Чтение онлайн

Машина была обычной, черная «эмка». За рулем сидел водитель в стандартной форме красноармейца РККА. Быстро выскочив, он открыл заднюю дверь и совместно с майором помог мне устроиться. Придерживая лежавшие рядом костыли, я спросил, когда они уселись по своим местам впереди:

— Сперва в Центр? Или ко мне на квартиру?

— В Центр. Там тебя ждут.

— Хорошо. Кстати вы в курсе что я обещал Семёну Алексеевичу завтра прибыть на аэродром где проводятся испытания новых машин?

— Да, уже все обговорено. Нас там ждут в одиннадцать дня.

— Ладно. Посмотрим, что принесет сегодняшний день, а уж после будем думать о завтрашнем.

— Это кто сказал? — заинтересовался майор.

— Я. Только что. Вы что, не слышали?

— А, нет. Я думал ты как обычно цитируешь кого-то.

— На этот раз нет. Просто в голову пришло.

— Понятно. Ваня, поехали, — скомандовал майор водителю.

С удобством откинувшись на спинку сиденья, основательно повозившись, устраиваясь по удобнее, я оттянул борт пиджака, осмотрел черное пальто, и спросил:

— А кто одежду покупал?

Архипов обернулся, оглядев меня, поинтересовался:

— Что? Не по размеру?

— Да нет. Нормально, это и странно. Мерки то с меня никто не снимал. Вот и удивляюсь.

— Глаз-алмаз. Это я не про себя. В госпиталь приходил человек из кремлевской портной мастерской, и осмотрел тебя, когда ты выступал в прошлый вторник.

— Это что? Они получается сшили костюм, пальто, подобрали шляпу и ботинки за три дня?! — искренне удивился я, поглядев на одиночный лакированный ботинок. Оттянув галстук, сделал его посвободнее.

— Получается так, — согласился майор.

Дальнейший наш путь прошел в легкой беседе. За время нашей беседы, я выбил себе сутки на осмотр и ознакомление с квартирой. Время поездки длилось почти два часа, мы выехали за город, и поехали по одной из оживленных магистралей. По крайней мере машин на ней было довольно много. В основном грузовики, были и легковые но, мало. Причем все почему-то ехали от города, и всего лишь пара машин державших путь к Москве. Понять, что происходит, труда не составило, особенно когда увидел дорогое пианино в кузове одного из ЗИСов. Однако Архипов был удивительно спокоен, что меня изрядно удивило. На мой вопрос он удивленно поднял брови и ответил, что это идет эвакуация организации первой категории. Мысленно гадая, что это за первая категория, я подумал, что массовое бегство из Москвы еще не началось, если вообще начнется. Немцы по сравнению с моим временем были далеко от сердца страны. И вряд ли у них теперь будет шанс взять, или хотя бы дойти до города в этом году. Непонятно только почему идет эвакуация? Видимо Архипов что-то знал об этом, но молчал.

Близились холода. Даже сейчас в середине октября и то было довольно холодно. Я слегка замерз, пока ковылял весь мокрый к машине.

«Вот интересно, а то, что Павлов не расстрелян, как-то отразится на ходе войны? Нет, его конечно отстранили с понижением должности, но все что мог он сделал. Это понимали даже недруги. Сейчас Западным фронтом командует генерал-полковник Кирпонос. В отличие от моего мира живее всех живых. А Ленинград? Там как? Вон Архипов как мрачнел, когда я спрашивал про город. Его хоть еще не окружили, но, похоже, все к этому близиться. Часть войск, что смогли пробиться из-под Киева, отправили туда. Помогут они? Должны. Блин, как же плохо быть раненным, так охота обратно в небо, снова бить ненавистные самолеты с крестами. Эх…»

— Приехали. Просыпайся, — растолкал меня Архипов.

Зевнув я приоткрыл один глаз и посмотрел на корпус здания из красного кирпича у которого мы остановились. Посмотрев на часы, определил, что успел покемарить всего минут двадцать. От города мы отъехали километров на двадцать-тридцать не больше. Местные автомашины почему-то быстро не ездили. Шестьдесят километров в час это их потолок. Нужно будет как-нибудь проверить смогут ли они быстрее.

— Уже приехали?

— Ага. Кстати, нас ждут.

С помощью двух подбежавших лейтенантов с повязками помощников дежурного меня извлекли из машины и поставили на ноги. Мы находились в небольшом дворике окруженным со всех сторону зданиями с аркой в одном из них. У входа с колоннами стояли две машины. Полуторка и форд, если не ошибаюсь. Судя по виду дворика вряд ли это парадный вход. Архипов в это время разговаривал с крупным слегка сутулым мужчиной лет сорока ближе к пятидесяти в генеральской форме. Когда он обернулся ко мне, в синих петлицах мелькнули звезды генерал-майора.

«Местный начальник. Сто пудов».

Осторожно, стараясь не скользить костылями по мокрой брусчатке — видимо недавно прошел дождь — направился к беседующим командирам. Однако они сами подошли ко мне. Лейтенанты шли по бокам рядом со мной, страховали от падения.

— Здравия желаю, товарищ генерал-майор! — вытянувшись гаркнул я.

— Ну здравствуй. Герой!

— Вячеслав познакомься. Начальник Центра Боевой Подготовки генерал-майор Иволгин. Аркадий Петрович, — представил меня Архипов.

— Капитан Суворов. Вячеслав Александрович, — пожал я крепкую сухую ладонь генерала.

— Да уж знаю, — пророкотал он с любопытством разглядывая меня. Видимо и его поразил мой возраст. Я хоть и выгляжу немного старше семнадцати. На восемнадцать с половиной, все равно привлекаю к себе внимание.

— Вам товарищ капитан нужно выступить перед всем наличным составом Центра. Туда входят и курсанты, проходящие переподготовку, так и инструкторы Центра. Выступление запланировано на час дня, то есть через час. А пока пройдемте ко мне в кабинет. Будем знакомиться, — сказал генерал, и мы направились вслед за ним, под топот каблуков сапог по брусчатке, и стук костылей.

В кабинете генерала под звон стаканов с чаем мы с интересом пообщались с ним. В кабинете кроме нас с Архиповым и генерала присутствовал и заместитель Иволгина полковник Иващенко. По просьбе Иволгина я рассказал составленный мною план знакомства с курсантами и цель лекций. Иволгин несколько удивился что я приехал без подготовленного текста выступления. Но я успокоил его сказав, что все что нужно у меня в голове. После чего стал пояснять свою речь. Как только я закончил, генерал откинулся на спинку сиденья и с интересом посмотрел на меня.

— Занятно, — только и сказал он.

Актовый зал в этом Центре по моим прикидкам мог вместить в себя не меньше двухсот человек. Было около ста пятидесяти. Невысокая сцена с трибуной посередине. На стойке трибуны закреплен микрофон, графин с водой и стакан тоже присутствовали. Рядом стояло кресло с еще одним микрофоном. Видимо его приготовили для меня. Рядом на стуле стоял такой же графин с водой.

Вместе с генералом мы вышли на сцену, где Иволгин представил меня собравшимся летчикам. Не думаю, что это было нужно, просто так положено.