Чтение онлайн

Я засомневалась, сможем ли мы что-то сделать против шторма… Откуда мы возьмем ветер в штиль? Да нет, он появится, слабый, но будет! Штормовые облака и соответствующий им ветер будут высоко в небе, а здесь, у земли, мы дождемся нужного ветерка в сторону моря.

Ожидание — одна из бед погодной магии. Зато мы — однозначно самые терпеливые люди в мире! Вот и Мэллоу уселся, скрестив руки на груди, оперся плечом о камень и, кажется, дремал. Однако я видела, как подрагивали его веки. Он выжидал, как и я.

Жарко. Душно. Мне было неприятно сидеть, а каково же тренироваться в такую погоду? Внизу мужчины бегали от снаряда к снаряду, иногда я слышала голоса — особенно выделялся один, очень низкий и явно принадлежавший Даргу. Позавидовать можно было лишь тем немногим, которые плавали наперегонки.

Магия, пробудившись, толкнула меня изнутри.

— Джеймс! — крикнула я и увидела, что мужчина уже встал.

Мы уловили едва начавшееся дуновение ветра. Я поднялась и встала рядом с мужчиной, закрыла глаза. Слабый ветер едва ощущался, но он был. Он, словно робкий жеребенок, подходил к нам, касался кожи и убегал, чтобы спрятаться.

Время магии!

Внутри вспыхнуло, и тепло моей силы заструилось по венам, чтобы сорваться с кончиков пальцев тонкими струнами. И эти струны — мои новые глаза.

Мое сознание растворилось в ветерке, я была одновременно везде. Бежала с континента над Сиа-Форо, цеплялась за скрипучий флюгер на доме Джеймса, летела над морем с напевным шелестом волн. Закрутившись спиралью, я опустилась на тренировочный полигон и ненадолго застряла там, не видя выхода на волю.

Я пробежала между мужчинами и остановилась у одного — высокого, темноволосого, с голосом, похожим на раскат грома.

— Ну хватит, Дарг! Мы устали! — тяжело дыша, к нему подошел другой мужчина, рыжий. — Лучше посмотри наверх и скажи мне, с каких пор Нытик водит сюда женщин и когда он успел познакомиться с нашей рыжей крошкой?

— Что они делают? — удивился названный Даргом. — Так, еще три подхода с каждым снарядом, и заканчиваем! — приказал он, и все со стоном подчинились, однако я видела, что Дарг теперь постоянно оборачивался на скалы.

Оттолкнувшись от земли, я взлетела и, наконец, нашла выход, устремилась в море, вслед за другими потоками ветра. Быстрее! Выше! Дальше!

Я летела, пока не столкнулась с черной тучей и меня не закрутил встречный поток ветра — холодный, колючий, злой. Он терзал меня, рвал, растворяя в себе, но я вырвалась и убежала от него.

Черная туча бури шла за мной, догоняя. Я вернулась к скале, зависла в воздухе, раскинув руки. Ветер, мой ветер, подчинись мне! Я представляла, как слабый поток воздуха усиливается, как все окрестные ветры, запутавшиеся в горах, перебиравшие листики деревьев и лепестки цветов, резвившиеся в долинах, теперь бегут ко мне, разрастаются, усиливаются, сливаются с тем слабым ветерком, который дул в сторону моря.

И ветра подчинились. Единой стеной прошли они Сиа-Форо, сорвав шляпы с людей, взлетели на гору и, обогнув меня, помчались в море, навстречу шторму, и с каждым мгновением они становились быстрее, сильнее настолько, что, казалось, могли обратить волны!

Магия звенела.

Мой ветер и ветер бури схлестнулись над морем, и казалось, что рокот от удара слышало все побережье. Буря взревела раскатами грома, взметнула волны, и ее ветра терзали мои, уничтожали, растворяли в себе, что совсем недавно чуть не сделали и со мной.

Моих сил не хватило.

Однако новая стена чужих ветров врезалась в бурю, остановив ее на мгновение — помощь пришла! И теперь, пока я собирала новые ветры, призывая их с континента, буря ломала, крушила ветры моего помощника.

Мы боролись с ней. Толкали ее, разворачивали. Мелькали молнии, гремел гром, ревели волны, и белая пена вместо крови заполнила наше место битвы.

Но с каждым новым столкновением становилось всё сложнее найти новые ветры — мы исчерпали, мы забрали их все против этой бури!

Ее страшная, черная туча уже была видна со скалы, она надвигалась на побережье, исполинская, разозленная нами до крайности, и ее ревущие ветры пробились к берегу, закачали корабли, напугали людей.

Вскоре чернота поглотила солнце, сменив золотую закатную пору ночной темнотой.

— Беги! Мы не справились! — услышала я чей-то крик, и чужие ветра, помогавшие мне, иссякли.

— Всем уйти с побережья! — второй голос заглушил даже гром.

Раздалась тревога. Я слышала, как скрипели снасти, как кричали люди, готовившие суда к приходу бури.

Паника кругом. Страх. Ужас. И буря, торжествуя победу, летела на нас.

Не позволю! Нет!

Моя магия добралась до степи за столицей и забрала оттуда мощный ветер. Он сопротивлялся, не хотел покидать родных мест, но я схватила его и погнала через весь континент на море.

Оседлав этот ветер, я ринулась на нем в бурю.

Меня крутило, бросало из стороны в сторону, но за мной шел мощный воздушный поток, и ему буря покорилась — не полностью, нет, но, сжавшись, она сместилась в сторону, и над Сиа-Форо пролился лишь ливень.

Да. Просто ливень. А ураган далеко, в сотнях километров отсюда крушит безжизненные скалы.

Как я и хотела.

Слетав туда и увидев это, я вернулась к себе.

Я вернулась в себя.

Но буря отомстила — штормовой порыв, летевший следом, поднял гигантскую волну, и она с оглушительным грохотом шла прямо на меня, становилась все выше и выше.

Я закрылась руками и зажмурилась, понимая, что не смогу убежать.

Меня сбило с ног нечто огромное и горячее, прижало к валуну, практически вдавив в него. От шока я вскрикнула, и тут, ослепляя и оглушая, на меня хлынула ледяная вода. Я захлебывалась, не могла ни вдохнуть, ни выплюнуть соленую воду с водорослями, я не могла и пошевелиться, чтобы хоть что-то сделать, чтобы попытаться спастись.

Через бесконечные несколько секунд вода схлынула, и я закашлялась, казалось, выплевывая собственные легкие. Державшее меня нечто исчезло также быстро, как вода, и я сползла по камню, продолжая откашливаться и отплевываться. Меня трясло и от холода, и от ужаса. Открыв глаза, которые жгло от соли, я увидела… серебряные глаза дракона, смотревшего на меня с явным осуждением. Развернувшись, он длинной черной лентой скользнул со скалы вниз, в море, а я осталась под ливнем, не способная ни подняться, ни пошевелиться.