Вот валун. Он лежит, неподвижен и сер,На развилке безвестных дорог.Словно толстый гаишник, накушавшись скверн,Он в истоме бессилья прилёг.Если путника видит валун на пути,Обещает он буквами с «ять»По дороге налево – невесту найти,А направо – башку потерять.Пилигримом святым мимо речек и скалШёл я тропами призрачных лун,Как Колумб, Магеллан, новых встреч я искалИ наткнулся на этот валун.Справа вижу просторы, деревню и дол,Вижу слева надгорную синь…«Здоровеньки булы!» – машет флагом хохол,«Гамарджоба!» – кричит мне грузин.Только крикам приветным боюсь доверять:(Как доверчивость нынче горька!)Там обреза лесного торчит рукоять,Здесь топорщатся ножны клинка…Заночую-ка здесь… Жалко стоптанных ног…В ухо – плейер, включаю Варум…Не, ребята, сегодня я к вам не ходок!И кладу автомат на валун.
Портрет отца
Папы давно нет… В комнате, напротив дивана,
висит его большая фотография.
Здесь за сорок ему, здесь он только с войны,Чуть блестит светлой проседи дым.Три медали в строю на груди сведеныИ два ордена Красной Звезды.Я встречаюсь с ним взглядом и днём и во сне,Я тот взгляд все пытаюсь понять.Взгляд спокойный и строгий, но кажется мне:Что-то хочет мне папа сказать.Я теперь уже старше, чем папа тогда…Я учу не хамить и не врать,В честных драках за правду я спуску не дамИ могу за себя постоять.Но когда, словно голую ветвь на ветру,Лихорадит от мерзостной лжи,Я с последней надеждой на фото смотрю:«Что мне делать, отец, подскажи?»И я вижу: из фото является плоть,И я слышу знакомую речь:«Выше голову, сын. Нас не выдал Господь,Сможет он и тебя уберечь».
Памяти Елены Образцовой
Je crains de lui parler la nuit…
Je crains… Свеча слезою тает…Спит графиня, сон над ней кружит.Вещий голос отзвуком порхает:– О, как тесен деревянный скит!Как противно мыслей затуханье…Тело есть и нет: уже не факт…Ах, не надо плача и рыданий:Час пришёл, закончен третий акт.Смертны люди… Ни к чему стенанья.Слушай и другому завещай:Если есть ТАМ что-то —До свиданья!Если нет… Ну что ж, тогда —Прощай…
Незнакомка
И каждый вечер, в часназначенный(Иль это толькоснится мне?)Девичий стан,шелками схваченный,В туманном движется окне.А. Блок, «Незнакомка».
Где-то окрики пьяные слышатся,Вопреки моему терпежу…Попишу, попишу… Но не пишется —Все в окошко с надеждой гляжу.Что-то движется? Да. Но по-прежнемуНи намёка на нужную тень:То зелёная ветка, то снежная,То вдруг – ливень, а то вдруг – метель.Третий год неустанно, без лени яНезнакомку к окошку зову…Но вчера слышу вдруг с изумлением:– Эй, поэт! Обернитесь! Ау!Незнакомка! В шелках и при талии,Вся в туманах и запахах трав…Ну, как будто Лорен… Из Италии…Снизошла, Мастроянни предав.Ну, сюрприз! Только весь я в прострации:Как вошла?! Без ключа, без звонка,Без шуршанья портьер, без овации…Элегантно, как бывший ЗК.От окна развернувшись, я скомкаюЛист тетрадный… Да, знаю теперь:Ждать напрасно окно с Незнакомкою —Незнакомка войдёт через дверь!Тень от шторы – дорожкой неловкою…Напрягаю я дальше свой взгляд:Два амбала (один – с монтировкою)За спиной у мамзели стоят!Три картины, сберкнижку и марочки,Деньги, паспорт, ноутбук дорогой…Лишь осталась бутылка кизлярочки,Что за книжками прятал порой.Ложь под сердце мне – пьяною ломкою…Я полицию ждал до зари…Друг-поэт! Не болей Незнакомкою!Даже в мыслях её не зови!
Попутчица
– Проходите, проходите…Сумку? Вот сюда, в диван!В тесноте, да не в обиде…Осторожней! Там стоп-кран!– Ваш попутчик… Из поэтов…Ну, а Вас, простите, как?Лайза? Правда? Ну, как эта…Да, Минелли! Вот чудак…– Отпуск? Да… Я – тоже дачник…Потный, словно под дождём…Вот откроют ресторанчик,И поужинать пойдём.– Фармацевт? И бизнес громкий?Филиал? Не может быть…О, с такою НезнакомкойМожно года два прожить…Лен струился ей на плечиВодопадом ацетил…Нет, не может быть и речи,Чтоб такую упустил!…………………………….После тостов ресторанныхОт душевной от жарыМы купалися в нирванахБесконечной сансары.Я стихи читал и пел ейПод шатром Пегаса крыл…А как только захрапела,Тихо сумочку открыл.Ого-го… Ей тридцать восемь!Пенза… Я совсем обмяк…И не Лайза это вовсе,А Варвара Березняк!Визажистка… Пища Гойи!То Лаура, то Катри…То-то личико такое…Я-то думал – тридцать три…Ну, с доходом – все понятно…Но вот Пенза… Брать – не брать?Жить два года и приятно…Но я начал вспоминать,Как в дорожном ресторанеРыбу резала ножом…Первый раз о Караяне…Нет, чего я в ней нашёл?!Губы, пышные, как тесто,Плечи, словно буква Пэ……………………………………………….– Проводник! А нет ли местаГде-нибудь в другом купе?!
На «Чёрный квадрат» супремата…
Чтобы с классикой видеться лично,Чтоб побыть с ней хоть час тет-а-тет,Регулярно в музеях столичныхПосещаю картинный проспект…В пиджачке, элегантней рапиры,Что недавно у Славы пошил,Почему-то в лицо КазимираЯ вглядеться сегодня решил.Вот в насмешливой позе Сатира,Чуть расслабив изящную стать,Проникаю я в суть КазимираИ брезгливо пытаюсь понять:Кто мазюкал? Маляр из-под Тулы,Позабывший про тени и свет?Или это – рисунок с натуры?Иль видений таинственных след?Понедельник Шнур'a? С перепою…Лужа т'yши? Иль старая ржа?Негр с Уганды, сидевший спиною?Или, может, Чубайса душа?Или сочные мысли убийцы?Беспредметная Мира тоска?Иль подкрылок от ворона-птицы?Или чёрная в классе доска?А вообще-то картинка – без правил:Форма рамки здесь словно пила…Коль багетчик иную б доставил,Не квадратом, а кругом была!Стиль придумал… И сам же без правил!Беспредметность какая-то… Тьфу!Хоть бы буквы какие расставил,Чтобы фарами резали тьму…По какой непонятной причинеОказался здесь тел дефицит?Может, некогда было мужчине…Может, ныл воспалённый отит…Пообшарив себя, словно Чарли,Словно некий рачительный Ной,Я мелок обнаружил случайный,Что оставил в кармашке портной.И как только смотритель ЛюдмилаНа минутку покинула зал,На чернющей доске КазимираЯ три буквы мелком дописал…ЛОХ
Десант
В фюзеляже автобуса нет больше мест:Не войти и не выйти без прыти…Парашютный проезд… Парашютный проезд —Остановка, где нужно мне выйти.Животами соседей сдавило мне пресс.Я кондуктора голосу внемлю.Со ступенек автобуса, словно с небес,Спрыгну вниз я на грешную землю.Кто бы знал, но мой папа полвека назад,Сжатый страхами пойманной мышки,Здесь шагал боязливо раз двадцать подрядС тренировочной мачтовой вышки.Чтоб в желудочной тьме без единой свечи,Фюзеляж самолёта покинув,В двадцать первый шагнуть, и растаять в ночи,И проникнуть десантом под Киев.А сегодня от вышки здесь нет и следа…Запеклась лишь на уровне геновТромбом памяти лётная эта средаУ оставшихся аборигенов.Только я все равно эту вышку найду!А потом, превратившись в парнишку,Задохнусь, но сто сорок ступенек пройдуИ откину площадную крышку.Я как те… Буду с телом своим не в ладу,«Отче наш» прошепчу без запинки,И шагну… И как тебез вестей пропаду,Растворившись в подкиевской дымке.Я последний из них с этой вышки шагал —Самый старший в десантовом братстве…Я, скорее всего, как наивный Шагал,Поплыву в разряженном пространстве…Над распятой страной понесу я свой крест…Мне не нужно в обратном автобусе мест.…………………………………………………………….Парашютный проезд…Часто видят окрест,Когда сумрак снежинкою тает:Взвод десантников,руки раскинув, как крест,Мимо тусклой луны пролетает…
О запахе хлеба
… Где тот хлеб? Где те хлебные лавки?Уж не знает сегодня пострел,Как волнительно, смачно и мягкоЗапах хлеба над лавкой висел.Словно истина – сочно и ярко,Чуть волнуя предчувствием грудь,Раскрывалась российским подаркомНоздреватая хлебная суть.Знал, конечно, что надо отрезать…Но, эстетам стола вопреки,Чтоб почувствовать Родины свежесть,Я буханку ломал от руки.Что там икры и всякие с'yши!Надломив запеканье хрустел,Я душистую хлебную душуВыпускал из поджаристых стен.И душа от земли и до неба,Будь то холод, метель иль жара,Вместе с булкой печёного хлебаДевять суток над лавкой жила.А теперь – конкурентные танцы.Все мельчает гурманный уют…Да чего там! Лихие китайцыНам пластмассовый рис продают!Я сегодня старательно нюхалВ супермаркете взятый батон,Разломил его, словно краюху,Весь в надежде почуять sharmant.Тщетно! Было и так это ясно…Крошки сыпались вниз, словно в трюм,И лишь запах машинного маслаЧуть тревожил сухую ноздрю………………………………………………..Где вы, прежние хлебные лавки!Уж не знает сегодня пострел,Как волнительно, смачно и мягкоЗапах хлеба над лавкой висел…
Эльдорадо
Вольный перевод Э. По
Словно трепетный вьюн, храбр, галантен и юн,При оружии, как для парада,Боевым петухом ехал рыцарь верхомОтыскать дивный край – Эльдорадо.По пути он слагал то стихи, то слоган,Песни пел про любовь и про клады.Был весёлым поход… Думал, что через годОн отыщет своё Эльдорадо.Его вид поражал, когда в город въезжал,И все жители так были рады,Что сдвигали столы, и гремели балыВ честь его и его Эльдорадо.Но, объехав сто стран, он ужасно устал,Уж ни песням, ни встречам не рад он…Резво годы бегут, но ни там и ни тутНет прекрасной страны – Эльдорадо.Раз пред ним вдруг возник седовласый старик,Лёгкой тенью от лунной лампады.Этой тени в ночи бедный рыцарь кричит:«Эй! Ты знаешь, где есть Эльдорадо?!»И, поднявши свой лик, отвечает старик:«Здесь тебе не прогулка по саду.Край ты ищешь, чудак, и не там, и не так —Вот и нет твоего Эльдорадо!Лишь пройдя через крах, через грязь, через страх,Позабыв про балы и услады,Черту душу продав, ты почувствуешь драйв,И появится край Эльдорадо!Ведь и я, как и ты, жил порывом мечты,Грезил блеском мадридского Prado…Лишь вчера был мой крах, но, пройдя через страх,Я сегодня нашёл Эльдорадо.В бескозырную масть моя жизнь пронеслась…В чем же завтра найду я отраду?Без души, без креста – посмотри, кем я стал…И зачем мне теперь Эльдорадо?!Кистью памяти лет напиши мой портретТы на фоне цветущего сада,Чтобы каждый юнец осознал, наконец,Что получит взамен Эльдорадо…»
Мэрилин, «Мерло» и др
На выставке можно увидеть ее наряд
из фильма «Зуд седьмого года»…
Из газет.
На выставкеплатье прекрасной МэрилинИскрилось шампанским в бокале,А воздуха струи,несясь от земли,Подолы его поднимали.О, Норма Джин Бейкер!Твой взгляд как туман,А пышная стрижка блондинкиЛюбого мужчинулишает умаИ норов заводит в нем пылкий.Но я,чтобы чувство меня забрало,Чтоб вспомнились прелести рая,Не медля,достану бутылку «Мерло»,Под кромку стакан наливаю…И манит меняпервородной красой,Лишь кончится влага в стакане,Маруся —девчонка с короткой косой,В простом, изо льна, сарафане.
Мещанская застольная
Пей мало вина – лишь желудка ради
и частых недугов…
Из письма апостола Павлак Тимофею.
Напитки богов – не речной водоём,Напиться – удел слабоумных…От частых недугов лишь зелия пьём,И редко – на праздниках шумных.ПРИПЕВ:Мы водочку пьём, чтоб инфаркт не догнал,Вино – чтоб лицо не желтело,– А пиво? А пиво?– А пиво – для пышности тела!И чтобы здоровье своё заточить,Должны мы без спешки и зудаНе только решить, что сегодня лечить,Но как, из какого сосуда.ПРИПЕВ:Из рюмок прозрачных мы водочку пьём,Вино – из бокалов из темных,– А пиво? А пиво?– А пиво – из кружек огромных!Сумеем любую болезнь излечитьИ хвори душевные выбить!Здесь главное – помнить, по скольку налить,Здесь главное – знать, сколько выпить.ПРИПЕВ:Мы водочки только полрюмки нальём,Вина – на две третьих бокала,– А пива? А пива?– А пива – чтоб пена свисала!И пышет здоровье букетом из роз,Коль в меру заправишься зельем!Вот только на праздник размер этих дозРастёт вместе с шумным весельем.ПРИПЕВ:Мы водочки всем по полкружки нальём,В стаканах вино не состарим…– А пиво? А пиво?– А пиво на завтра оставим!Мы водочку пьём, чтоб инфаркт не догнал,Вино – чтоб лицо не желтело…– А пиво? А пиво?– А пиво – для пышности тела!