Чтение онлайн

Девушки уже скрылись за углом, Стивен, тварь такая, проследовал за своей любимой второй хозяйкой. Я же остался лежать на земле за спортивным залом в полном одиночестве, прикрывая срам порванным полотенчиком Мишани.

— Что, схватили тебя за жопу, да? — прозвучало над самым ухом.

Я попытался всечь голосу локтем с разворота, но Валера ловко поймал мою руку и в ответ ткнул в грудь пакетом со сменкой.

— Давай, натягивай свои треники, а то от вида твоих ног мне плохеет, — заявил этот поц, брезгливо окидывая взглядом мою тощую фигуру.

Полгода усиленный тренировок в отряде Долгорукова сделали меня сильнее и выносливее — хрен бы там я десять минут смог петлять от Лилит и Валерии! — но вот кондиции у меня до сих пор были весьма сомнительные.

— А вот твоей сестре нравится. Видел, как за мной бежала, аж волосы назад? — съязвил я, но пакет со сменкой взял.

— За тараканами по кухне тоже бегают, — флегматично сообщил Валерка. — С тапком в руке.

— Ничего ты не понимаешь в мужской красоте, Валера… — протянул я. — Что у нас сейчас?

— На третий тренировочный, привезли новый мех, — протянул Валера, лениво оглядываясь по сторонам.

Стопудово ищет, что бы у кого спиздить, знаю я этот его блуждающий взгляд. Но, на удивление, по дороге к ангару ни одной жертвы нам не попалось.

В последние месяцы Валера зачастил на наши тренировки. Пусть официально Воронцов не был частью отряда, но какие-то договоренности с Долгоруковым достигнуты были. Уж не знаю, о чем там добазарился наследник графского рода, который вместо армии скорее всего уйдет в контрразведку после выпуска, но Валерка стал постоянным гостем на наших тренировках. И, как мне казалось, была там одна, точнее сразу две упругие причины для его появления, с которыми Воронцов познакомился, когда вытаскивал меня из горящего меха во время боя полгода назад.

Левая и правая ягодицы лейтенанта Шереметьевой никого не могли оставить равнодушными, особенно в боевом костюме для пилотирования меха, но конкретно на Воронцова эта задница имела какой-то меланхолично-гипнотический эффект. Едва белобрысая ведьма появлялась на горизонте, Валера тут же становился каким-то серьезным и подозрительно взрослым, будто бы у него на самом деле уже закончился его вечный пубертат, а в глазах появлялась едва различимая тоска по девичьему теплу и ласке… И я бы мог порадоваться за друга, если бы владелица этих гипнотических ягодиц не была такой конченой мразотой.

Осознавал трагизм своей любви и Валерка — ведь он отчетливо понимал, кто такие Шереметьевы и конкретно Анька, которая бросила гражданских в укрытии в нашу первую встречу, которая пыталась завалить меня и Мишаню на вступительных в отряд, потому что мы кривозубые крестьяне, а не благородные дворяне, да и вообще. Уж он точно знал, на кого запал, и от этого Валере становилось только горше.

Так что мы оба молчали. Я из уважения к другу, который вытащил мою тушку из горящего танка, блинканувшись прямо на капсулу сразу после столкновения с кибердемоном, а Валера… А хрен его знает, чего он молчал, но, видимо, были у него на то свои причины.

— Вижу, вы как всегда по форме, господин Штерн!

Штабс-капитан стоял посреди тренировочного плаца, наслаждаясь видом новой боевой машины класса «Инферно». Мой глаз тут же заметил и новые пулеметы на подвесах, и кое-какие изменения в конструкции коленей. Чуть позади находился и новенький «Оплот» для Мишани — жабаподобная херня, которая больше походила на бункер на ножках, чем на боевого робота.

— Модель Т-4, специально доставили для грядущей спартакиады, — продолжил Долгоруков, заложив руки за спину.

— Спартакого? — переспросил я.

— А вы не в курсе, господин Штерн? — удивился штабс-капитан. — Госпожа Воронцова уверила, что введет вас в курс дела после подписания всех документов.

— Какого дела? А я ничего такого не подписывал!

Отпираться было поздно. Ведь по ангару пошла мутная волна и Долгоруков с Валеркой замерли, будто истуканы.

Дрожащей рукой я потянулся к карману треников. Этой херни не случалось с момента, как меня чуть не размазало по капсуле боевого робота полгода назад, и я уже было подумал, что Б. Г.-кун с меня слез и я смогу счастливо состариться в этом новом мире.

Пальцы нащупали знакомый по размерам и фактуре клочок бумаги, а сама записка гласила:

«Первое каноничное событие и основная арка второй части! Турнир между учебными заведениями! Совсем как в типичном аниме!»

— Да блять… — пробормотал я. — Он теперь еще и про какие-то арки бредит…

Время вернулось вспять, мое начальство и друг пришли в себя.

— Через три недели приедут учащиеся других подобных заведений со всей Империи и от союзников, в общей сложности пять команд, вы будете шестыми, — продолжил Долгоруков. — И в этом году руководство решило включить не только соревнования по магии и физподготовке, но и дисциплину пилотирования боевых машин! Так что, господин Штерн, вы должны со всей серьезностью отнестись к возложенной на вас миссии!

— Какой-такой миссии? — переспросил я, понимая, что ничего хорошего мне этот ответ не сулит.

— Решением студенческого совета, ректората и армейского руководства по московскому округу было принято решение назначить вас капитаном команды! — торжественно сообщил Долгоруков, но я видел, как в глазах этого ебанутого пляшут дьявольские огоньки. — Продемонстрируете силу и таланты простого народа, повысите престиж службы в армии!

— Говорите, со студсоветом решали? — переспросил я, покосившись на стоящего рядом Валерчика, который был тем самым председателем того самого студсовета. — Я ведь правильно услышал?

Валера нервно сглотнул и даже сделал шаг в сторону, чтобы разорвать между нами дистанцию. Мы оба знали, что на телепортацию ему нужна примерно секунда, если без разогрева, так что у меня были все шансы бахнуть этого дебила своим внутренним взрывом. И если не покалечу, то уж точно оставлю без бровей и с красной рожей. Единственное, спалю треники и майку и опять останусь, в чем мать родила, но мне уже не привыкать, мой внутренний эксгибиционист уже окреп и возмужал, то есть потерял всякий стыд.

— Вы не смущайтесь так, Штерн! Миссия почетная и важная, да и от вас потребуется только участие в качестве боевого пилота, ведь так, господин Воронцов? — продолжил с улыбкой Долгоруков. — На кону престиж армии, ведь во всех прочих командах будут родовые пилоты, которые состоят на армейской службе лишь формально! Да и причастность к любой благородной фамилии делает человека предвзятым. Но вы, господин Штерн, совсем другой случай! Так что на ваше выступление возлагаются огромные надежды высокими чинами!