Чтение онлайн

Раян разворачивается и несёт меня в нашу спальню. Целует и гладит спину, опускаясь пальцами все ниже. Расстегивает мои штаны и поднимает футболку, но я словно плыву на мягком облаке, голова кружится и наполняется туманом. Ещё пара выверенных движений и я осознаю себя уже лежащей на кровати, голой и уязвимой. Раян нависает сверху и придавливает меня собой. Расталкивает мои ноги в стороны и прижимается горячей головкой к входу. Это резко ударяет отрезвляющей волной по вискам.

— Раян, подожди, — испуганно шепчу я, но он не слышит и толкается бедрами вперёд.

Из моего горла срывается хрип боли, а Раян потрясенно застывает.

— Эвелин?

Я рваными кусками выталкиваю выдох, сжимаю и разжимаю слезливые веки, видя его перепуганное лицо. Но уже поздно. Поздно возвращаться назад.

— Молчи, Раян, — хриплю я, пытаясь ослабить давление внутри.

Он смахивает слезинку, скатившуюся к виску, и толкается в меня глубже, осторожно растягивая.

— Ты не была с ним, — хрипит мне в губы. — Ты не была с ним.

Он рычит и заполняет меня на всю длину, продолжая двигаться. Сначала пытается сдержанно, но его выдержка быстро летит к чертовой матери. Он грубеет и ускоряется, мне больно, но между ног становится так влажно, что едва не течет. Его толчки издают громкие топкие звуки и вырывают крики из моего горла, но Раян ловит их жадными поцелуями. Он вбивается в меня с таким рвением и голодом, что мой мозг в буквальном смысле перестает соображать. Боль утихает совсем неожиданно и сменяется забытой жаждой наполненности. Раян рычит, скручивая набухшие соски, и я чувствую, как теплая влага течет по моей груди за секунду до того, как я вскрикиваю, забившись в ярком оргазме. Я едва соображаю, что он кончил за мной и мне становится как-то странно легко.

Словно сквозь толстую вату до меня вдруг доносится громкий детский плач и я вижу, как глаза Раяна потрясенно распахиваются. Из моей груди вырывается слабый протестующий полустон, но на большее меня не хватает. Разум плывает в темноту и сознание срывается вниз, успевая забрать в неизвестность его окаменевшее вдруг лицо, свирепо раздувающиеся ноздри и потемневший яростной ненавистью взгляд.

9

Сознание ко мне возвращается медленно, короткими крупицами света. Я не сразу осознаю, где я и что происходит. Понимаю только, что детского плача больше нет.

Я слышу лишь тишину.

И тогда память возвращает всё на свои места.

Я с резким вдохом дергаюсь вверх, но меня пригвождает обратно режущий сталью взгляд.

— И когда ты собиралась рассказать мне? — звучит по комнате металлический голос.

Я ошеломленно расширяю глаза, теряя дар речи. Обнаженный до пояса Раян стоит и держит на руках сладко спящую Мию, пропаливая меня требовательными зелёными глазами.

Вместо слов с моих губ срывается только хрип. Господи, это случилось! То, чего я так боялась… Отрицать, что Мия его, теперь будет просто глупо.

Я вяло сползаю на край кровати и свешиваю ноги вниз, придерживая на груди одеяло. Замечаю, что все ещё нахожусь в нашей спальне. Там же, где стоит кроватка Мии, которую… Раян перенес сюда?

Пелена дурмана падает с глаз и я осознаю, что между нами произошло. Господи, что я наделала?

С горла вылетает дрожащий вздох и на глаза наворачиваются слёзы. Я зажмуриваюсь и с горечью глотаю ком, а в следующий миг ощущаю возле себя слабый порыв воздуха. Разжимаю слезливые веки и вижу Раяна, опустившегося передо мной на корточки. Его пальцы поглаживают мои бедра, а глаза обеспокоенно шарят по лицу.

— Эвелин, что такое? — следов металла в его голосе больше нет. — Я навредил тебе?

Я смыкаю губы и отрицательно качаю головой. Сказать по прежнему ничего не выходит. Чувствую непривычную слабость в теле и между ног все ноет, но знакомое кряхтение малышки заставляет быстро переключиться.

— Мне нужно покормить ее, — едва выдавливаю из себя. — Раян, пожалуйста, выйди, — сухо прошу я.

— Нет, — звучит безапелляционное.

Раян поднимается и подходит к кроватке, наклоняется и вновь берет дочь на руки. Прижимает к обнаженной груди и я волнительно задерживаю вдох, обнаруживая, насколько она выглядит маленькой в его больших руках. Я моментально подначиваюсь, но напряжение быстро сходит, потому что он держит ее так, словно хрустальную вазу, которая может разбиться от малейшего неточного движения.

Раян возвращается и садится рядом со мной. Я принимаю дочь в свои объятия и обречённо выдыхаю, понимая, что выбора особо у меня нет. Я не могу расслабиться, зная, что он будет смотреть, как я кормлю Мию. Но разве он оставляет мне право решать? Сквозь неловкость я приспукаю одеяло, обнажая грудь, и малышка тут же реагирует, радостно закряхтев.

Она быстро находит сосок и опускает пухлые пальчики на грудь, начиная увлеченно сосать. Сначала впивается сильно, но через минуту успокаивается и закрывает глазки, продолжая есть.

Я вдруг слышу прерывистый выдох рядом. Сама закрываю глаза и сглатываю, а внутри зарождается странное волнение. Что он сейчас чувствует, видя это? Вдруг его это оттолкнет?

Вместо ответов на свои беззвучные вопросы я ощущаю мягкий поцелуй, опустившийся на шею. Разжимаю веки и опускаю взгляд, неосознанно задержав дыхание.

Ладонь Раяна поддерживает головку малышки, нежно гладя большим пальцем щёчку, а губы продолжают целовать меня, прокладывая дорожку вдоль шеи.

— Я подумал, что это его ребенок, — выдыхает мне в кожу горячим воздухом, переполняя мурашками. — Знала бы ты, что я чувствовал в тот момент… Убить его хотел.

По моему телу проходит ледяной озноб от того, как прозвучали последние слова. Я вспоминаю момент, перед тем как потеряла сознание, и пазл идеально складывается. Так вот почему Раян смотрел с такой яростью! Его ненависть была направлена не на меня, а на Себастьяна.

Имя жениха словно ударяет молотом по голове. Я испуганно дёргаю голову к Раяну, но он вдруг пивается в мои губы таким жадным поцелуем, что голова взрывается головокружением. Мысли тают и тело покрывается дрожью, пытаясь задавить мысли о Себастьяне. Раян насилу отрывается от меня и тяжело дышит.

— Спасибо за дочь, — благодарно выдыхает мне в губы, отчего у меня сводит дыхание.

Я, словно завороженная смотрю в его глаза. На секунду мне кажется, что лёд тает и зелень становится ярче и теплее. Но в следующий миг раздается сопение малышки, разрушая момент, и я часто моргаю, а затем смотрю на уснувшую малышку.

— Дай мне ее, — требует Раян и я подчиняюсь.

Он забирает дочь и поднимается, медленно ложа ее в краватку. Я навостряю дыхание, наблюдая, как изгибаются мышцы его крепкой спины, когда он наклоняется над кроваткой. Переживаю, что дочь проснется и начнет плакать, требуя меня, но вместо этого комнате раздается телефонный звонок. Я озадаченно замираю в первые секунды, прежде чем соображаю, что это звонит мой телефон. Раян застывает на секунду, но быстро отмирает, продолжая укладывать малышку.

Я встаю, придерживая на груди одеяло, и тянусь к тумбочке, где лежит мой телефон. Я точно знаю, что оставляла его в другой комнате, но решаю сейчас не акцентировать на этом внимание. Но стоит мне только взглянуть на имя звонившего, как мысли простреливает ядовитой стрелой.

Себастьян.

По позвоночнику ползет колючий шар. Он ведь должен вернуться сегодня! Что, если он приходил? Или прямо сейчас стоит под дверью?

Я бросаю глубоко растерянный взгляд на Раяна, и он, кажется, все понимает без слов. Поджимает губы и кивает, возвращая глаза к заворочавшейся дочке: