Чтение онлайн

В темноте все чувствуется ещё сильнее, ещё ярче, ещё свободнее.

Мне хорошо. Мне так, так хорошо с ним. Я чувствую невероятное блаженство.

Сейчас не просто секс. От страсти, которая была утром, не осталось и следа. Сейчас нежность, любовь и осязаемость. Здесь только он и я. Наша любовь.

Я провожу ладонями по влажной от лёгкого пота спине и на пути сгибаю фаланги пальцев. Чувствую приближение оргазма и цепляю короткими ногтями кожу, закатывая глаза от удовольствия.

Раян закрывает ладонью мой рот, глуша стон, и прислоняется своим лбом к моему. Немного ускоряется, создавая лёгкий скрип кровати, отпускает мой рот и влажно целует, совершая несколько особенно сильных, путаных толчков, распирающих меня изнутри.

Приглушённый мужской стон вливается в мои уши медом, лаская, будоража каждую точку тела. Его плоть горячо пульсирует и в тот же момент мою промежность обжигает горячей спермой. Раян не прекращает двигаться, но его толчки становятся более сбивчивыми и постепенно замедляются, пока он не замирает, стягивая мою кожу влажным прерывистым дыханием. Дав себе и мне пару секунд, Раян отстраняется и перекатывается на другую сторону кровати.

Я ощущаю, как из меня вытекают горячие струи, обжигая кожу, но даже не думаю вставать, чтобы отправиться в ванную. Чувствую себя слишком усталой.

— Мы не подумали о защите, — захрипшим голосом говорю, подтягиваясь ближе. — Мне рано ещё рожать.

Раян издает хриплый смешок.

— Прости, — целует в макушку и обнимает, позволяя устроиться на его груди.

Я не отвечаю, ведь хорошо помню, что он не любит использовать защиту. Ощущения на те. Именно поэтому у нас получилась Мия, наш маленький любимый цветочек, который сладко спит сейчас, видя во сне розовых слоников.

Его запах и мягкое поглаживание по спине действует, словно хорошее снотворное. Я утыкаюсь щекой в его грудь, положив рядом ладошку, и с лёгким сердцем засыпаю на груди своего мужчины, заключённая в сильные, надёжные объятия.

* * *

Утром я просыпаюсь как обычно ни свет ни заря. Сладко потягиваюсь и кручу голову по сторонам: Раяна нет.

В комнате едва рассветает, блеклый свет восходящего солнца блекло просачивается сквозь окно. Уже на рефлексе первым делом заглядываю к Мие. Спит.

Она у меня в целом послушный ребенок. Мне не на что жаловаться.

Помню, как одно время, начитавшись всяких форумов, я дико переживала о том, что не справлюсь. Придется полностью забить на себя, — такой вывод напрашивался из сотни рассказов молодых матерей. Не знаю, как насчёт остальных, но я самая счастливая мама. Да, есть свои сложности. Многому пришлось учиться самостоятельно, первое время даже наказывала истерика. Но оно того стоило. Я больше не представляю своей жизни без своей дочки. И любимого.

В ванной соскарбливаю с кожи засохшие дорожки нашей страсти и быстро-быстро привожу себя в порядок. Вместо халата одеваю свою повседневную одежду и выхожу. Ноги конечно же ведут меня на кухню.

На пороге я останавливаюсь и прислоняюсь к косяку, прокусывая губу, когда вижу его. Раян стоит перед столешнице, перекладывая из сковородки яичницу. Рядом с тарелкой, стоящей на подносе, дымится чашка свежего кофе.

Он приготовил мне завтрак в постель!

Довольная улыбка сама по себе просится на волю. Хочется быстрее приблизиться и прижаться к нему поцелуем. Но я заставляю себя ещё немного задержаться. Мой взгляд проходится по голой спине, где четко виднеются следы ногтей. Четыре красные линии тянутся от центра к левой лопатке. Я его пометила. Не знаю почему, но этот факт будоражит.

Подхожу на цыпочках и останавливаюсь позади, проскальзывая ладонями на твердый горячий живот. Раян вовсе не удивляется моему появлению, подводя последние штрихи над своим кулинарным творением.

Целую между лопаток и трусь носом о теплую кожу. Не удерживаюсь и покрываю поцелуями царапины, входя во вкус.

— Эви, ты должна прекратить, — наконец шумно вздыхает он. — Иначе позавтракаешь ты ещё не так скоро.

Я тихо смеюсь и действительно прекращаю целовать, но оторваться от него не могу. Утыкаюсь щекой в спину и крепко обнимаю, зажмуривая глаза.

— Я боялась, что проснусь, а тебя не будет рядом, — признаюсь на выдохе.

Ощущаю под щекой перекатывание мышц и маленькое сдвижение. Раян размыкает мои руки, а затем разворачивается, впиваясь в меня немного нахмуренным взглядом.

— Куда по-твоему я бы ушел?

— Я испугалась вчера, — тихо выговариваю, не отрывая от него глаз.

Едва зарождающееся напряжение схлынивает с его лица, оставляя место странному облегчению.

— Малыш, не забивай себе голову, — мягко говорит Раян и, поддев пальцем мой подбородок, быстро целует в губы. — Я вернусь к тебе всегда, тем более, теперь у меня есть не одна, а целых две причины вернуться, — на его губы пробивается улыбка.

Я молчу, задумчиво разглядывая его красивое лицо.

Мне бы потребовать от него объяснений, выжать всю правду, возможно, даже закатить скандал хотя бы на почве вчерашнего случая, но я не могу. Он сказал, что чистый… Это воспоминание почему-то именно сейчас врывается в голову. Может, глупо, но я просто ему верю. Потому что очень люблю…

И, словно отрезвляющий хлопок, в следующий миг по воздуху раздается громкий плач. Я соображаю первая, судя по тому, как лицо Раяна озадаченно вытягивается.

— Мне интересно… — склоняю голову набок и растягиваю губы в хитрой улыбке. — Твой мир сильно перевернется, если я скажу, что ей нужно поменять подгузник? — мой взгляд озорно взблескивает, и Раян кажется понимает мой намек, так как его глаза тут же в ужасе распахиваются.

— Нет, — о, это выражение лица!

— Да! — заливисто смеюсь я и тяну его крепкие ладони за собой.

* * *

Короткий шлепок салфетки о корзину и протяжный выдох разрушают условную тишину комнаты. Раян выпрямляется и поворачивается ко мне.

— Все? Я прошел тест на отцовство?

Я прищуриваюсь с уложенными на груди руками, переводя взгляд между ним и дочерью, словно строгий преподаватель на экзамене.

Глаза Раяна распахиваются шире, а дочь начинает гулить, вновь требуя к себе внимания.

Я вздыхаю и слегка сдвигаю ладошками его в живот, заступая место у пеленального столика. Дочь радостно смотрит на меня и издает довольное кряхтение, активно дёргая ручками и ножками.

Я невольно улыбаюсь. Для первого раза очень даже хорошо!

— Это всего лишь его крошечная часть, — вещаю я, заканчивая начатое. Осторожно поворачиваю дочь с боку на бок и расправляю чистый подгузник, надежно застегивая липучки.

Раян измученно стонет, а я наклоняюсь, с улыбкой целуя дочь. С любовью смотрю на нее, поглаживая нежный животик, и затем выпрямляюсь к нему, даря короткий поцелуй в губы.

— Привыкай, папаша, — усмехаюсь ему в рот. — В следующий раз будешь делать все сам, от и до.

Раян слегка отодвигает лицо, приподнимая брови.