Чтение онлайн

Мы с Гальито следили за всем этим исподтишка, а когда люди скрывались из глаз, ухитрялись вскарабкаться на крышу и урвать недурные кусочки.

В конце концов нас поймали и выдрали как следует за нахальство. Но мы опять полезли на крышу. Что тут сделаешь? Мы не могли отказаться, не могли, и всё тут. Команда возмущалась нашим поведением, и раздавались угрозы…

Хуанито взял с собой в путешествие зелёную и юркую ящерицу с Таити, по-нашему лагартиху. У неё была гнусная привычка заползать в кухню и облизывать там коробки из-под мармелада. Как только я прибыл на плот и увидел её, у меня тут же возникла и потихоньку стала крепнуть одна мысль: поймать её и съесть. Мысль не очень-то благородная, но, знаете, эти лагартихи такие вкусные, урр!

Она почуяла, что я за ней слежу, и как только я появлялся на палубе, сразу исчезала, как под воду уходила. Ну ничего, уж если я решил, что её съем, значит, съем, вот вам моё честное кошачье слово, мяу!

Между тем путешествие наше продолжалось, и каждый занимался своим делом.

Ой, я должен рассказать вам, какое у нас с Гальито было развлечение на плоту: охота на тараканов.

Как только мы отошли от Таити, вдруг из разных щелей «Таити Нуи» полезли эти самые чёрные тараканы. Я думаю, они притаились в плодах, которые принесли нам в подарок таитяне, а тут пошли размножаться с ужасающей быстротой. Мы с Гальито щёлкали их зубами, это было очень приятно, очень… Урр!

Некоторые из них прятались между бамбучинами, и выманить их оттуда не было никакой возможности. Передними лапами я ещё мог подцепить одного-двух, но большинство очень хитро устроили свои гнёзда в таких местах, откуда их было не выковырять ни людям, ни кошкам.

Команда билась, чтобы выжить тараканов с плота - никак не выходило. Нам-то с Гальито ничего, урр, одно удовольствие, а ведь людям не очень-то приятны тараканы.

Каждому своё. Несколько раз я видел, как Алан или Франсис спускались в море на каких-то качелях - они ещё называли их люлькой - и сидели подолгу наполовину в холодной воде Тихого океана, чинили бамбук на бортах. Иногда кто-нибудь из них нырял в море, чтобы посмотреть, что там, на днище у «Таити Нуи». Потом выныривал обратно, и я вздыхал с облегчением. Но кто-нибудь снова нырял, и я снова затаив дыхание ждал…

У каждого члена нашей команды было своё дело, свои обязанности. Хуанито, повар, всех кормил. В семь утра весь плот был уже на ногах, а Хуанито вставал ещё раньше, и как только команда поднималась, каждого ждала чашечка крепкого кофе и галеты. Мишель, радист, связывал нас с миром, он сидел у своих аппаратов и разговаривал с какими-то людьми, которые были далеко от нас. Франсис и Алан работали там, где требовалась сила: ставили и убирали паруса, вправляли и стягивали непослушные бамбучины, которые расползались под ударами моря, охотились на больших рыб - на акулу или рыбу-солнце.

Капитан де Бишоп сверял по карте маршрут и командовал. Кроме того, он вёл метеорологические наблюдения. Теперь у меня в голове окончательно прояснилось, чего хотели эти люди от путешествия: их общим делом была наука, они занимались научными исследованиями. Ну, а мы с Гальито, в чём состояла наша задача? Это оставалось в тумане.

В звёздные ночи люди нашего плота растягивались на палубе и разговаривали.

–  Смотрите-ка, сбывается моя мечта: обойти всю землю под этими звёздами, - говорил кто-нибудь из них, чаще всего Алан.

–  Землю?
– переспрашивал Франсис.
– Что-то я не вижу вокруг нас никакой земли. Может быть, ты хотел сказать - воду?

Все смеялись, а Алан сердился, он был самый младший из них. Самым старшим был Франсис и, кроме того, самым высоким, выше остальных, по крайней мере головы на две. Широкие плечи и крутые мускулы - ловить акул ему было не в диковинку, на Таити он занимался этим для собственного удовольствия. Он был хороший парень, как и остальные трое, я никогда не видел, чтобы они ссорились. Какая бы работа им ни доставалась, они всё делали с охотой, всегда помогали друг другу и всегда были в отличном расположении духа.

И ещё, голову даю на отсечение, они мечтали и о славе. Они мечтали, что если эта экспедиция увенчается успехом, то и на их долю придётся заслуженная часть славы и уважения… Не будь я котом, если они об этом не мечтали!

А я? Мне тоже хотелось сделаться знаменитым и чтобы на моём острове меня встретили как национального героя. Что ж, разве я не рисковал наравне со всеми? Мои голубые глаза, разве они не видели того же, что и глаза этих славных ребят, моих товарищей? И разве моя шкура не получила свою долю так называемой грубой ласки ветра и моря? Правда, по чести говоря, мне это всегда казалось наказанием.

Ну ничего, придёт день, и я, Чилито, ещё буду чувствовать гордость оттого, что участвовал в этой нелёгкой экспедиции!

Акулы шли за нами по пятам: исчезала одна, появлялась другая… Они, конечно, думали: а вдруг кто-нибудь из нас случайно упадёт в море, то-то будет ужин!

Франсис сначала охотился за ними с гарпуном, как в прошлый раз. Но у этих акул обнаружилась подлая повадка: как только её после страшной схватки поднимут на борт, она начинает грызть палубу, и пока её приканчивают, глядь, она уже тут и там перегрызла связки бамбука. Так что было решено с ними лучше не связываться.

Киты, наоборот, соблюдали дистанцию. Были они огромные, большей частью крупнее даже самого «Таити Нуи».

Представьте себе: из воды выныривает громада, застывает на полсекунды в воздухе и с огромным шумом плюхается обратно и бьёт изо всей силы хвостом, поднимая волны и круги…

Восторг и ужас!

Я смотрел и думал, что людям очень опасно охотиться на китов, но зато сколько в них мяса и жира. Одно только: что, если эта гора поднырнёт под наш плот, а потом вздумает подняться? Мы так и взовьёмся вверх тормашками и все, один за другим, попадаем в море, как раз к нему в пасть!

Но капитан де Бишоп, да и вся команда, они-то, конечно, знали, что и как, потому что мы неуклонно держались от китов на расстоянии.

На закате солнца, если на море бывало тихо, вся команда читала книги, а я пристраивался где-нибудь рядом. Хуанито любил читать про приключения, он взял с собой целую кучу приключенческих романов, как будто приключение, которое он переживал теперь и в котором участвовали все мы, не было самым фантастичным на свете! Они читали, а я ловил последние солнечные лучи и думал: а вдруг на горизонте появится земля! Побегать бы! Ведь уже месяц мы плыли, и я устал ходить по палубе от борта к борту как запертый.

Пока навстречу нам не попалось ни одного корабля. Много раз мы застревали на месте - ни взад, ни вперёд, не было ветра. А иной раз набегал шальной ветер и сбивал нас с пути.

Однажды утром я набегался вверх и вниз по мачте на зависть Гальито, а потом, устав, лёг у самого края плота: то и дело на поверхность выскакивали маленькие рыбки… Вдруг огромная волна, рыча, набросилась на меня, заткнула мне глотку, закрутила, завертела и сбросила в Океан.

Я не успел ни за что ухватиться и очутился за бортом «Таити Нуи», посреди очень холодного моря. Океан то топил меня, то выталкивал наверх, я ничего не мог с ним поделать.