Чтение онлайн

В них простой, до элементарности, ответ. Разгадка секретов белокурых ангелов с тяжелым взглядом капрала, в жизни которых всё, что происходит, происходит не просто так, а для того, чтобы после этой минуты ничего не осталось по-прежнему, голые воспоминания разве.

Вы заранее победите, предотвратив ситуацию, когда с губ слетает: «Ох!»; тогда и вы, и ваше чадо будете парить над миром, а не ковылять, отягощенные мыслями: «Что не так?» Тогда не придется держать дистанцию на одной обесцененной лексике.

...

Никогда не жалейте человека, у которого были и есть родители.

Эй, это Я, когда мне было пятнадцать: я вернулся, что-то забыв, взмыленный, домой и увидел, как мама с папой танцуют, при нас они стеснялись.

Я снова и снова закрываю глаза, вызывая из неостывшей памяти их лица, папину улыбку и мамин смех.

Не спрашивайте меня, как я умудрился в телецентре не стать законченной свиньей.

P.S. Всякий раз, когда я думаю о родителях, я не могу побороть желание заплакать.

Но это светлые слезы.Мне же нужно язык отрезать!

– Ты работаешь в Киеве, потому что на российское ТВ больше не пускают?

– В России у меня пауза. Был период невостребованности после того, как я на Первом канале выругался матом (это случилось в 2004 году во время трансляции «Евровидения». – Прим. Star). Месяцами не звонил телефон… Ощущение своей ненужности просто убивало. Со мной не хотят связываться: я часто провоцирую людей, мне же нужно язык отрезать!

– Значит, время тебя не лечит?

– Все по-прежнему считают меня редким подонком. Но это не мешает мне быть везде как дома. Моя колхозная манера поведения, сдобренная доброжелательством, никогда не встречает сопротивления ни в одном месте. Дурака я валяю, мой друг.

– Не обижаешься, когда тебя называют клоуном? – Обижаюсь?! Я горжусь! Моя мама – пусть земля ей будет пухом – была настоящим коверным: считала необходимым всем поднимать настроение. В 57 лет, случайно попав в знаменитый московский клуб «Метелица», она обвела глазами публику и резюмировала: «Злые все!» Потребовала микрофон и тут же объединила людей, столы, и началось веселье. Управляющий клуба подошел ко мне: «Можно ваша мама будет у нас работать?» Она не согласилась, у нее же семья, нас девять детей!

...

У меня мамины глаза, волосы, но, к сожалению, нет ее умения влюблять в себя людей.

– А хочется?

– Еще как хочется! Я стараюсь. Но мама всегда говорила: «Ты не можешь о себе заявить! В Кутаиси ты был веселый, а в Москве как замороженная рыба». На все мои робкие возражения, что меня считают скандальным и эпатажным enfant terrible, она только смеялась. Меня это подстегивало. В шоу-бизнесе выживает тот, кто понимает, что он клоун. И при этом не переступает грань, за которой дуракаваляние переходит в юродство.

Готов унижаться ради детей!

– Тебе идет пятый десяток. Чего в жизни уже никогда не будет?

– У меня уже не будет больших денег. Никогда не будет яхты. И в журнале «Форбс» я не появлюсь. Ну и ладно, свобода дороже! Тем более у богатых нет ни семьи, ни друзей – ничего, что по-настоящему ценно.

– А у тебя это все есть?

– У меня всего четыре друга, которые идут со мной еще из старой жизни. В шоу-бизнесе дружить ни с кем нельзя. Вот и Киркоров мне говорит: «Я все понимаю, но как горько, когда предают друзья». Правда, встречаются люди, которым я благодарен. Когда в 1995 году родилась моя старшая дочь Даша, у меня не было денег на такси, чтобы забрать ее из роддома. И тогда мега-популярный Александр Барыкин, царствие ему небесное, сел за руль своей черной «Волги» и поехал со мной. А еще он сунул мне денег в карман – незаметно, чтобы я, грузин, не оскорбился…

– Ты вот уже шестой раз женат…

– Нет, официальный брак у меня был всего один – с Машей Якимовой. Остальное – гражданские браки, в которых рождались дети. Их у меня семеро. Сейчас я живу с Олей Фроловой. Она хочет, чтобы мы расписались. Это самый болезненный момент наших отношений. Понимаю, что обижаю хорошую девушку, но я дико боюсь снова идти в загс.

– Так не понравилось быть женатым человеком?

– О бывших женщинах я говорю или хорошо, или никак. Если ты предъявляешь претензии к той, которая девять месяцев под сердцем носила твое дитя, ты чмо и ублюдок!

В моем единственном браке все начиналось красиво. Помню день, когда мы расписывались с Машей: шел дождь, и мы танцевали под ним во дворе. Ради нее мотался по разным городам, за 500 долларов вел какие-то презентации. Я маниакально много работал и построил для семьи пятиэтажный дом в подмосковном поселке Булатово. Мы прожили вместе около 10 лет…

– А потом она из ангела превратилась в ведьму?

– Нет, просто у Маши появилась на стороне какая-то голливудская история, я стал ее раздражать, мы ругались. Однажды вечером наш сын Федор, ему года два с половиной было, полез в холодильник за сосиской. Кушать хотел, а Маша его ударила по лицу. Был конфликт, и она сказала мне: «Да пошел ты! Ты здесь лишний». Когда мы разводились, в зале суда услышал, что я – ничтожество. Было невыносимо больно, я плакал на глазах у всех. Для грузина разрушенный брак – это конец жизни! Но самое страшное, что дядю Федора, ему седьмой год идет, я уже несколько лет не вижу. Я готов унижаться, лишь бы общаться с ним, но Маша не дает.

Я переборщил, обеспечивая свою родню.

– А как складываются отношения с остальными детьми?

– Мои 13-летние близнецы Георгий и Николоз живут в Киеве, могли бы видеться, но их мать тоже не хочет, чтобы я с ними общался. С остальными встречаемся: собираю их где-нибудь на семейный обед в ресторане и под соусом «хи-хи-ха-ха» веду нравоучительные беседы.

– Дети все в папу?

– В каждом есть что-то от меня, видимо, отношение к жизни через гены передается.

...

Спрашиваю Николоза: «Зачем ты всех смешишь?» Он удивляется: «А чего они грустные ходят?»

Он чувствует свою миссию, и я невероятно этим доволен. Младший Даниил вообще чистый слепок с меня, такой же искренний. Приходит к нему сестра Даша в гости, он к ней подбегает: «Машинку принесла?» И если нет, сын сразу спрашивает: «Пап, когда она уйдет?»

– Алименты всем детям платишь?

– Для меня важно, что они едят на завтрак, во что одеты. Поэтому и детей всех содержу, и их мамам помогаю, когда могу. Вот сейчас одна из бывших звонила: она в Ростове разбила машину. Я очень ее обижал, поэтому буду всегда решать ее проблемы и давать деньги.

– Говорят, ты еще и кучу родственников в Москве содержишь?

– Болезненная тема. Многие годы я полностью обеспечивал 24 человека – кормил, поил, снимал всем жилье. Пятеро наконец-то нашли работу, остальные пока висят у меня на шее. Я переборщил, но не умею говорить «нет» семье.