толкнул, и она ударилась о стену. Было больно и страшно. И вот сейчас во взгляде Максима читалась злость. И что-то еще, чего она не смогла понять, не успела разглядеть, так быстро менялись его эмоции. Это и было то, чего она боялась, его внутренний мир. Она не знает мыслей мужчины, не знает, на что он способен в следующую минуту, поэтому не может доверять. Все очень глупо и тяжело для нее.

– Максим, успокойся, пожалуйста, и потрудись объяснить мне, кто тебя учил так с женщинами обращаться? – строго спросил Иван Сергеевич, видя, как сын нервно сбрасывает с себя пиджак и кидает его на диван.

– А ты объясни мне, что это за обжимания со всякими молоденькими девицами? Откуда ты ее знаешь? – кричал сын, не в силах успокоиться.

– Это не обжимания, а приветствие. Рита работала у меня в одном из отделов.

– Странно, что-то ни она, ни Вениаминыч мне об этом не говорили.

– Она не знала, что ты мой сын, - честно ответил Иван и присел за стол.

– Ну, да, конечно. Марго не дура, чтобы не сопоставить фамилии, да и отчество говорит само за себя.

– Вот именно, Марго не дура, а ты ее идиоткой назвал! И я требую, чтобы ты извинился.

– Отчего такое внимание? Что особенного в ней, что ты прям требуешь? – прищурившись, поинтересовался Максим, не скрывая в голосе ехидства.

– Хотя бы то, что она женщина, и ты должен извиниться! – продолжал повышенным тоном говорить Иван Сергеевич.

Максим тяжело вздохнул и уселся в свое кресло, голова опустилась на скрещенные на столе руки, и уже через минуту он успокоился, понимая глупость своего поведения.

– Прости, пап, ты прав, я не должен был так реагировать, и уж тем более - оскорблять, - произнес он, поднимая голову и глядя в глаза отца.
– Конечно, я извинюсь.

– Рад, что ты это понял, значит, я хорошего сына воспитал, - уже спокойно сказал отец, улыбнувшись теплой улыбкой, от которой в уголках его губ появились морщинки.