Я иду домой
Шрифт:
– Пошлина только с торговцев, - прокуренно объяснил он в ответ на удивленные взгляды.
– Покупателям свободно. Покупатель нынче не тот пошел, - глядя уже в сторону, добурчал он.
– Перестали ходить в Сходку, предпочитают отлавливать караваны за воротами и на пустоши. А без покупателя и торговец перестал ходить, прямо беда. Так и прогореть можно, верно?
– Верно, - вежливо ответил Джонни за всех, и они вошли в ворота, которыми Сходке служил древний, но еще не ржавый контейнер.
Внутри было люднее, чем это казалось снаружи. Райвен и Хантер опытным взглядом сразу определили несколько баров, оружейных магазинов и складов с продуктами. Джонни на какое-то время показалось, что он вернулся в Бурб - те же палатки и прилавки с самыми разными товарами. Правда, в отличие от прошлого места, здесь все было организованнее. Или просто так казалось после двух дней, проведенных в пустошах. А может, сейчас он был не один, и это придавало большей уверенности.
– Ну?
– Хантер смотрел на своих спутников выжидательно.
– Что - ну?
– первым не выдержал Рик.
– Ну, у кого-нибудь из вас есть здесь какие-нибудь дела, или будем устраиваться на ночлег?
– миссионер махнул рукой в сторону, где, судя по мелким палаткам и раскатанным возле костров одеялам, а также внешнему виду их хозяев, было "спальное" место всех несостоятельных посетителей Сходки.
– Мне бы найти работу, - глухо проговорил Хесс, голова которого по-прежнему раскалывалась от боли.
– Но этим я займусь завтра. Сейчас нужно прилечь.
– Разумно, - Хантер поддернул на плече рюкзак, и вопросительно взглянул на Райвена.
– А ты, звездочка? С нами?
– Разумеется, - кивнул Рик, - пока совсем не стемнело, хочу походить-посмотреть что тут продают, какие цены, где что и почем... Ну, а как стемнеет - я слышал греющие мое сердце звуки, оттуда...
Он показал в сторону небольшого здания, над которым виднелась вывеска со стилизованным изображением двух игральных костей.
– Поиграю, если накатит - то и заработаю немного, а потом можно будет и отдох...
– Черт меня возьми, это же Рикки Райвен!
– послышался чей-то удивленный и громкий голос.
Они повернулись и увидели владельца голоса. Им оказался высокий и очень худой пижон в ярких шмотках. Он говорил громко, так, что было слышно на всю улицу. Видимо не привык стесняться никого.
– Чувак! Твои фильмы - это класс! Ты крут! То, что надо! Эй, меня зовут Долговязый Пол. Чувак, у Долговязого Пола есть то, что тебе точно понравится! Приходи. Мои девочки - просто высший класс! У меня, кстати, даже стоечка с твоими фильмами на продажу стоит. Подпишешь парочку дисков? А я тебе скидку устрою, идет?
– Я передумал насчет отдыха, - сказал Рик спутникам.
– После игры схожу развеюсь чуток. Джонни, тебе не предлагаю, ты через пару часов не то, что член, веки не поднимешь. Хотя, если тебе очень хочется - могу поделиться своим "джутом", он лучше "вышибалы" - до утра будешь как новенький!
– "... бойтесь более Того, Кто может и душу и тело ваши погубить в геенне..." - глядя в землю простонал Джонни, прижав ладони ко лбу и потряхивая головой как при очень сильной боли.
– Чего?
– не понял Рик.
– Иди ты в задницу со своим джутом, вот чего, - мрачно велел Хантер, и Хесс кивком посильнее подтвердил правильность перевода.
– От Матфея, глава десятая, стих двадцать восьмой. Не видишь, что с ним творится? Думаю, он еще долго не возьмет твоей гадости в рот.
– Не обязательно в рот, - Райвен пожал плечами.
– Можно нюхнуть, или закурить, можно в вену или в палец... Ну, как знаете. Мое дело предложить. Я пошел.
Сопровождаемый говорливым Полом он действительно отправился в сторону увеселительных заведений. Хантер бросил ему вслед долгий взгляд.
– Надеюсь, он там не наломает дров.
... Джонни не помнил, как он добрался до спального места. Едва успев расстелить свое одеяло, рухнул на него, как подкошенный, и больше уже не вставал. Свирепая боль в голове тут же стала слабее, как будто только и ждала момента, когда он сдастся, и Джонни провалился в блаженную дремоту. Последним его воспоминанием было обращенное к нему освещенное светом чужого костра лицо миссионера, на котором застыло странное выражение. Какое именно он уже не в силах был разобрать. Миг спустя он уже спал глубоким и крепким сном.
***
Пробуждение было приятным. Солнце ласково пригревало сверху, но еще не пекло,
так как утро было ранним. Джонни приподнялся и сел, поджав ногу. К его облегчению, опухоль спала, и вывихнутая лодыжка приобрела свой прежний здоровый вид. Осторожные ощупывания ни к чему не привели - боль утихла и, похоже, насовсем. Хесс уже собрался было поделиться этой радостной новостью с товарищами, когда обнаружил, что у потухшего за ночь костра он остался один. Ни Райвена, ни Хантера рядом не наблюдалось.
Хесс поднялся и свернул одеяло. Он не тревожился - старший товарищ мог, проснувшись пораньше, отправиться по своим делам - пройтись по торговым палаткам, а то и с утра пораньше пропустить стаканчик в салуне. А то, что не осталось даже вещей - так не оставлять же вещи под охраной спящего мертвым сном малыша Джонни. Что касается Рика Райвена, Хесс сильно подозревал, что тот так и не возвращался из "гостей" своего нового приятеля Пола и его можно будет найти в упомянутом "заведении".
Хесс не ошибся. Райвена он увидел издалека. Рик, пошатываясь, спускался по ступенькам "заведения" Пола и на губах его играла блаженно-отсутствующая улыбка.
– О, мистер святоша, - издалека поприветствовал он Джонни на всю улицу.
– Тебе все-таки стоило пойти со мной вчера. Если бы ты знал, ЧТО ты пропустил!
– Хантер ушел, - не стал поддерживать тему Хесс, успевая поддержать оступившегося Рика.
– Нигде его не видно.