Чтение онлайн

— Ну, мало ли, может быть в полнолуние на второй месяц високосного года, нда, это меня уже в мистику понесло. Улыбнулся коллекционер.

Сергей еще раз попрощался и покинул квартиру эксперта. Так и не сообщив тому, что он сам все эти изображения звездочек, линий и овалов прекрасно видит.

9.

На вокзале, дожидаясь электричку, Сергей увидел еще одну метку, следующую за женщиной в преклонных годах. Та с деловитым видом катила по перрону сумку на колесиках. И черное пятнышко неумолимо следовало за ней, почти прилипая к спине. «Какая-то ерунда все же», - подумал озадаченно парень, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. Понять, что именно он видит, не мерещится ли все это ему, возможности не было. Поэтому оставалось занять место в вагоне и забыть про женщину с тележкой. Что он и сделал, конечно же. Ему было о чем подумать. О странном медальоне, о Лизе, о реферате. Дождь за весь день так и не прекратился. Росчерки капель продолжали пятнать окно. Осенняя непогода проявляла себя во всей красе. Хорошо, что не снег, снег для его организма, выращенного в тепличных условиях южного солнца, был непростым испытанием. Он так и не привык к вьюгам, снегопадам, скользким ото льда тротуарам и резким порывам студеного ветра.

От нечего делать парень набрал номер Лизы. Та трубку подняла, но заявила, что разговаривать ей некогда. Сергей, разговаривая по телефону, машинально крутил в пальцах медальон, глядя на залитое дождем стекло. Что ж, значит занята делами.

Тогда он просто задремал, привалившись головой к стенке электрички, удерживая круглую таинственную железку в руке. И увидел яркий, детальный, неимоверно реальный сон. Он снова был в стороне в роли наблюдателя. И снова был никому не заметен. Но на сей раз ему снилось сразу двое. Та толстая некрасивая девица, что снилась в прошлый раз и маленькая девчушка, худенькая, как тростиночка. От силы лет восемь. Такая же босая, чумазая и растрепанная, как и толстушка. Только у девочки были светлые волосы. На сей раз, они просто сидели на камне под тенью высокого раскидистого дуба. Сидели и переговаривались, не замечая его присутствия. Наверное, его с ними и не было, роль наблюдателя была ему определена, чтобы не мешать неспешному разговору. «Как думаешь, он точно атокай?» - пискляво вопрошала девчушка, почесывая щёку. «Скоро все станет понятно, но думаю, что это он», - отвечала толстая девица, теребя прядь засаленных волос. «Может быть, мы ему подскажем?» - снова задала вопрос маленькая девочка. «Это невозможно, ты сама знаешь, умение видеть приходит, но понять это человек должен сам», - девушка терпеливо поясняла то, что маленькая собеседница должна была и сама знать. «А вдруг он испугается?» - снова нетерпеливый вопрос. «Тогда он будет некудышный атокай, но нам этого не изменить», - опять терпеливый ответ толстушки. Говорили они не громко, но Сергею отчетливо слышалось каждое произнесенное слово.

Лязгнули двери электрички, вокруг зашумели люди. На этом сон оборвался. Сергей открыл глаза, Создавалось впечатление, что ему показывали фрагменты какой-то давней истории. Ярко, детально прописывая всё. И шелест листвы, и порывы теплого ветерка, и интонации говорящих. Словно это была реальность, подсмотренная Сергеем совершенно случайно. Или же не случайно. Можно было предположить, что атокай - это он сам. Но вот зачем ему быть атокаем, что это означает, опасно ли это? И подсказать они ему ничего не могли. Это было против каких-то правил, которые эти двое знали. И про которые он сам даже не догадывался. Хотя бы пояснили, что означает это их непонятное слово. Нет же, скоро все само прояснится, а так-правила надо соблюдать. Может быть, все же, установить, из чего сделан медальон? Хотя, что это даст? Ну, окажется, что он изготовлен из вольфрама( к примеру). И что? Интереснее было знать, для чего сия вещица использовалась. Кроме того, любопытно было бы понять, откуда в его сны приходит эта девушка со шрамом на щеке?

А еще ему не хотелось стать атокаем некудышным! Ну если уж его призвание – стать атокаем, то почему он должен быть некудышным? Слово то какое противное! Он будет лучшим в мире атокаем, на зависть всем остальным атокаям Вселенной. «Вот словечко привязалось», - усмехнулся Сергей. Еще не известно, имеет ли сиё слово ко мне хоть какое - нибудь отношение. И совершенно не известно, что оно означает. Может быть атокай - это негодяй, маньяк и убийца? Тогда быть плохим, никуда не годным негодяем становилось предпочтительным вариантом. Сергей сидел и улыбался, перебирая слова, созвучные прилипчивому слову. Негодяй, слюнтяй, джедай, лентяй, раздолбай… Вот, два последних - нормально. Лентяй из него может получиться прекрасный. Да и раздолбаем побыть он не против. Все эти унылые заумные запрограммированные люди, которые стремятся купить всеми силами квартиру и машину, влезая в кредиты, они не могли быть раздолбаями. А он - запросто мог. В нем еще не было сформировано и закреплено правило, что в нашем мире лучше не выделяться из толпы.

Мысли Сергея стали лениво кружить вокруг смысла жизни. Ну разве смысл жизни в том, что бы всеми правдами и неправдами обзавестись жильем? Чем больше на связке ключей, тем больше обязанностей, потребностей и забот. Каждый ключ от приобретенных благ добавляет тревог и проблем. Появилась квартира? Начинай обставлять мебелью, делать ремонты, покупать всяческую технику. Обзавелся машиной? Добро пожаловать в сервис на ремонт, в шиномонтаж на смену резины, на заправку. И не забывай оплачивать штрафы в казну государства. А так же налоги на имущество. Дача? Строй забор, баню, копай грядки, покупай гамак, стой в пробках каждый выход. Сейф приобрел? Ну значит ты богатеешь, тебе надо прятать деньги и драгоценности. Опять переживания. Не узнает ли кто, не забыл ли код, какой сигнализацией понадежнее теперь оборудовать свое жилище, исключая проникновение воров? В общем, чем больше ты стремишься к благам цивилизации, тем более тревожной становится твоя жизнь. Но и без достижений науки и техники обойтись в нашем современном мире никак не получалось.

Прошло несколько дней. Сергей привычно таскал медальон в карманах. Не забывая его перекладывать, переодеваясь. Железка не сияла, не жгла руки, не указывала путь. Она просто была круглым загадочным предметом. И он продолжал ясно и отчетливо видеть на поверхности все эти мелкие детальки в виде звездочек, линий, овалов и треугольников. Звонил Пашка, спрашивал про жизнь и про этот талисман. Выслушал все объяснения и коротко сказал: «Да забудь ты про него, ни для чего не пригодная вещица, не трать деньги ни на какие экспертизы». А он и не собирался устанавливать больше ничего, денег на это не было. Просто по привычке таскал вещицу в кармане, привыкнув брать ее порой в руки и крутить в пальцах. Носить не тяжело, есть не просит.

В один из дней Сергея настиг звонок от Лизы.

— Ты куда пропал, жених?

— Да учеба что-то навалилась, тебе самой разве не надо учиться, все же студентам порой не так просто сдать все зачеты и рефераты?

— Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь.

Она процитировала классика и рассмеялась.

— Сергей, ты слышал новость? Запретили по телеку показывать Карлсона. Вот Минкульт отличился!

— С чего бы это? Хороший добрый мультик, классный толстячок с моторчиком, домомучительница с плюшками. Ты ничего не путаешь, ну зачем такой мультфилм запрещать?

— Ты что, Карлсон же мужчина в полном расцвете сил и предлагал Малышу пошалить! Это подпадает под статью Уголовного Кодекса!

Ясно, она снова шутила, что подтверждал ее мелодичный задорный смех, доносящийся из трубки.

— Лиза, где ты все это берешь? Не сама же придумываешь? И когда мы с тобой пойдем обедать?

— Да когда пригласишь, ты же не зовешь, я понимаю, тебе надо накопить денег. Раз в месяц же, так ты сказал. Я вот терпеливо жду, уже почти на грани голодного обморока нахожусь. Допустим, я могу завтра в три там же, в «Приюте»

— Договорились, в три в «Приюте». Я пока бутылки сдам, что бы было, на что тебя угощать.

— Глупый, ты опоздал родиться лет на сорок, что бы сдавать бутылки получить право.

Сергей был доволен. Лиза про него помнила. А то он и вправду что-то забегался с этой учебой. Ну хоть увидит ее снова, поговорят, пообедают. Она была очень красивая и он сам не понимал, что его удерживает от настойчивых ухаживаний. Мечта почти каждого мужчины, а он проявляет нерешительности. Наверное, парень пока не мог понять, как на самом деле она к нему относится. Но ведь что бы это понимать, надо почаще с ней видеться, общаться, гулять, ходить в кино. И все прояснится, станет ясным и очевидным. Действительно, тормоз какой-то. Дожил до того, что красивая девушка сама ему звонит и вынуждает пригласить ее пообедать. Настоящие атокаи так не поступают. Все же запомнилось ему это слово из сна, прилипло, осталось в голове. Хотя , по сути, был это просто набор звуков, в интеренете значения этому термину не нашлось. Гугл настойчиво при поиске предлагал ему варианты - вотакай, атакуй, атакай, атакой.

10.

Ближе к вечеру Сергей направился в магазин покупать себе пуховик. Зима была не за горами, хотелось обновить гардероб. Тем более, что удалось заработать немного денег, перевозя склад мебели из одного ангара в другой. Грузчики с крепкими руками для разовых переездов всегда требовались то тут, то там. Продвигаясь между неимоверного количества одежды разных фасонов и расцветок, он выбрал три пуховика подходящего размера. Магазин был большой, покупателей ходило не так и много. Но и продавцов фактически не наблюдалось. Видимо, на продавцах экономили. Все равно мимо кассы с покупками не пройти. Там охранник, детектор громко пищащий. Сергей прошествовал с дальний угол магазина к примерочным кабинкам, занимая одну из них.

Пуховики ему не нравились. Они делали его фигуру неуклюжей, немного сковывали движения. Сергей раздумчиво примерял первый из выбранных повторно, когда в соседней кабинке кто-то обосновался. «Давай быстрее, пока нас не застукали»,- послышался женский голос. «Да кто нас тут застукает?» - ответил негромкий мужской голос, показавшийся знакомым. Сергей замер, он понял, что эти двое замыслили сделать. В кабинке, находящейся рядом, слышалась возня. Потом до его слуха донеслось явственное причмокивание и сдавленный мужской стон. Черт. Надо было сразу выйти, теперь было крайне не удобно шуметь, мешать. Но и оставаться в кабинке было глупо. И все же он никуда не ушел. Остался, стараясь не шуметь. Остался, продолжая вслушиваться в звуки, доносящиеся из кабинки, стараясь себе представить, что там происходит. Явственное чмоканье, потом протяжный мужской выдох: «Как хорошооооо». Зараза, ругал он мысленно сам себя, понимая всю глупость ситуации.