Чтение онлайн

— Ха, — Тон выплюнул со сгустком слюны крошку табака. Плевок полетел вниз. Через десяток метров его подхватил порыв ветра и отнёс далеко в сторону от балкона, вырезанного прямо в прибрежной стене.

— Как ты полагаешь, Ула, — обратился он к соседу — высокорослому узколицему блондину с пронзительно-живыми зелёными глазами и бороздами морщин на высоком лбу. — Удастся мой план?

— Я буду откровенен. Мы попусту тратим драгоценное время, брат Тон. — Ула поставил на широкие перила балкона два хрустальных стаканчика с янтарным содержимым и покачал головой.

— Скей будет приятно удивлён моим подарком, — на лицо Тона легла тень и тотчас исчезла. Альбатрос сел на перила и выжидательно уставился на бога моря.

— Я больше ждал брат, — оживился Тон и сгрёб в объятия съёжившегося собеседника. — Пойдем, я покажу тебе слугу перекрёстка.

— Ты… смог!? — непритворно воскликнул Ула.

— Увидишь сам, — подмигнул всевышний Тон. — Мы потратили две тысячи лет и вот теперь..! Мне удалось не всё и осталось совсем малость… Малость, — Улу пронзили всевидящие глаза Тона, больше смахивающего на простолюдина, нежели верховного среди господов. А Тон и впрям разительно отличался от остальных господов: руки-тиски, неимоверная силища и бугристая спина. Такой в тёмном месте и душу вытряхнет. Лицо бронзовое, волевое с искусными морщинами. Между собой господы называли Тона кузнецом за неимоверную физическую силищу и видимую простоту, за которой скрывался недюжинный ум и несгибаемая воля. Играть с таким противником опасно и потому господы безоговорочно признали верховенство Тона.

— Как жаль, что наши отцы не дожили. — Тон запахнул плащ, постоял немного с наслаждением вдыхая запахи океана и двинулся внутрь, прихватив со стола краснобокое яблоко.

Ула последовал за своим богом-братом. Они прошли единственным коридором, ведущим от балкона, где любил уединяться бог моря Тон, к шахте лифта. Им нужно вниз. На глубине в четыреста метров, находится вход в полусферический зал с семью гранитными креслами вокруг полуметрового хрустального человеческого черепа. Это второй из перекрёстков сига.

Ула притворялся. Он знал гораздо более, чем говорил. Те, кто много говорил из господов, давно кормят рыб, а вот ему не мешало бы заняться и привлечь на свою сторону капитана Нои для выполнения деликатных заданий. Жаль, что он пока не знает, что находится внутри бочонка. Информация не помешает обогнать Тона, а значит и переиграть. Ведь он, как и Тон — саккарец!

Братья добрались до кресел и расположились. Тон усмехнулся и подмигнул Улу, а потом они закрыли глаза и погрузились в транс.

***

Возница — кряжистый и узловатый как повидавший на своём веку ствол дерева, старик залихватски по-юношески засвистал и гикнул на безразличных рехов. Телега с железными ободами на колёсах свидетельствовала о приличном положении хозяина в социуме, остановилась, съехав с серпантина дороги на бриллиант ковра лужайки. Колёса оставили две влажные примятые полоски в траве, доставив паломников к святыне — могучему старому кедру в три обхвата. С кузнецом Саером, поклониться святыне и поблагодарить богов, прибыли два беспрестанно гомонящих маленьких пассажиров — внуков.

— Я повяжу! — перебивая друг-дружку, устремились двойняшки лет шести, к стволу, каждый с полуметровой белой тесьмой. Кузнец улыбнулся и не стал мешать. Пока мальчишки карабкались по стволу, чтобы повязать ленточки — дань уважения богам гор, кузнец без видимых усилий приподнял воз и смазал порядком извёвшую скрипом ось колеса; достал из жёлтой полотняной торбочки лепёшки и заткнутый дорогой пробкой узкогорлый, расписанный узорами свастик, кувшин с домашним вином и разложил на траве чистую белую ткань; смахнув несуществующую пыль с трёх тончайших серебряных кубков.

К возвращению внуков Саер успел ещё сходить к звени-ручью, журчащему неподалёку и набрать живой воды людям и животным. Давняя молва сказывала, что ручей сбегавшего со священного места горы, создали сами древние путники, или первые боги. И хотя горы окрест повсюду и ручей впадает за сотни две шагов в речку, именно это место считалось священным, ибо именно здесь кедр дал приют путникам. Горожане и селяне окрест лежащих деревенек набили дорогу, наведываясь чтобы попросить о сокровенном у богов гор, набрать целебной воды из ручья, полюбоваться величием мира и заодно — срезанным гигантским ножом участком стены хребта прячущего вершины в тучах. Говорят оттуда и наблюдают боги за людьми. У самого кедра аккуратно разбит очаг с запасом сушняка и двумя искрами богов. Никто не тронет искры богов и погревшись и перекусив у костра уйдёт, пополнит запас соли, подвесив на ветвь кедра в смазанном жире кожаном мешочке. Сакральное место — место силы — место, где человек напрямую чувствует связь со всем мирозданием, а особенно ночью, когда тлеющие головешки костра в бездонной тишине распахивают само мироздание в сердце и тогда боги тихонько манят к недосягаемым светлячкам на небесах.

— Деда, а скажи, это правда, что если хорошенько позвать, то боги откликнуться? — спросил внук.

— Говорят, — ловко уклонился от ответа Саер и уже шёпотом продолжил. — Говорят, что давным-давно здесь жили боги вместе с саблезубыми и ладили, а входили они из оттудова — старик указал на срезанную скалу. — Саер прервал рассказ и прислушался.

— Деда, — вдруг испуганно вскрикнули оба мальчугана. — Боги не приняли наш дар и трясут землю.

И впрямь: едва слышный гул шёл из глубин. Кузнец приложился ухом и тотчас вскочил.

— В повозку, живо! — крикнул он, вовремя придерживав поводья.

Испуганные рехи рванули как полоумные и опрокинули повозку на бок и в этом момент осыпь под обрезанной скалой путников вздрогнула. От её середины, недюжинной силой вышвырнуло сотни тонн камня, выровняв первозданный срез.

— Не двигайтесь, — кузнец прикрыл собой детвору, продолжая следить за завораживающим зрелищем. Из отверзнутой пасти скалы вырвался сноп бурого пламени. Саер вовремя вжался, заслонив мальчиков и зашевелил губами, отсчитывая секунды: камень, величиной с половину реха пролетел прямо над ними, зацепил повозку, а потом ударил грохот звуковой волны.

— Ну вот и ладно, — сказал чужой голос. — А ты — малец, принеси ещё воды.

Кузнец разлепил глаза. У телеги деловито возился чужак, приводя в порядок транспорт. Бородач привязывал кожаными бечёвками вожжей оборвавшуюся ось. Кузнец потянулся к ножнам и застонал от стрельнувшей боли.

— Деда! — внук сидел рядом. — Чужой дядька наказал тебе не двигаться.

— Я наложил тебе шину на сломанное плечо, — неслышно подошёл неизвестный, на вид лет тридцати в кожаном плаще недешёвой работы. Буднично отстегнул флягу и дружественно потянул: — Пей всё. Это сохе. Тебе нужно домой к настоящему лекарю.

— Я не знаю, кто ты, но… благодарю, — прохрипел Саер и бросил взгляд в сторону взрыва. — Боги не появлялись?

— Не видел богов и летающих лодок не было, — чужак всё держал флягу. Кузнец одним махом опорожнил ёмкость, кося на пояс незнакомца с ножом справа и рукоятью меча слева.

— Я воин и шёл в ваш город заработать, — пояснил незнакомец, перехватив взгляд Саера и показал в глухой лес на запад.

— С твоим-то ростом в воины — засомневался, ухмыльнувшись Саер, дав знать что не боится вооружённого чужака. — У нашего владыки солдаты на голову выше тебя.