Чтение онлайн

Они впишутся в память кутюрье точно так же, как в память публики, и вдохновят его на следующую коллекцию. Без преувеличения можно сказать, что наши клиентки для нас – настоящие партнеры.

Бутик Кристиана Диора в Лондоне, 1948

Каковы обязанности клиентуры по отношению к кутюрье?

Я не стану говорить о том, что надо платить по счетам, потому что это стало просто привычкой. Обязанность женщины перед ее кутюрье – это выбирать платья, которые делают ее еще красивее. Плохие модели обесценивают марку Дома. Надо, чтобы ни одна женщина не могла сказать, что платья X или Y сделаны не для нее и не идут ей, потому что в каждой коллекции есть платья для любой разновидности женской красоты. Достаточно уметь выбрать. Клиентка должна видеть себя в зеркале и не искать там образ женщины, которой она хотела бы быть, но женщины, которая есть.

Нужно ли говорить, что каждая клиентка индивидуальна, но при этом многим из них присуща схожесть в конституции, стиле, что позволяет выделить несколько типов женщин.

Список телефонов японского филиала Дома Кристиана Диора, 1947

Модель в стиле new look, Кристиан Диор, 1950

Нужно было бы быть Лабрюйером [56] , чтобы описать одним росчерком пера каждый из этих типов женщины, на ком основан успех кутюрье.

Прежде всего, есть один тип клиентки – «помешанная на платьях». Она обладает страстью к туалетам, которая ее пожирает, как некоторых страсть к игре. Дама одевается не для своего мужа, не для своего любовника, не для того, чтобы вызвать зависть своих подруг. Она любит смотреть коллекции, выбирать, примерять. В ее голове содержится полный перечень всех моделей, она знает их наизусть, так же хорошо, как шеф кабины, если не сказать лучше. Кажется, в Лионе живет любитель железных дорог, который может наизусть назвать расписание всех поездов во Франции, включая местные сети. А эта женщина, «помешанная на платьях», может вам сказать число рядов соломин на шляпке или клеточек на пальто из ткани рисунка «пье-де-пуль». Она засыпает вечером с мыслью, какое платье закажет на следующий день, и в ее снах являются шляпы, с какими она могла бы носить это чудо. Проснувшись, дама сразу же звонит, чтобы назначить встречу с продавщицей, хотя у нее уже назначено пять или шесть таких встреч. «Ее» кутюрье (потому что у нее мечта – завладеть им целиком и полностью) становится настоящим духовным наставником, а что касается продавщицы, то она без нее уже не может жить, подобно «мнимому больному», который не мог расстаться с Тома Диафуарусом [57] . Более того, она сама вроде «мнимой модницы»: самое главное для нее – иметь платья, примерять их, пересчитывать их в своем гардеробе, раскладывать, любоваться, но не носить.

А носит ли она их вообще? Я в этом не полностью уверен. Такая клиентка любит воображать себе обстоятельства, порой совершенно нереальные, когда она могла бы надеть свои драгоценные платья. Они заставляют ее жить двойной жизнью. Для полного счастья ей достаточно гардеробной, забитой элегантными нарядами. Будучи ненасытной, она быстро бы разорилась, не зная удержу со стороны семьи или мужа. Но кто будет за это сердиться?

Во всяком случае, не я!

Вечернее платье от Диора, 1950-е годы

Бывает клиентка, которая пользуется сомнительной славой: она никогда не бывает довольна. Каковы бы ни были ее состояние и расходы, продавщицы от нее прячутся! Они хорошо знают, что рискуют скорее потерять свое душевное равновесие, чем угодить ей. Такую возможность даже не стоит рассматривать. Действительно, можно сказать, что подобная клиентка заказывает себе платья только для того, чтобы их критиковать. Если, например, она полновата, то горько удивляется, почему платье, которое она примеривает, не подчеркивает талию, как у Сильви. К несчастью, объем талии Сильви (48 см) не продается вместе с моделью. «Это платье не придает мне представительный вид», – говорит она и с первой примерки начинает обсуждать преобразования, которые можно было бы сделать с моделью, чтобы платье придало ей вид двадцатилетней девушки. Если модель подошла, то не годится ткань, и клиентка утверждает, что она не та, что на манекене. Разумеется, совсем не та! Находятся дамы, которые настолько далеко заходят в своем желании доказать неправоту Дома, что пересчитывают камешки или бусинки в отделке модели и проверяют, столько же их на платье или нет. Если не хватает сантиметра вышивки, она отменяет свой заказ. Подобные клиентки столь же неуступчивы, когда речь идет о сроке поставки.

Им необходимо платье точно во столько-то, такого-то числа, и превращают это в такое же важное дело, как высадка в Нормандии. Из-за них ателье работает ночами, чтобы поставить к назначенному сроку, с точностью до секунды, платье, которое будет надето лишь через три дня…

Полная любезности, вежливости, желающая нравиться всему миру, клиентка-которая-не-знает-чего-хочет тоже приводит продавщиц в отчаяние. Примерив все модели коллекции (когда ей удается прийти), она колеблется и возвращается еще десять раз, прежде чем сделать выбор, затем все изменяет – вырез, ткань, цвет, чтобы на первой примерке обнаружить, что в конце концов она ошиблась и лучше всего вернуться к первоначальной модели.

Замечательная клиентка – та, которая знает свой бюджет и знает, чего хочет. Два раза в год она приходит заказать два-три платья и пунктуально их оплачивает. Она не вызывает беспокойства у продавщицы. Мы знаем, что, как только платье будет доставлено, дама отнесет его своей портнихе, чтобы та скопировала его, а свое одолжит какой-нибудь своей подруге. Времена тяжелые, мужья скупые. Женщины вертятся как могут. Порой эти клиентки самые приятные, если не сказать славные.

Наконец, остаются королевы дня! Наша слава, наши музы!

Мы вырываем их друг у друга, завидуем, любим, восхищаемся. Элегантные женщины, истинные парижанки, даже если они родились в Бостоне, Буэнос-Айресе, Лондоне, Риме или даже в Пасси…

Манекенщица Рене в ансамбле от Диора, коллекция весна-лето 1947/1948 года. Фото – Вилли Майвальд

Вечернее платье от Диора, 1952

Сколько таких существует в мире? Сотня, десяток? Во всяком случае, очень мало. Быть женщиной, чья элегантность оставляет за собой след, – значит иметь стиль, шик (это небесный дар, более редкий, чем красота) и очень большие средства.

Иметь туалеты для каждого случая (слово туалет подразумевает совершенство, продуманное и преднамеренное, от меха до туфель) – это очень редкий шанс в наши дни. Но женщина, которая действительно умеет одеваться, может, не имея всего желаемого, составить совершенный гардероб, не заказывая большого количества платьев, потому что она обладает стилем. Именно выбор таких клиенток помогает нам предчувствовать будущее. Это они – наш передовой отряд, они придают реальность нашим мечтам.

Я хочу поблагодарить их здесь. Без них не было бы Высокой моды.

Чтобы соответствовать противоречивым требованиям таких разных дам, надо иметь голову на плечах, обладать хладнокровием и хорошим здоровьем. Над всеми продавщицами царит мадам Люлин с ее благодушным авторитетом.

Сюзанну Люлин никогда нельзя было захватить врасплох, ни по телефону, ни лицом к лицу. Благодаря ее хорошему характеру всякая драма всегда заканчивалась взрывом хохота. Она спокойно и естественно заставляет ждать даму, которая спешит, чтобы переделать испорченную юбку (иногда такое случается в этой профессии!). С взъерошенными волосами, уравновешенная и одновременно разговорчивая, она, благодаря своему жизнелюбию, всегда легко справляется с усталостью и с честью преодолевает все неприятности. В момент самой большой спешки, покончив к двум часам ночи с последними закупщиками, она еще отправлялась с ними танцевать, потому что веселый Париж должен оставаться веселым Парижем…

И в восемь часов утра Сюзанна снова в Доме, такая же бодрая, свежая, отважная и веселая.

Сияя медоточивыми улыбками, продавщицы, сопровождаемые помощницей, ждут клиентов на ступенях лестницы. «Как здоровье, милая мадам? Для вас в этой коллекции много интересного». «Как вы похудели!.. Это великолепно!»

Всегда одни и те же восклицания, которыми продавщицы приветствуют своих клиенток. Есть приветливая продавщица, продавщица-новичок, изысканная продавщица, продавщица – светская дама, продавщица – «очень haute couture», не забудьте и продавщицу-«крокодила», которая, продав однажды платье бразильянке, заявила: «Бразилия – это мое…»