Чтение онлайн

– Я знаю поэтому и отступил, ведь если я сделаю вместо тебя, ты ведь упрямый человечище, не поймёшь и начнётся эта канитель с самого начала. Что ещё ты осознала? – Мастеру нравилось вдохновение Штирли и позволяя ей говорить он, буд-то по-новому, проживал её и отчасти свой опыт, тем самым добавляя в него мудрости и принятия. Штирли, не догадываясь об этом двустороннем эффекте, сияла внутренним светои и вела свой рассказ дальше:

– Я хочу рассказать тебе, Мастер, хотя ты знаешь об это всё и сам, я видела свой путь так ясно и роль детей моих в жизни моей, так чудесно было узнать… – глаза Штирли горели светом сознания и она поведала Мастеру свои сокровенные осознания о взаимосвязи между ней и близкими.

– Разгул эмоций меня больше не пугает – облегченно выдохнула Штирли, наливая себе ароматный кофе.

– Браво, Пират сознания! Ты скользишь из состояния в состояние, не застревая (как прежде) в них! Ты свободна в выборе и грациозна в выражениях. Мне нравится твоя игра!

– Добро пожаловать к нашему кофейку, – широко улыбнулась наша героиня и достала вторую чашку для Мастера.

Со стороны могло показаться: человек разговаривает сам с собой, активно жестикулируя, гримасничая и смеясь, при этом на стол ставились две чашки и по очереди попивая из каждой, велась неспешная беседа с собой. Но так как встречи с Мастером проходили в основном в домашней, расслабленной обстановке, никто не мог уличить Штирли в раздвоении личности. Хотя, даже если бы и рискнул, от чужого мнения ей не было ни холодно ни жарко, иногда смешно.

Смешила её в основном та помпезная важность, с которой люди произносили умные слова, прячась за чужим мнением, за авторитетностью, властью и силой. Делали они это не от глупости, нет, Штирли ничего не имела против людей и их важной значимости, даже часто кивала головой в знак согласия, сама ведь совсем недавно была такой же…

Ей было грустно, ведь поступая так, люди теряли связь с собой. Страх потерять контроль над ситуацией, и свою собственную значимость подавлял чувствование себя. Очень часто внешние материальные атрибуты служили красноречивым доказательством престижа, важности, крутости и множественно подтверждались большинством, давая ощущение того, что ты представляешь из себя нечто ого-го какое ценное.

– Да мой друг, замечательно, ты способна теперь наблюдать за игрой и она больше не контролирует тебя не вызывает эмоций и не вводит в поток страстей, разрывая на части и пуская в бесконечную гонку за достижениями, которые, как ты понимаешь – иллюзорны. Ты больше не бежишь по колесу, как хомяк и не бьёшь себя лапкой в грудь выкрикивая: „Посмотрите на меня, какая я крутая и успешная“. Пелена гипноза спала с твоих глаз и это то, к чему мы шли все годы и даже жизни. Чувствуешь ли ты теперь себя изобильной? – спросил Мастер очень мягко.

Лицо Штирли засветилось новым сиянием она стала тихой и, буду-то заглянув внутрь себя, произнесла:

– Удивительно то, во что бы я никогда не поверила раньше, хотя и слышала много раз – я чувствую, как движется поток изобилия, он буду-то легкий невидимый бриз проходит сквозь меня, мягко принося в каждый миг всё необходимое. Иногда это материальные вещи, идеи, люди, состояния и желания. Я понимаю, стремясь достичь силовым путём, ты всегда почти у цели, на расстоянии одного вдоха, в полсекунды пути и при этом будущее остаётся в будущем. Позволение меняет картину – не нужно двигаться к желанному, а лишь позволить всему прийти, впустить в жизнь. Да собственно и цель не нужна, важна лишь страсть к жизни и наслаждение каждым её мгновением.

Как же это было трудно, я чувствовала себя просто деревянной пытаясь принять, впустить, разрешить, даже просто расслабить тело не всегда получалось. Какими нормальными казались действия: добиваться, стремиться, работать, требовать, достигать. Знаешь, я уловила движение энергии которое всегда есть, оно, как лёгкий аромат, витает вокруг и нет нужды в старании заполучить, важно лишь быть раскрытой чтобы принять, позволить ему войти в мою жизнь.

Состояние нехватки не возвращается, его нет в моём лексиконе, я в потоке, в котором (ровно в ту минуту, когда оно мне нужно) проявляется всё необходимое. ВСЁ: включая идеи слова, ситуации, людей, отношения в их приятном свободном взаимодействии, энергичность, здоровье и всё материальное, необходимое мне для жизни.

Знаешь Мастер, я даже не называю это деньгами, я поняла, деньги – это преграда (ограниченное условие принятое обществом, как игровое условие) между мной и изобилием. Состояние изобилия – это комфорт данный мне по-праву рождения, по-праву разрешения себе быть, жить. По-мере раскрыть своего истинного бытия и позволение проявлять мои желания со страстью уникального творца, а не только в стремлении овладеть количеством купюр.

Я только не пойму, что теперь они, деньги, мне больше не нужны? Их не будет в моей жизни, я буду обходиться без них? – Штирли наморщила лоб, напрягаясь и пытаясь понять ответ на волнующий её вопрос.

– Не горячись, ты помнишь, как постепенно, шаг за шагом, мы шли меняя твоё сознание? Вот так и сейчас, как только ты будешь готова – знание откроется тебе и не нужно продумывать путь заранее. Не нужно знать ответы наперёд. Не нужны вопросы – просто позволь себе расцвести в своём бытии. И наблюдай – как это будет происходить.

Как многие люди нашего мира, Штирли, набрав с годами вес и пытаясь его сбросить, боролась неимоверно с желанием поесть. Аппетит, как водится, посещал её ближе к ночи.

На ночь буду питаться лишь фруктами и овощами, – решила она. “Ох как хочется сладостей” – тело взывало, но короткая мысль была молниеносно нокаутирована правильной, поддерживающей здоровый образ жизни, мыслью.

Решив вкусить что-то вкусненькое и полезное Штирли взяла гранат. Медленно смакуя каждое зёрнышко, растягивая удовольствие и наслаждаясь, она чувствовала, как янтарные бусинки граната кисло-сладкими брызгами растекались во рту, даруя терпкую негу блаженства… Так приятно… и вдруг, её глаза обнаружили: красные капельки закончились, а желание кушать – нет… Ах какая несправедливость, сетуя, но с надеждой, она отправляется на кухню, в поисках нового фруктового блаженства. Гранатов на кухне не оказалось.

Что порадует меня теперь? Штирли прислушалась к себе. Глаза наткнулись на сладкий пончик, слюноотделение усилилось и вечный вопрос всех времен и народов: “Быть или не быть” ему в моем желудке? – стремительной белкой пронесся в её голове. Метнувшись по кухне в поисках часов: "а может ещё не поздно“ – мелькнула мысль-надежда.

"Съешь меня, съешь“, – раздался тихий, но проникающий во все клетки тела, голос пончика.

Часы показывали 23:40

Мозг взбунтовался и закричал: "уже поздно, но мне все равно, я умываю руки и иду спать".

"Спи мозг, спи, вторили ему, пробужденные запахом пончика, все до единой клетки тела." Голос их был смирен и тих, но полон надежды.

Единственная группа клеток – жировые – не намереваясь молча ожидать своей участи, быстро взяли быка за рога, они так подействовав на желудок, что тот закричал, заурчал, заскрипел и чуть не захлебнулся в собственном соку.

Штирли, почуяв нутром неладное, схватив правой рукой мандарин, а левой прихватив грушу – метнулась к кровати. Съедая свои припасы в темноте, она призывала сон, в котором мечтала забыться, чтобы только утром возобновить мысли о сладком круглом пончике, который уютно колечком, так и остался лежать на кухонном столе…