Чтение онлайн

– А я его знаю.

– Знаешь?

– Знаю. Этого парня звали Баз Мэлли. И он ограбил банк в Лаббоке, застрелив при этом кассиршу и охранника. И было это три года назад.

– Знакомые у тебя...
– протянул я, глянув искоса на Сэма.

Тот воспринял мою фразу излишне серьезно, потому что сразу поспешил оправдаться.

– Я понятия не имел о том, кто он такой, когда обнаружил его спящим в машине во-он там, за школой. Он повел себя грубо, но у меня был револьвер с собой, а ему свой долго было доставать. После того, как он уехал из Джастисбёрга, сюда приехали копы. Много копов, они за ним гнались. Они и рассказали, что он сделал.

– И как же ты его узнал?

– Татуировку видишь?

Сэм указал на три капельки крови, вытатуированные под левым глазом мутанта.

– И на шее еще, - сказал Сэм, указав на четыре кельтских креста, выколотый в рядок, - А вообще я вижу мало людей в последние годы, лица запоминаются.

– И что он тогда копался за автобусом?
– спросила вдруг Дрика.

Мы с Сэмом озадаченно посмотрели друг на друга. И действительно, морф ведь что-то там делал, когда я начал в него стрелять.

– Посмотрим?
– предложил я.

– Почему бы и нет.
– пожал плечами Сэм.
– Пошли.

К нашему удивлению морф там копал. В прямом смысле этого слова, выгребая песок из-под ржавой рамы автобуса, и прокопал достаточно глубоко.

– Ну-ка...
– сказал я, присаживаясь рядом с ямой и заглядывая внутрь.

Там было пока очень темно, пришлось достать фонарик и посветить. В самой глубине в сухом песке виднелось что-то серое, плоское.

– Ну-ка...
– снова повторил я, доставая нож и пытаясь копать им.

И через минуту я уже тащил из ямы большой атташе-кейс из армированного пластика, на крышке которого была видна всем известная надпись "Самсонайт".

– Это еще что?
– удивился Сэм.

– А сейчас глянем.
– сказал я.

По здравому размышлению решил, что бомбы здесь быть не должно, никто не закладывает бомбы в зарытые на несколько лет кейсы. А то, что кейс зарыт давно, сомнений не вызывает, над ним успели кусты вырасти, морф их выдрал, когда копал.

Замки пришлось взламывать при помощи все того же ножа, благо лезвие у него было крепким и толстым. Я откинул крышку, а затем мы все хором свистнули.

– Так вот зачем он сюда вернулся...
– задумчиво сказал Сэм.
– И кто теперь может сказать, что у мертвяков совсем нет памяти? А это что?

Чемодан был заполнен деньгами. Пачками долларовых купюр разной степени потрепанности, взятыми из банковского зала. На самом деле зрелище было бы внушительным для непривычных к лицезрению наличных американцам, по моим прикидкам, учитывая изобилие мелких купюр, в чемодане было не больше пятидесяти тысяч. А еще там лежал пистолет с запасным магазином, вороненный "Кольт 1911" с деревянными щечками рукоятки. Взяв его из чемодана, я взвесил его в руке, после чего передал Сэму, сказав:

– Орудие преступления вообще-то, но не думаю, что теперь это принципиально. А что делать с "бумагой"?

– Не знаю - пожал плечами Сэм, принимая от меня пистолет и оттягивая затвор, чтобы заглянуть в патронник.
– Брось в яму, все равно они не нужны. Но интересно то, что тварь вспомнила про спрятанное и вернулась. Поэтому он и вел себя так странно, шлялся по городку но напрямую напасть не решился. У него другие дела здесь были, не до меня ему было.

– Похоже на то.
– согласился я.
– Пошли обратно, нам надо собраться. Дрика, садись за руль и давай за нами малым ходом.

– Хорошо.
– сказала девушка, снимая с плеча автомат и усаживаясь за руль.

Собирались мы недолго, что там сборов было? Спальники скрутить и упаковать, ну и винтовку "штайр" забрать из домика, на две минуты трудов. Другое дело, что ехать на пустой желудок не хотелось, и я начал кипятить на одноразовой спиртовке воду для чая, намереваясь обеспечить нас с голландкой нормальным завтраком перед выездом. А заодно и утренние сумерки уйдут окончательно, обеспечив нас обычной для Техаса отличной видимостью на весь день.

Сэм ушел к себе в трейлер, тоже с чем-то возился, а затем, когда чайник у нас вскипел, он подсел к нам, протянув большую фаянсовую кружку, спросив?

– У вас кофе? Я тоже буду.

– У нас чай.
– ответил я.
– Но нальем с удовольствием.

– Чертовы европейцы.
– поморщился он.
– Пить в Техасе чай с утра...

– Ты бы помолчал насчет кофе.
– усмехнулся я.
– Такие помои, как те, что подают в этой стране в закусочных под названием "кофе"не найдешь больше нигде. Это только воспаленный американский ум мог додуматься сварив кофе, бесконечно его подогревать.

– Это в закусочных.
– оборвал меня он.
– А когда варит кофе нормальный человек, от аромата просыпаются даже соседи. Ладно, что с вас взять, наливай свой чай.

Дрика выложила на импровизированный столик из доски, лежащей на двух коробках, галеты и банку клубничного джема, после чего мы выслушали очередную тираду Сэма о тупых европейцах - у нас в запасах вообще не было арахисового масла. На этот раз он даже не поленился встать и сходить в свой жилой прицеп, вернувшись с початой банкой, которую он выставил рядом с джемом и решительно полез в нее ножом. В воздухе запахло поджаренными орехами.

– У вас планы прежние?
– спросил Сэм, откусив от сухого тоста и запив чаем.

– Да, а что с ними могло за ночь случиться?
– удивился я.
– "План А" - едем в Порт-Артур. Если там нет пароходов, мы едем в следующий порт. И так, пока не закончатся порты на побережье. Если ничего не выйдет, я перейду к "Плану В".

– Он у тебя есть?
– уточнил Сэм.

– Есть, но я предпочитаю его не оглашать пока. Из чистого суеверия.

– Понятно.
– кивнул он.
– В общем, я решил поехать с вами. Поможешь мне трейлер к грузовику прицепить.

– С нами?
– чуть не подавился я горячим чаем.
– А тебе зачем?

– У вас есть цель.
– усмехнулся Сэм.
– Пусть и у меня она тоже будет. К тому же, посмотри сам - есть тут что-то, за что следует держаться? Я один в мертвом городе, если я умру, то лишусь возможности принести хотя бы какую-нибудь пользу.

– А чем ты занимался в порту?
– спросил я.

– Водил грузовик. Но зато я хорошо разбираюсь в больших дизелях. "Камминс" в грузовике и "Камминс" в лодке почти ничем не отличаются. Это я к разговору о флоридских траулерах.