Чтение онлайн

— Типа ты в домике, — прошептал я, перезаряжаясь и уходя на новую точку.

Остался громила, который больше так и не появлялся. Я пошел дальше по кругу, оказавшись на своей первой позиции. Поморщился от запаха свежей крови, найдя труп силуэта. У него и правда попили кровушки, перерезав все артерии. Странный способ добить подранка, но, скорее всего, я просто не знаю всех правил общества.

Я выждал полчаса, за которые громила так и не засветился. Пару раз осыпались кирпичи с разрушенной будки, показав, что фанатик живее остальных и все еще прячется в домике. Что меня более чем устраивало.

Прошло еще пятнадцать минут, и никакого движения. Сомневаюсь, что я пропустил громилу, пока менял позиции, а значит, что он тоже сидит и ждет. И его возможный таймер работает против меня. Осторожно, стараясь не шуметь и, наоборот, реагируя на каждый шорох в радиусе двадцати метров, снова оказался возле склада. Убедился, что рядом никого, и проскочил внутрь.

Склад перестраивали. Сломали все старые полки с мелкими ячейками для лекарств (судя по табличкам), и собирали новые (под размер тех самых ящиков снаружи). О лекарствах можно было давно забыть, только битые пробирки на полу и отдельные марлевые лоскутки в общем мусоре. Все уже вывезли. Но и много успели завезти. Я подошел к ближайшему ящику и приподнял коробку, поморщившись от резкого запаха. Кожа. Свежие заготовки. Точно не человеческая и не кафферов, скорее что-то ближе к кайманам. Вскрыл еще три ящика — в двух тоже кожа, в третьем рога разного «калибра».

Не самые дорогие трофеи, алхимики такое не берут, но для гражданских нужд вполне. Проверил еще несколько штук: ткани, ремни, веревки. Плюс нашел пару ящиков с неизвестным мне зерном. В общем, стандартный склад для обеспечения жизни колониста. Условный запас на зиму или схрон для местной ячейки фанатиков.

Не факт, что громила переживает за сохранность вещей, но сжечь склад мне показалось отличной идеей. И как кармический ответ на сожженную больницу, и как мой вклад в борьбу против местного мирового зла. Как бы они сейчас ни пытались строить из себя деловых и приличных.

Подобрал из костра несколько веток и закинул на склад,сразу же отойдя на безопасное расстояние. Снова ждать и любоваться сначала дымом, потом огнем. Зрение немного скакнуло на контрасте огня и ночного леса, но шакрас что-то подкрутил. И меня перестало слепить, а темнота за спиной вернулась на уровень серого сумрака.

А громила так и не пришел. Так что пришлось выбираться и вновь обходить, чтобы объявиться со стороны леса, ближе всего примыкающего к зданию. Прежде чем выскочить из-под прикрытия деревьев, залип на окнах. Почерневшие ставни, лопнувшее стекло, в одном месте рваная занавеска, подрагивающая на сквозняке. И запах гари, который мешал сосредоточиться шакрасу.

Я чувствовал смутную тень где-то внутри здания. Даже не тень, а что-то типа червоточины в общей пелене безопасной темноты. Посмотрел на биомонитор — удивительным образом, вся эта беготня вокруг фанатиков будто бы поставила таймер на паузу. Сильных потрясений не было, но постоянная осторожность и предельное внимание прибавили ровно столько же времени, сколько прошло в реальности.

Луна уже поднялась довольно высоко, но светила слабо, постоянно прячась за облаками. Времени было почти два часа ночи, такими темпами скоро и светать начнет. Нужно было решаться.

Пошуметь и ждать, что громила появится на пороге больнички. Сомнительно — хотел бы он погулять, уже давно бы вышел. Там уже склад догорает, подсвечивая всполохами стену с другой стороны.

Все-таки хорошо, что я громилу напоследок оставил. Мелкого было бы сложнее в здании найти, в случае засады. Подбодрил себя и подкрался к угловому окну. Замер прислушиваясь. А потом заглянул внутрь.

В этой комнате выгорело все, пара обугленных кучек, некогда бывшие мебелью, и остов стальной кровати. Все черное, а сквозь пустой дверной проем проглядывается такой же черный коридор. Света мало — только отблески луны с добавлением теплых оранжевых отсветов горящего склада. Я прошел вдоль стены и заглянул в соседнюю комнату. Тоже палата, но в лучшей сохранности. На кровати даже кусок матраса остался. Похоже, не спалили они все дотла, а пытались тушить.

Это обрадовало, значит, возможных следов могло остаться больше.

Я услышал, как в глубине дома звякнула цепь. А потом в коридоре промелькнула широкая тень. Я успел выстрелить и, скорее всего, попал. Тень слегка развернуло, когда она скрылась в боковом помещении. Прекрасно. Мы на одном уровне, на одной половине дома, между нами три стены.

Снова тишина. Только звук перезарядки, как мне показалось, могли услышать даже в Нейтауне. Я сделал шаг назад и в сторону, стараясь оказаться на углу и держать под прицелом окна сразу с двух направлений. Но, как оказалось, необходимости в этом не было. Громила вышел прямо через стену.

Звон цепи, тут же сменившийся двойным грохотом и на меня полетели обожженные осколки кирпичей и прочий мусор. Следом за которым, как мне вначале показалось, на меня обрушился весь дом целиком.

Но показалось, это всего лишь был громила. В лучшем случае два на полтора. Промахнуться в такое было просто не реально. Я выстрелил. И попал, возможно, даже навылет. Но здоровяка это никак не остановило.

Шакрас в моей голове отпустил кнопку замедленной съемки, и все осколки с щепками, подсвеченные луной, а также сам сгруппировавшийся громила с бликом на крупной лысине резко сорвались с места, осыпав меня с пулеметной скоростью.

То ли я сам отпрыгнул, то ли меня просто снесло ударной волной, но в следующий миг я уже оказался на земле. Припал на одно колено, словно сопротивлялся ураганному ветру, отбросил ругер в траву. Достал из кармана железный зуб, щелкнул лезвием и, глядя на фанатика, оскалился.

И ответ получил зеркальный. В плане оскала, вместо ножа у него в руках появилась цепь. На какой-то миг показалось, что это не мы с ним поздоровались. Это шакрас поздоровался и не с громилой, а с его геномом. Вряд ли это был кайман, к ним моя генетическая память не относилась с таким уважением. Значит, противник достойный и бой получится не хуже…

Биомонитор это подтвердил, первый раз перевалив за отметку в девяносто процентов моего контроля.

— Ни хрена себе доверие, — хмыкнул я и сорвался в таком прыжке, для которого на Олимпийских играх еще даже дисциплину не придумали.

Не будет рекорда, но теперь польется кровь…

* * *

Раньше попадались газетные заметки с довольно неприятными заголовками. Что-то в духе кто-то кому-то нанес четыре десятка ножевых ранений. Всегда казалось, что это прям чересчур, а вот сейчас понял, что для Аркадии это так, даже не статья в газете. А что-то типа маленького объявления на последней странице.

Этот свой рекорд я в книгу Гиннеса заявлять точно не буду. Неуклюже сработано. Толком незажившее ребро теперь было точно сломано и, скорее всего, два соседних. Левую часть лица я не чувствовал, там все онемело. На шее, скорее всего, красота в виде красного шарфа из колец, которыми меня чуть не задушили.

Жестко меня отделали. В таких случая принято говорить: видели бы вы моего соперника! Но на самом деле не советую на него смотреть.

Я доковылял до винтовки, подобрал ее и, дойдя до крылечка, сполз на ступеньки. Поерзал, выискивая положение, при котором не так сильно стреляло в ребрах, и достал пузырек с «Живинкой». С трудом вынул тугую пробку, пальцам тоже слегка досталось, но если не шевелить, то и незаметно.